Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
Быть может, иные думают, что и я, и актеры театра имеют какие-то блага от государства. Я могу их успокоить, что, скажем, я в своем положении и возрасте до сих пор не имею никаких благ: у меня нет дачи, а квартиру я получила давным-давно, в 77-м году, когда еще не было в помине ни семьи, ни Ельцина. Как раз наоборот, в том, что я обрела собственную жилплощадь, мне «помогла» Америка. В 1978 году я уехала на работу в Штаты, и у меня было там все вроде бы хорошо. И здесь, убоявшись, что я останусь на Западе, телефонным звонком сообщили, что мне дают квартиру. Конечно, это была ужасная, постыдная логика людей, которые жили своей моралью и принципами. Они верили, что благами: квартирой, званием — можно купить.
Галина Борисовна Волчек (р. 1933) российская актриса, режиссер, народная артистка СССР (1989). С 1956 года в московском (ефремовском) театре «Современник», с 1972 года — главный режиссер, с 1989 года — художественный руководитель театра «Современник», лауреат Государственной премии СССР (1967). Постановки: «Двое на качелях», «Обыкновенная история», «Эшелон», «Крутой маршрут», «Вишневый сад», «Три товарища» и многие другие… Как актриса снялась в нескольких ставших культовыми советских кинолентах, таких, скажем, как «Осенний марафон». Была замужем за Евгением Евстигнеевым, мать актера и режиссера Дениса Евстигнеева. Несколько лет назад театр «Современник» под руководством Волчек триумфально выступил в Америке со спектаклем «Вишневый сад». Вся американская театральная пресса назвала Галину Волчек и ведущих актеров театра одной из лучших мировых трупп. В обывательском представлении Галина Волчек «отказалась» от личной жизни, что дало основания считать ее «синим чулком» и «железной леди» одновременно. У Галины Волчек на все жизненные и творческие обстоятельства свои твердые и, быть может, в чем-то «упертые» убеждения и принципы. Мне показалось, что она, к примеру, принимает тех журналистов, которые принимают ее, и, наверное, она права, ведь с человеком, который тебя понимает, вести диалог и легче, и полезнее. При этом Галину Борисовну нелегко взять лестью, помпезным спичем, она рассказала мне забавную и в чем-то драматическую историю о человеке, который, зная ее долгие годы, написал о ней целую книгу. Когда она прочитала этот опус, то обомлела — бывает же такое, столько времени провели вместе, и этот биограф ее совсем не понял. Ее жизнь и творческая судьба были отнюдь не столь безоблачными и оптимистичными, как в книге. «Я не дала «добро» на издание этой книги», — резюмировала Галина Борисовна. Я знаю, что сейчас одна журналистка, театровед заканчивает еще одну книгу о режиссере и человеке Галине Волчек. И я уверен, что и этот труд будет подвергнут дотошному и строптивому анализу и оценке. О характере моей героини говорит и ее отношение к творческим возможностям собственного сына. Она, конечно же, принимает и денисовскую «Лимиту», оглушительно прошедшую на экранах, и нашумевшую «Маму» с Нонной Мордюковой, и сейчас шествующую по кинотеатрам ленту «Займемся любовью». Вопреки мнению, что мамы не могут быть объективными по отношению к своим детям, она строго оценивает работы Дениса Евстигнеева и говорит, что не ожидала от него в последнем фильме несовременного и немодного нынче лиризма. Она переживает и по поводу насилия, крови, убийств, гуляющих по нашим экранам. Считает, что сначала в сознание людей вживляли, точно в искусственный организм, гены социалистического оптимизма. А потом на бедного зрителя обрушили убийственную чернуху Это только кажется, что крайности сближают людские судьбы и эпохи, на самом деле крайности — это болезнь. Родителям детей, которые впиваются в кровавый экран, педагог Волчек советует подумать об их душевном здоровье и защищать их от тех ужасов, которые наводнили телевидение.
— Галина Борисовна, ваша жизнь мне видится очень насыщенной и богатой, ведь профессия театрального режиссера предполагает общение с талантливыми личностями, яркие впечатления, поездки по миру… Осветите хотя бы одно из самых ярких впечатлений недавнего времени.
— У любого человека наберется богатый багаж впечатлений. Но мне, конечно, помогает моя профессия. Театр это даже не одна жизнь и не только моя, это жизнь сотен людей, каждый из которых отдельная планета. Не знаю, как ответить, меня удивить нелегко, но одна история меня и впрямь потрясла — это история француженки из Сопротивления, которая полюбила советского офицера и после победы уехала с ним в Саратов. Она родила ему двоих детей, и он, конечно же, ее бросил — слишком уж различны были менталитеты. Возвращаться во Францию она не решилась, профессию на чужбине не приобрела и пятьдесят лет проработала телятницей в колхозе. Когда я узнала об этой «Жизели», я решила поехать и найти ее. То, что я увидела, меня ошеломило. Я увидела беззубую пожилую женщину, которая в тулупе пела песенки коровам, ее убогую квартирку, ее голый быт. Это была даже не хрущевка, а крошечное помещение на первом этаже, барак. Про Париж скотница «Жизель» рассказывала смешно и забавно, а мне было не до смеха, мне хотелось плакать. В ее судьбе я увидела ужас сталинизма, русский дух, победу, унижение и великую волю к жизни. Вот о ней поставить бы спектакль или снять фильм!
Прощаясь с Галиной Борисовной Волчек, я осмелился попросить о двух вещах: о контрамарке на первый спектакль в новом сезоне и протекции для интервью с двумя примами «Современника» Лией Ахеджаковой и Мариной Нееловой, которые, как известно, журналистам крайне редко дают интервью. Получил интеллигентный, но решительный отворот-поворот: «Контрамарки обещать не могу, название спектакля держу в секрете, чтобы не сглазить. Мало ли что случится с режиссером, с каким-то актером, ведь наша жизнь такова, что мы должны быть готовы даже к апокалипсису. Что касается интервью, то я давно уже решила, что никаким сводничеством с актерами «Современника» не занимаюсь».
2000
ОНА ВСЕГДА ВЫЛА ЛИДЕРОМ. МАРИНА КОРОТАЕВА
О Марине Коротаевой и Ювелирном доме «Петр Привалов» в среде столичной богемы ходят легенды. Вот одна из них: знаменитый модельер Елена Супрун и ювелиры «Петра Привалова» представили совместную коллекцию одежды и ювелирных украшений. «Приваловцы» предложили украшения из серебра и золота с уральскими самоцветами: аквамарином, аметистом, хризопразом, розовым кварцем, зеленым авантюрином, горным хрусталем, красным и черным кораллами, гранатами и бриллиантами. Центральный элемент коллекции «Петра Привалова» — колье-ошейник из массивных связок граната или нежно-зеленого авантюрина — символизировал вампиризм и ненасытность современной леди. Украшение в виде длинных бус из мелких красных кораллов предлагает мужчине рискнуть «привязать» женщину к себе. Цены на украшения от трехсот до пяти тысяч долларов.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
