Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
Позже Эрлих вспоминал:
«Есенин нагибается к столу, вырывает из блокнота листок, показывает издали: стихи. Говорит, складывая листок вчетверо и кладя его в карман моего пиджака: „Тебе“. Устинова (приятельница Эрлиха) хочет прочесть. „Нет, ты подожди, останется один — прочитает…“ Простились. С Невского я вернулся вторично: забыл портфель. Есенин сидел у стола спокойный, без пиджака, накинув шубу, и просматривал старые стихи. На столе была развернута папка. Простились вторично».
Смерть со многими неизвестными
На следующее утро Эрлих и Елизавета Устинова пытались достучаться до Есенина, но тот не отвечал. Пришлось вызывать коменданта и вскрывать номер. Когда дверь открылась, вошедшие увидели Есенина — он висел в петле у окна под самым потолком. Постель в комнате была не тронута. Все говорило о том, что поэт добровольно покинул этот мир.
Прибывший на место трагедии участковый составил акт о том, что в гостиничном номере обнаружен труп С. А. Есенина, висевший на трубе центрального отопления. Далее подробно описаны результаты осмотра тела.
И это описание несколько настораживает.
Так, ноги Есенина находились в полутора метрах от пола, правой рукой он держался за трубу, на лице имелись ссадины (порезы и ожог). Впрочем, порезы могли появиться, когда Есенин уже висел в петле: в агонии он мог биться о трубу. Но возникновение ожога непонятно: в те дни в Ленинграде было тепло, отопление не работало, трубы были холодные.
Не обнаружилось и признаков смерти от удушения, характерных для умерших в результате повешения — например, высунутого языка. Напротив, лицо поэта было спокойным. Правда, сейчас судить об этом можно только по фотографиям, а их, как известно, можно легко отретушировать. Негативы же снимков тела поэта, ретушь на которых, при ее наличии, была бы видна, до сих пор не найдены.
Были и другие непонятные моменты: содержимое чемодана оказалось буквально перевернуто вверх дном, а для Есенина всегда была характерна аккуратность. Кроме того, во время следствия из номера исчез пиджак поэта, висевший на спинке стула.
Но существуют и объяснения упомянутых непонятностей. Так, некоторые современники, знавшие поэта, говорят, что он отнюдь не был таким уж аккуратным человеком. В воспоминаниях Анатолия Мариенгофа[43] прямо говорится о том, что в вещах Есенина нередко царил беспорядок, и о том, что сам он был неаккуратным и неопрятным человеком.
Поэтому история со странной смертью Сергея Есенина продолжает хранить свою тайну.
Широко распространенные версии о других обстоятельствах смерти поэта комиссия, специально созданная в 1993 году, не подтвердила {1; 11, с. 181–186; 12, с. 579–581}.
Поэт революции Владимир Маяковский
Владимир Владимирович Маяковский родился 7 (19) июля 1893 года в селе Багдади Кутаисской губернии в дворянской семье. Отец Маяковского служил лесничим на Кавказе; после его смерти в 1906 году семья переехала в Москву.
Владимир Владимирович Маяковский
Маяковский учился в классической гимназии города Кутаиси, затем в Пятой московской гимназии (в 1906–1908 гг.), откуда был отчислен за неуплату. Дальнейшее образование — художественное: обучался в подготовительном классе Строгановского училища[44] (1908 г.), в Училище живописи, ваяния и зодчества (1911–1914 гг.), откуда исключен за участие в скандальных выступлениях футуристов.[45]
Стихотворец-бунтарь
Еще в 1905 году, в Кутаиси, Маяковский принимал участие в гимназических и студенческих манифестациях, в 1908 году, вступив в РСДРП, вел пропаганду среди московских рабочих. Несколько раз подвергался арестам, в 1909 году провел 11 месяцев в Бутырской тюрьме. Время заключения называл началом своей стихотворной деятельности. Написанные стихи у него перед освобождением были отобраны.
В предреволюционные годы Маяковский, увлекшись идеями футуризма, завязывает дружбу с художником и поэтом Давидом Бурлюком, который в 1912 году организовал литературно-художественную группу футуристов «Гилея». Вскоре Маяковский уже постоянно принимает участие в диспутах о новом искусстве, выставках и вечерах, проводившихся радикальными объединениями художников-авангардистов «Бубновый валет» и «Союз молодежи». Поэзия Маяковского всегда сохраняла связь с изобразительным искусством, прежде всего в самой форме записи стихов (столбиком, позднее — «лесенкой»), которая предполагала дополнительное, чисто зрительное впечатление, производимое стихотворной страницей.
Стихи Маяковского были впервые опубликованы в 1912 году в альманахе группы «Гилея», называвшемся «Пощечина общественному вкусу», где был помещен и манифест, подписанный, в числе прочих, Маяковским. В нем в нарочито эпатирующей форме заявлялось о разрыве с традициями русской классики и о необходимости создания нового языка литературы, соответствующего новой эпохе.
Любовь втроем
В 1915 году произошла встреча Маяковского с Лилей Брик. Эта встреча резко изменила жизнь обоих. Любовь к Лиле, выплеснувшаяся в поэзии Маяковского, сделала эту женщину известной. А она, обладая утонченным вкусом и богатой интуицией, сумела отгадать в нем недюжинный талант. Брик стала не только его музой, но и проводником в профессиональном литературном мире (умело вела издательские дела, организовывала встречи, решала финансовые вопросы). При этом она не рассталась и со своим мужем, Осипом Бриком. Жизнь втроем вызывала немало пересудов в богемной среде обеих российских столиц. Это был вызов, как считала Лиля Брик, отжившей буржуазной морали.
Осип Брик, Лиля Брик и Владимир Маяковский. 1928 год. Неизвестный автор. Архив Л. Брик — В. Катаняна
Сам Владимир Владимирович описал это совместное проживание так:
Двенадцать
квадратных
аршин
жилья —
Четверо в помещении:
Лиля,
Ося,
я
И собака Щеник.
Революцию Маяковский принял как осуществление возмездия за всех оскорбленных в прежнем мире, как путь к земному раю. Позицию футуристов в искусстве Маяковский утверждает как прямую аналогию теории и практики большевиков и пролетариата в истории и политике.
Стремясь использовать все художественные средства для поддержки нового государства, пропаганды новых ценностей, Маяковский пишет злободневную сатиру, стихи и частушки для агитационных плакатов («Окна РОСТА», 1918–1921 гг.). Грубость, четкость, прямолинейность его поэтического стиля, умение превращать элементы оформления книжной и журнальной страницы в эффективные выразительные средства поэзии — все это обеспечивало успех «звонкой силе поэта», целиком отданной на службу интересам «атакующего класса». Воплощением позиции Маяковского этих лет стали его поэмы «150 000 000», «Владимир Ильич Ленин», «Хорошо!».
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
