используя энергию Солнца (такова его идея о стеклянной галерее)».
Завершил Королев доклад такими словами: «В настоящее время еще невозможно полностью оценить гигантский размах мысли Циолковского, все его предложения и исследования в области ракетной техники, все особенности и подчас незаметные подробности его проектов, предложений, теоретических работ, описаний и т. д.». Циолковский – «изобретатель, утвердивший приоритет нашей Родины рядом выдающихся изобретений и технических предложений в области воздухоплавания, авиации и особенно в области ракетной техники, имеющей сейчас столь актуальное значение».
Королев уже видит «актуальное значение» ракетной техники: время, когда их с Цандером и Тихонравовым считали чудаками, кануло в Лету: помогли немецкие Фау-2! Заместитель министра Вооруженных Сил маршал Яковлев, начальник Главного артиллерийского управления маршал Неделин – нацелились на ракетное оружие. Яковлев еще сомневается, но поддерживает первые шаги в этом направлении. Неделин, человек живой и любознательный, интересуется практически, Устинов, сторонник качественного переоснащения армии, связывает с ракетами большие надежды. А Королев видит будущее: «вылет человека за пределы земного тяготения».
Глава 15
Капустин Яр
Но нам ради правды негоже
Забыть, что в начале орбит,
Скромна и нетленна в Заволжье
Звезда над Капяром горит.
Аркадий Каныкин
Понимал Сергей Павлович гораздо лучше других и то, что, освоив немецкую Фау-2, они сдали только первый экзамен. Предстояло построить – пока на той же немецкой основе – собственную Р-1, а потом оттолкнуться от образца и создавать уже полностью свои авторские ракеты. Из англоязычной прессы он теперь узнавал все новости, узнал и о вялой, недовольной реакции американских военных на аварии и неточные попадания собранных немецких Фау-2.
– Американцы, для которых на первом месте деньги, вряд ли станут после таких испытаний активно финансировать ракетостроение, – сказал Нине, переводившей ему статью, – а мы должны смотреть дальше заокеанских магнатов!
Да, сейчас его личная сверхзадача – доказать, что советские инженеры и конструкторы ракету освоили, усовершенствовали и она может быть принята военными. Майские победные цветы дружбы с союзниками уже ощутимо тронул иней холодной войны, стране остро нужен надежный щит, мощное стратегическое вооружение. Бесчеловечный атомный «японский эксперимент» США показал: над миром и над СССР нависла реальная опасность.
Летные испытания первой серии ракет Р-1 были проведены с 15 сентября по 5 ноября 1948 года. 30 сентября Королев пишет Нине:
Борис Евсеевич Черток. 1940-е годы
«Тринадцатого сентября трагически погиб наш дорогой друг и боевой товарищ Павел Ефимович Киселёв – один из основных наших испытателей. Несчастье случилось 13-го, а 14-го он, не приходя в сознание, умер в 14.00 часов. Страшное стечение обстоятельств повлекло его гибель, его личная смелость и горячая любовь к порученному делу трагически толкнули его навстречу смерти. Но при всем этом на нас, конструкторов и на меня как на главного их руководителя, ложится тяжкая ответственность за этот случай.
Формально говорят, что он виноват сам, но я лично тяжко переживаю и не могу простить себе, может быть, я что-либо все-таки проглядел, и во всех случаях я должен был смотреть внимательнее. Сутки, которые он еще боролся со смертью, мы все здесь жили только одной надеждой, что он останется жив. 14-го в 12 часов дня я не выдержал и заснул и вдруг, какая-то сила меня подбросила с дивана, я вскочил – было ровно 2 часа дня. В эту минуту он умер…
Кажется, давно я так не надеялся ни на что, кажется, давно я так не молился судьбе и какому-то могущественному Богу, чтобы он остался жить – и теперь все окончено раз и навсегда! Трагедия усугубляется еще и тем, что через пять дней после этого у него родилась дочь.
Похоронили мы нашего дорогого Павла и снова вернулись на следующий день к нашей работе, за которую он отдал свою жизнь.
С этого дня и по сегодня нас непрерывно преследуют неудачи и трудности».
Королев С.П. и Воскресенский Л.А. на полигоне Капустин Яр. 1948 год
[Музей космонавтики]
Вознюк Л.И., Королев С.П. Астраханская обл., г. Капустин Яр 30 октября 1947 года
[Музей космонавтики]
– Мне казалось, что я мысленно удерживаю Павла, – говорил Королев Нине, вернувшись с полигона, – а вот заснул – и он оборвался в бездну. Долг мой теперь и перед ним… Испытания были очень трудными. К тому же пришлось для исследования воронки от ракеты совершить путешествие в глубину нашей пустыни, так сказать, в самое ее сердце. Я писал тебе, Мусеночек, что в этом забытом Богом месте на Земле чувствуешь себя одинокой песчинкой, подобно песчинкам многочисленных барханов…
Выписка из списка профессорско-преподавательского состава МВТУ на 1948–1949 учебный год о разрешении С.П. Королеву учебной работы по совместительству. 10 сентября 1948 года
[РГАНТД. Ф. 211. Оп. 6. Д. 234. Л. 3]
– Как я без тебя.
– Эх, дороги… Пыль да туман…
* * *
Государственную комиссию по ракете Р-1 возглавил Сергей Иванович Ветошкин, в ее состав включили маршала А.И. Соколова.
– А, мой бывший гамбургский водитель! – увидев Королева, расхохотался он. – С такой скоростью меня вез, что самолету не угнаться.
– Если нужно, товарищ маршал, могу подсобить и сейчас! – пошутил Сергей Павлович, отметив про себя, что его шутка понравилась.
В комиссию также вошли начальник полигона Вознюк, директор НИИ-88 Гонор.
– Конструкции хвостового и приборного отсеков, – объяснял Королев, – переработаны с целью усиления. Возрастает дальность полета с 250 до 270 километров.
– А двигатель? – поинтересовался Ветошкин.
– По двигателю даст разъяснения товарищ Глушко Валентин Петрович.
– В направлении дальнейших практических работ заменены материалы двигателя на отечественные. Уточнены некоторые конструктивные решения, в частности увеличено количество спирта, что несколько, пока немного, увеличивает дальность полета, о чем только что сказал Сергей Павлович. Окислитель – кислород.
С.П. Королев. Октябрь 1948 года
[РГАНТД. 1-592]
Глушко говорил подчеркнуто спокойно, но Королев заметил: пальцы Валентина подрагивали, – значит, волнение скрывает, «держит лицо».
– Но ведь кислород как окислитель очень трудно хранить, – подал реплику кто-то из комиссии.
– Верно, – согласился Ветошкин, – для боевой ракетной техники вопрос доставки и хранения не менее важен, чем вопрос дальности и точности.
Королеву сразу вспомнилось, как закрыл Клейменов все разработки, где использовался в качестве окислителя жидкий кислород. Тогда самым главным сторонником азота был Глушко. Неужели опять всплывает затонувшее прошлое? Сейчас Глушко отмалчивался, тему не поддерживал. Пришлось ответить Королеву:
– Думаю, комиссии
