Оппозиция выступает против такого развития событий. Мы надеемся, что найдем компромисс в парламенте, в рамках тройки - «Наша Украина», Социалистическая партия Украины и Блок Юлии Тимошенко. С Блоком Юлии Тимошенко у нас практически не осталось нерешенных вопросов, в том числе и относительно совместной избирательной кампании».
Эти слова уже явно окрашены в цвета предвыборного марафона.
Да и Верховная Рада вскоре политреформу провалила. Это было знаковое событие, поскольку в борьбе за то, быть ли Украине парламентской республикой или по-прежнему оставаться президентской, победила оппозиция.
Но в июле 2003 года вице-премьер Дмитрий Табачник говорил, что первый этап политреформы провален благодаря всему украинскому политикуму: «Мне кажется, что главным недостатком политической жизни в Украине является накопление отрицательных тенденций на протяжении 12 лет существования независимого государства. В первую очередь - климата недоверия. Когда, не вдумываясь в текст предложений, проектов закона или каких-то других документов, наши политики реагируют крайне примитивным, однолинейным способом - на фамилию того, кто эти документы подает. Если фамилия вносящего ту или иную идею несимпатична, значит, не может быть симпатичным и предложение. Но ведь это же абсурд! Я считаю, что обсуждать проект изменений в Конституцию необходимо было, абстрагировавшись от своих симпатий или антипатий к авторству».
И далее: «Я считаю, что документ, внесенный главой государства (где зафиксирована уникальная тенденция для постсоветского пространства - уменьшение власти президента как предложение, исходящее от самого президента, где парламенту предложено формировать исполнительную власть), заслуживают совершенно иного климата обсуждения и совершенно другой оценки, нежели та, которая была продемонстрирована Верховной Радой. Скажем, лидер одной из самых крупных политических сил говорит, что нам не нужен двухпалатный парламент, потому что мы не монархи. Подобная мотивация равноценна высказываниям, будто бы нам, например, не нужны металлические деньги, потому что Украина - не Эфиопия. Поэтому, не углубляясь в подробный анализ всех положений проекта изменений в Конституцию, скажу так - да, они не бесспорны, но они имеют право на жизнь, они предлагают, на мой взгляд, более современную, более европейскую и более устойчивую модель политической системы Украины, рассчитанную на стратегическую перспективу.
Именно климат недоверия очень часто определяет восприятие тех или иных идей. Ведь всегда есть возможность обвинить аппарат, сопровождающий деятельность президента, в том, что он оказывает ему «медвежью услугу» или чрезмерным усердием, или услужливостью. Единственным серьезным просчетом, как я думаю, можно считать то, что этот проект не был непредвзято обсужден в научных организациях, что сама система всенародного обсуждения была в значительной степени заорганизована и провластными, и оппозиционными силами. Все проходило просто по арифметическим канонам - чем больше отзывов в области, тем лучше… Меня лично удивляло, когда под копирку, скажем, собирались подписи, поддерживающие проект в целом, а с другой стороны - оппозиционные силы собирали таким же образом подписи под протоколом собраний, якобы осуждающих этот проект.
Александр Мороз уже неоднократно заявлял, что проект, который предлагает президент, наоборот, укрепляет президентские полномочия. Если сейчас он и так назначает силовиков единолично, то эту же норму в проекте предлагается внести в Конституцию…
Аргумент первый и самый главный - президент уже несколько раз подчеркивал, что готов к любым компромиссам, изменениям законопроекта. Но назовите мне хоть одну политическую силу из оппозиционного лагеря, которая предложила конкретные пути сведения тех или иных позиций президентского и парламентского проектов. Никто ведь этого не предложил. Президент уже неоднократно шел на компромиссы. Ведь это он предложил снять, например, вопрос о двухпалатной структуре парламента. Встречная же сторона не предложила никаких цельных системных идей, чтобы найти общую точку зрения. Кроме того, президент - живой человек. И моральный климат обсуждения этого вопроса на него также воздействует и с точки зрения уступчивости, и с точки зрения внутреннего душевного равновесия.
Президент несколько раз публично заявлял о том, что он готов к пересмотру или коррекции целого ряда положений. И по результатам всенародного обсуждения президент ряд положений в окончательном варианте законопроекта пересмотрел».
Тем не менее администрация президента Кучмы эту игру проиграла. Затем она предлагала компромисс, направив в Верховную Раду законопроект, по которому Украина трансформировалась бы из президентской в парламентскую республику, большая часть полномочий главы государства передавалась парламенту и правительству, а прямые президентские выборы отменялись. Главу государства, по замыслу авторов проекта, должна была назначать Рада.
Тот же Табачник оценивал эту идею таким образом: «Я думаю, что, разработав проект перехода к парламентской республике, мы сделали бы Украину достаточно прогрессивной страной, приблизили бы ее к европейским стандартам. Нельзя быть членом ЕС, стремиться в Европейский Союз и при этом оставаться организмом с другой группой политической крови. Политическая кровь должна быть если не одинаковая, то хотя бы взаимозаменяемая. Если внимательно изучить историю, к примеру, Франции, то от Шарля де Голля до нынешнего президента Жака Ширака в этой стране постоянно эволюционирует политическая система с одной стойкой тенденцией - расширяются права парламента и Кабинета министров как коалиционного и коллегиального высшего органа управления исполнительной власти, и уменьшаются полномочия президента. Хотя рождалась-то Пятая республика в достаточно сложных условиях практического распада гражданского общества во Франции».
Правда, этот проект предполагал, что изменения наступят немедленно, и Кучма имел шанс избраться снова. И всяческие шансы терял Ющенко. Вот на это оппозиция согласиться никак не могла. В конце 2003 года ее представители даже чуть не дрались с представителями парламентского большинства и поддерживающими их левыми, когда на голосование была поставлена политреформа.
Чтобы политреформа прошла в 2004 году, не хватило всего шести голосов. Власть проиграла из-за того, что действовала грубо, и на депутатов бессовестно давили. Но, как видим, передавили.
В конце концов политреформа стала одним из важнейших условий в пакетном соглашении по итогам президентской кампании-2004. Но уже сейчас мы видим попытки ревизии этих соглашений. На этот шаг президента Ющенко толкает его окружение, которое боится потери им (а значит, и ими) осенью 2005 года значительной доли властных функций, как то предусмотрено политреформой.
