образованием составили 47 человек, то есть 65,5 %[441].
Под руководством Ф.Э. Дзержинском постоянно совершенствовалась политическая, профессиональная и общеобразовательная подготовка, была создана единая система обучения воинов-чекистов.
Много внимания в образовательном процессе уделено ликвидации неграмотности. Это не было какой-то кратковременной кампанией, она велась постоянно. Борьба с неграмотностью шла под лозунгами: «Безграмотность – родная сестра разрухи», «Где у неграмотного колос, так у грамотного два».
Важное значение председателем ВЧК – ОГПУ придавалось профессиональной подготовке в самих отделах, особенно «чекизации начальствующего состава». Она шла главным образом по линии учебно-воспитательной работы, переподготовки командного и политического состава через Высшую пограничную школу и соответствующую учебную и практическую боевую работу в частях, а также «втягиванием» его в простейшие виды оперативной работы.
К тому же необходима была военная подготовка работников особых отделов, считая, что надежно оградить армию от подрывной деятельности внешних и внутренних врагов, перекрыть все каналы возможной утечки военных секретов может только хорошо подготовленный в военном отношении оперативный работник, знающий структуру, характер деятельности и наиболее уязвимые места воинских частей и учреждений[442].
Пограничное командование заботилось о постепенном переходе к комбинированной охране границы с учетом топографических условий. Особое внимание заострялось на «придании ей оперативного уклона, на увязку сторожевого охранения границы с осведомительной работой»[443].
При обучении упор делался на подготовку того состава, в котором была большая нужда, с учетом перспективной потребности в кадрах. Так, на 12 февраля 1921 г. общая численность сотрудников особых органов (без учета личного состава ОО губернских ЧК) составила 9745 человек.
Дзержинский поддерживал стремление чекистов учиться. Так, к нему обратился ПП на Северном Кавказе Е.Г. Евдокимов, который «настаивал, чтобы ему дали передышку и что хотел бы учиться». 12 марта 1923 г. председатель ГПУ писал Менжинскому: «Может быть, и надо дать ему эту передышку, отозвав его в Москву, а на его место, послав т. Самсонова, если т. Самсонов согласится. М. быть, Вы переговорили бы с т. Манцевым. Я опасаюсь, что если т. Евдокимов все настаивает, а мы упрямимся, чтобы не потерять совсем работника, так как т. Евдокимов, по всей вероятности, сам чувствует, что такая беспрерывная работа ему уже не по силам»[444].
В 1920-х гг. крайне важное значение приобрела подготовка «красных офицеров». В этом плане весьма примечательно замечание из письма народовольца Н.А. Морозова Дзержинскому после 11 августа 1921 г.: «Красный офицер – это молодой человек, которого революция сделала офицером и который хочет оставаться именно офицером, а потом не прочь быть и красным генералом. Он уже не считает себя пролетарием или просто солдатом, а курсант хочет быть офицером. Это психология красного офицера, логически понятная для меня, и ближайший логический шаг для спасения гражданских и духовных приобретений революции это союз радикальной интеллигенции и красного офицера с признанием, что и без чека Россия при малой культурности ее земледельцев и рабочих исторически не могла обойтись, а в коммунизме, мне кажется, неизбежно предстоит все более и более отступать на заранее подготовленные позиции, чтобы спасти остальные приобретения революции»[445].
Для пополнения личного состава квалифицированными кадрами на местах открывались различные школы и курсы. 19 января 1921 г. СТО счел необходимым преобразование ряда краткосрочных курсов в постоянно действующие школы. 25 марта 1921 г. были созданы трехмесячные курсы руководящего состава ВЧК. ЦК РКП(б) предложил ряду губкомов направить по 5—6 коммунистов «из пролетарской среды», строго подойдя к отбору кандидатов, и на учебу послать только лиц, имевших партийный стаж не менее года и ничем не скомпрометированных, грамотных и проявивших свои способности в административно-хозяйственной области. С 1922 г. курсы ВЧК стали шестимесячными. В 1922 г. на курсах ГПУ в Москве каждый набор состоял из 145 человек. Из них 30 сотрудников готовилось по линии особых отделов.
В середине 1920-х гг. с разрешения ОГПУ созданы курсы при некоторых ПП ОГПУ. Была значительно улучшена система подготовки частей и подразделений войск на основе изучения опыта Первой мировой и Гражданской войн и произошедших изменений в военном деле. При этом учитывалось, что на вооружение частей поступили новые винтовки драгунского образца, тяжелые и легкие пулеметы, револьверы-наганы, бинокли, противогазы и другое.
9 декабря 1923 г. по инициативе Дзержинского открыта Высшая пограничная школа ОГПУ. В ней шла подготовка руководящих кадров пограничных войск, сочетавших в одном лице функции военного начальника и руководителя оперативной работой. Штат переменного состава был 200—250 человек. Первейшее значение стало придаваться специальной (чекистской) подготовке личного состава органов и войск. Больше внимания обращалось на создание необходимых условий для того, чтобы сотрудники хорошо знали жизнь войск, а красноармейцы и командиры – работу чекистских подразделений. Для повышения квалификации личного состав войск и органов признано необходимым дать им четкое представление об истории органов и войск безопасности, их функциональных обязанностях, правах и методах работы.
ВПШ не могла полностью удовлетворить потребность войск в кадрах высшего звена, поэтому их подготовка продолжалась и в академиях РККА. Но следует учитывать, что в годы Гражданской войны обучение прерывалось фронтовой работой, как это было у членов Коллегии ВЧК Евсеева и Закса. Евсеев проходил обучение в Академии РККА с сентября 1918 г. до января 1919 г., а на фронтах служил на должностях нач. штаба 1-й бригады 56-й сд, нач. штаба Особой бригады и нач. штаба Южного отряда. К обучению в Академии он возвращался не раз: в 1919 г., с октября 1920 г. до янв. 1922 г., в итоге окончил ее. Закс после окончания 1-го курса Академии Генштаба находился на штабных, командных и политических должностях в Красной армии: начштаба и командир бригады, помначштаба дивизии, военком разведотдела и штаба Западного фронта, затем начальника-военкома 2-й пехотной школы. Но в 1922 г. отчислен из академии по заключению проверочной комиссии под председательством А.С. Бубнова с формулировкой: «Негодность к военной службе как человека невоенного, склонность к гражданской работе». Но был назначен начальником школы командного состава РККА.
В 1925 г. только в Артиллерийской академии на строевом отделении из ОГПУ училось 60 человек, на химическом – 30, на механичском – 30; в Военно-инженерной академии – 50 человек. Подготовку вели и военные отделения вузов и втузов: в Ленинградском политехническом институте обучалось 45 человек, в Ленинградском институте путей сообщения – 30, в институте народного хозяйства Плеханова (военное отделение) – 60 человек.
Командный состав для войск ВЧК – ОГПУ готовился также на курсах усовершенствования РККА в Москве, Новочеркасске, Ленинграде. До войск ОГПУ доведён список военных школ, в которых лица командного состава могли сдать экзамен экстерном за полный курс
