быть что-то типа телепорта или машины времени.
К этому концерту мы готовились около месяца и ещё более тщательно чем к предыдущему. Я нашёл в интернете карту Беларуси 90-х годов, распечатал на цветном принтере и склеил. Размер карты оказался примерно полтора на полтора метра. На карте флажками отметили важнейшие города: Минск, Могилев, Бобруйск, Сморгонь. И по этим направлениям проложили целую железную дорогу из проволоки и спичек. Ну что ж, отлично, карта есть, дорога есть. Теперь надо было как-то родить поезд, да такой, чтобы ехал по ней, издавал звук «ту-ту» и чтобы ещё дым из трубы валил, а на нем самом были написаны годы службы командира.
Строить этот паровоз самостоятельно я не мог, потому как время было ограничено, поэтому я обратился за помощью к своим сослуживцам из Питера, которые имели творческие задатки. Это были Макс Кузнецов и Саня Небожин. Рассказал им, что собираюсь сделать закрытый концерт, и мне нужна помощь.
– Бля, Скорик, вот ты мутишь! Что за закрытый концерт? Нам-то туда можно попасть?
– К сожалению, нет, но без вас я не справлюсь, мне нужно помочь сделать модель дембельского поезда.
– Так давай шконарь в клуб притащим. Нагоним карасей и устроим командиру настоящий дембельский поезд, с чаем и плюшками от проводников!
– Не, командир на это не согласится точно. Палево. Надо минимум людей задействовать, и наш поезд должен ехать по железной дороге на карте, которая будет лежать во время концерта на командирском столе.
Я нарисовал схематично, каким должен быть состав по размерам и по внешнему виду. Взяв мой чертёж, ребята сказали, чтобы я не переживал и спокойно готовил музыкальную программу, а поезд сегодня-завтра будет готов.
Раскидав этот вопрос, я поспешил на камбуз к Артёму, чтобы договориться с ним об участии в концерте. С Артёмом мы давно уже начали разучивать в две гитары Печенские песни брата. Я отвечал за ритм и вокал, а Артём – за соло. Изначально никаких мыслей по поводу этого материала и уж точно про концерт не было. Мы просто хотели сделать эти песни красиво и записать на диктофон. Но раз мы взялись играть музло и нам было в кайф, то почему бы и не замутить охуенный концерт?
Когда у нас всё было готово, я начал договариваться с командиром о дате и времени концерта. Командир постоянно отмазывался и ссылался на нехватку времени. Оно и понятно – постоянные заёбы по службе, а когда появляется свободное время, то хочется просто посидеть в кабинете в клубах табачного дыма и поплевать в потолок, ну или провести время с семьёй.
Концерт решил играть завтра – как раз выходной, и командир заступает на дежурство. Тем более что завтра 17 января – мои восемь месяцев. Вчера приезжала проверка генерального штаба. Все ровно. Отстрелялись. А это значит, что в ближайшее время не будет никаких проверок, командира никто никуда не дёрнет, и он сможет насладиться концертом. А чтобы командир с него не соскочил, было решено сделать пригласительный билет. С оформлением билета очень круто разобрался Саня. Он нарисовал тот самый дембельский поезд, вылетающий из раскалённой русской печи. Весь в огне, мчащийся своими годами службы на смотрящего. На обратной стороне я написал дату время и место проведения концерта.
Вечером, перед тем как идти на доклад, я вложил этот единственный в своём роде пригласительный билет в папку на подпись. Командир, подписав все документы, добрался до билета. Взял его в руки. Внимательно посмотрел, изучил, оценил оформление. Спросил, кто рисовал. В общем, он понял, что всё серьёзно, ну а мне надо было знать, готов он его смотреть и слушать завтра или нет:
– Товарищ командир. Ну как, вы готовы завтра прийти?
– Бля, да хуй знает. Не могу обещать. Устал очень.
– Но нам надо знать на 100 %, что вы будете.
– Да какая вам разница? У вас же всё готово. Вам скажи, и через две минуты уже концерт начнётся.
В этом он был прав.
День концерта
День двести пятьдесят первый
После завтрака мы сразу пошли в клуб, чтобы приготовить всё к нашему выступлению. Взяли два стола, пару стульев и тумбочку. Составили столы встык друг ко другу и застелили их кусками бархата, найденного где-то в закромах части. На концерт пригласили Сергея Соловья в качестве фото-видео-оператора, а также попросили его купить бутылку водки «Абсолют» для командира, на случай если его вдруг перекроет от воспоминаний и он захочет накатить.
Водку, тарелку с закусками, чайник, сгуху и кружки положили как раз в ту самую тумбочку, которую поставили рядом со столом, где будет сидеть командир. Ответственным дежурным за такой вагон-ресторан был назначен наш кок Василий Абросимов. Он был одет в белоснежную форму с таким же ослепительно-белым полотенцем, перекинутым через руку. Василий был необходим в качестве вестового. Задача у него была одна – по взгляду командира определять, что он хочет: выпить, закусить, бахнуть кофе или чаю? К чаю, кстати, Василием собственноручно был испечён торт.
Повесили на стену огромную афишу с названием проекта, притащили инструменты и реквизит. Думали-гадали, как сделать, чтобы наш поезд издавал правильные звуки, и решили просто скачать из интернета паровозный гудок, который отлично воспроизводился с телефона. Машинистом поезда назначили Саву. А для того чтобы из трубы поезда валил дым, я напихал туда мелко нарезанной стружки от шарика для пинг-понга. Обычная дымовуха. Оставалось только поджечь и потушить. Для отвода глаз и в качестве пожарной безопасности притащили огнетушитель и поставили рядом со столом.
Завесили саму сцену портьерами и одеялом, к внешней стороне которого прикрепили баннер «Балтийский Чай», а на внутренней – «Печи». Сама сцена была по обстановке похожа на настоящий вагон поезда. В общем, всё было готово, и после обеда вся команда была в сборе в ожидании командира и начала концерта. Командира всё не было, и концерт не начинался. Мы даже немного начали нервничать. Надо было что-то придумать, чтобы он пришёл триста процентов. Я предложил:
– Слушайте, а давайте его рабочее кресло спиздим и поставим здесь. Обнаружит пропажу – по-любому догадается и придёт.
– Скорик, охуенная идея! Давай так и сделаем!
– А ещё для верности и пепельницу его спиздим. Вот за ней-то он точно придёт.
Сказано – сделано. Идём в пустой кабинет командира и выносим оттуда его кресло и пепельницу. По дороге встретили дежурного по части:
– Э, вы куда тащите?
