Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 192
Столица была перенесена из Вальядолида в Мадрид, а Арагон лишился своей автономии. В Арагонские крепости были направлены кастильские гарнизоны. Важную роль в управлении государством играли Государственный, Финансовый и Военный советы. Но наибольшую власть имел Совет Инквизиции. При нем инквизиция окончательно превратилась в высший политический суд Испании, постепенно расправившийся со всеми противниками монарха. А противников Филипп видел прежде всего в протестантах. К его ужасу, они успели появиться даже в Испании. Инквизиции было дано распоряжение арестовывать всех заподозренных в ереси. Переполненные тюрьмы не вмещали всех несчастных. Их пришлось содержать в монастырях и частных домах. Вновь в стране, как во времена Торквемады, запылали костры. Точное количество жертв не известно; во всяком случае, их были многие тысячи. Ведь в 1570 г., когда в Испании был сожжен последний протестант, принялись за уничтожение еще живших в стране морисков и маранов[22], заподозренных в неискреннем следовании христианской вере. В столице для короля и придворных была сооружена галерея, чтобы с нее можно было наблюдать за аутодафе. Рассказывают, что один из осужденных, дон Карлос де Сасо, идя на костер, сказал Филиппу: «Зачем ты мучаешь своих невинных подданных?» – и услышал в ответ: «Если бы мой сын был еретиком, я сам сложил бы костер, чтобы сжечь его!»
В какой-то степени свою искренность в этом вопросе король Испании доказал на практике. Его сын от Марии Португальской, дон Карлос, был уродлив, крайне жесток и, как полагают многие, имел психические отклонения, что было не редкостью в семье испанских монархов. Единственное существо в Эскуриале, к которому он был привязан, была мачеха, третья жена Филиппа Елизавета Французская. Она жалела пасынка и была внимательна к нему. Отца же Карлос ненавидел. Король подозревал это, а узнав о связях сына с протестантами в Нидерландах (тот уже давно позволял себе грубо вмешиваться в государственные дела), попросил духовника выведать истинные настроения принца. После многочисленных отказов исповедаться принц все же сознался, что хотел бы убить короля. Это решило его участь: Карлоса заключили в башню замка Аревало, где он и умер 25 июля 1568 г., сильно простудившись.
Это создало почву для многочисленных слухов, один страшнее другого. Говорили, что его отравили, или задушили подушкой, или отрубили ему голову… Документы, связанные с этим делом, не сохранились, так как перед смертью король Филипп приказал сжечь свои личные бумаги. Все это и создало ту самую «черную легенду», о которой говорилось несколько ранее. Но ей человечество обязано несколькими прекрасными литературными произведениями. Легенда послужила основой для знаменитых творений Шиллера («Дон Карлос»), Генриха Манна (дилогия «Юность и зрелость короля Генриха IV») и Томаса Манна («Тонио Крюгер»).
Подобно отцу, Филипп вел много войн, направленных на расширение Испанского королевства. Однако лишь немногие из них были удачными. В 1580 г. он присоединил к Испании Португалию. В 1571 г. его сводный брат Хуан Австрийский нанес турецкому флоту при Лепанто крупное поражение, которое во многом способствовало началу упадка Османской империи. Однако в борьбе с Англией испанцы потерпели фиаско. Поход знаменитой «Непобедимой Армады» – громадной испанской флотилии – закончился летом 1588 г. ее гибелью. В результате Испания потеряла господство на море. Большой неудачей закончилась и война Филиппа с Францией, начатая им в 1589 г. Он вмешался в борьбу французских католиков с гугенотами. Войска Филиппа сражались против вождя гугенотов Генриха Наваррского, осадившего Париж. Однако город вынужден был капитулировать, и испанцы сдались на милость победителя.
Любопытно, но по натуре Филипп вовсе не был жесток. Его действиями управляло чувство долга, ибо главную свою обязанность он видел в борьбе с еретиками. Но именно благодаря этому король заслужил печальную славу палача Нидерландов, которую разделил со своим наместником, герцогом Альбой, посланным на усмирение восставшей страны.
Противостояние между королем и жителями Нидерландов началось давно. Здесь еще со времен Карла V ненавидели испанцев, а Филиппа – в первую очередь. Неприязнь была обоюдной, но на первых порах под влиянием отца новый король не стал менять порядки в этих землях и ограничился лишь подтверждением прежних указов, направленных против еретиков. Однако если при Карле их исполняли без особого рвения, то теперь король начал преследование слишком снисходительных чиновников, приказал отбирать имущество у лиц, которые эмигрировали по религиозным причинам, следить за странствующими ораторами и певцами и разрешил иезуитскому ордену обосноваться в Бельгии, хотя знал, что это вызовет протест населения.
Еще большее возмущение вызвало увеличение количества епископств – шаг, которым Филипп хотел усилить в стране влияние католицизма, только усилил протест. Дошло до того, что по просьбе правительницы Нидерландов, сводной сестры короля Маргариты Пармской, ненавидимый народом министр Гранвелла был отозван в Испанию. Но на его место в качестве военного усмирителя бунтовщиков в августе 1567 г. прибыл герцог Альба, полностью разделявший ненависть Филиппа к протестантам. Из чувства долга он залил провинцию кровью. В этом ему помогала введенная и здесь инквизиция.
Чтобы иметь оправдание в глазах соседних держав, Филипп представил дело о Нидерландах на инквизиционный суд, который принял поразительное решение: все, виновные в ереси, отступничестве или бунте либо не оказывавшие сопротивления названным категориям населения, обвинялись в измене. После этого 16 февраля 1568 г. король издал эдикт, по которому фактически весь народ Нидерландов за измену приговаривался к смерти и конфискации имущества «без надежд на какую бы то ни было милость». Чтобы создать видимость законности, в стране был учрежден Совет по расследованию волнений, получивший название Кровавого, который не менее широко, чем инквизиция, применял жестокие пытки. Председателем совета был Альба, только за первые полтора года его правления было казнено более 6 тыс. человек.
Не приходится удивляться тому, что народ Нидерландов, в начале правления Филиппа не помышлявший об отделении от Испании, восстал. В апреле 1562 г. взбунтовались северные районы страны, позже к ним присоединились южные. Жестокая война длилась очень долго и шла с переменным успехом. Но в 1581 г. Филипп II по постановлению Генеральных штатов (парламента) был низложен и северные Нидерланды превратились в независимое государство. Однако эту независимость Испания признала только в 1648 г. на Вестфальском конгрессе – когда прах Филиппа уже почти полвека находился в земле.
Ознакомительная версия. Доступно 29 страниц из 192
