Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 98
В марте 2007 года Френкель был допрошен следователями Следственного комитета при МВД России в рамках расследования нового уголовного дела. По результатам допроса Френкелю могли предъявить обвинение в незаконной банковской деятельности. По словам близких Френкелю людей, они давно ожидали такого поворота событий: основное дело банкира разваливалось.
Адвокат Френкеля Игорь Трунов получил повестку с вызовом на допрос в рамках нового, экономического дела. По его словам, следователь СК при МВД не стал уточнять, в рамках какого именно уголовного дела будет проведен допрос. «Следователь лишь ограничился информацией о том, что мой доверитель проходит по некоему уголовному делу в качестве свидетеля и нам будет представлена некая аудиозапись его телефонных разговоров», – сказал адвокат.
В следственном комитете официально говорить о предстоящем допросе не стали, но неофициально пояснили, что следственные действия будут проводиться в рамках расследования уголовного дела, возбужденного по 172-й статье УК («Незаконная банковская деятельность»). Эта статья предусматривает от 3 до 7 лет лишения свободы, «если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением доходов в крупном размере». Дело было напрямую связано с «ВИП-банком», который до недавнего времени возглавлял Френкель.
В свою очередь, президент ММВА Алексей Мамонтов, активно защищающий бывшего главу «ВИП-банка» и распространявший его письма о коррупции в ЦБ, заявил, что «такое развитие событий давно ожидалось, потому что у следствия нет реальных доказательств вины Алексея Френкеля в убийстве Андрея Козлова». Уголовное дело по убийству, по мнению Мамонтова, разваливалось на глазах, а чтобы как-то выбраться из сложившегося тупика, следствию понадобилась экономическая поддержка. «Вот так и появилась незаконная банковская деятельность», – объяснил Мамонтов.
Допрос свидетеля Френкеля по делу о незаконной банковской деятельности, связанной с выводом активов из «ВИП-банка», проводил старший следователь по особо важным делам управления по расследованию организованной преступной деятельности следственного комитета Геннадий Шанкин в присутствии представителя департамента экономической безопасности (ДЭБ) МВД РФ Александра Носенко. Следственные действия с бывшим главой «ВИП-банка» в СИЗО «Матросская Тишина» начались в 10 часов утра и закончились только в 17 часов.
По словам адвоката Игоря Трунова, это не был допрос в прямом смысле слова. Весь день присутствовавшие занимались прослушиванием аудиозаписей, которые сделали сотрудники ДЭБа в августе-сентябре 2006 года. «В ходе прослушивания такого большого количества записей мой доверитель просто давал пояснения к прозвучавшим на пленках именам, а также отдельным фразам, которые в контексте «прослушки» были непонятны следователю, – пояснил адвокат и добавил: – Там прозвучало просто огромное количество имен и фамилий как банкиров, так и чиновников Центробанка и его московского территориального управления». Он сразу оговорился, что называть фамилии и имена прозвучавших на аудиопленках людей он не будет, потому что не хочет «нарываться на иски уже от их адвокатов». «Но это были люди из высшего эшелона», – подчеркнул он. Прослушав часть записей, адвокат и его доверитель, в свою очередь, поинтересовались у следователя Шанкина: «А их вы тоже будете проверять в рамках этого дела?» И на это, по словам Трунова, прозвучал утвердительный ответ.
На пленках были записаны переговоры Френкеля и других крупных банкиров, которые осенью 2006 года, незадолго до убийства Козлова, обсуждали слухи о его возможном смещении с поста. «На допросе слушались куски из «прослушек», где банкиры в случае увольнения Козлова пытались решить весьма щекотливые для себя финансовые вопросы», – заявил Трунов.
Свидетели
В июле 2007 года у Генпрокуратуры появился ценный свидетель обвинения.
Протокол допроса старшим следователем Генпрокуратуры по особо важным делам Валерием Хомицким свидетеля обвинения, данные о личности которого были засекречены, занимал в 22-м томе уголовного дела об убийстве Андрея Козлова два листа. Из показаний следовало, что он – банкир и хорошо знаком с Френкелем. Допрошенный заявил, что в апреле 2006 года Френкель в кругу нескольких лиц сказал: «Скоро Козлова не будет, и на его костях многие захотят попрыгать, даже в ЦБ, и мы решим все свои вопросы…» Примечательно, что, по версии обвинения, именно в период с 20 по 30 апреля 2006 года Френкель предложил Аскеровой подыскать исполнителей убийства Козлова. В следующем же, 23-м томе уголовного дела на листе 14 были изложены показания допрошенного в качестве свидетеля следователя, прикомандированного к Генпрокуратуре, который сообщил, что на следующий день после убийства Козлова в Центробанк, где этот следователь дежурил на телефоне «горячей линии», позвонил не представившийся мужчина и сообщил, что «убийцей является Френкель».
В конце сентября 2007 года находящийся в СИЗО «Матросская Тишина» Алексей Френкель решил еще до начала суда по его делу добиться признания недопустимым главного доказательства его вины – протокола допроса Лианы Аскеровой. Допрос велся в присутствии адвоката по назначению Виталия Сванидзе, работающего в коллегии «Статус» гильдии российских адвокатов. В ходе ознакомления с материалами своего дела Френкель изучил оба протокола допроса Аскеровой, после чего обратился с жалобой на адвоката Виталия Сванидзе в Адвокатскую палату Москвы, потребовав возбудить дисциплинарное производство и наказать защитника, который «оказал давление на Лиану Аскерову в самооговоре и оговоре меня». По словам Френкеля, «после семи часов пытки она подписала протокол допроса, не глядя и не читая, так как ей уже было все равно». Затем же, как он утверждает, «показания против меня, выбитые из смертельно больной женщины, не только не подтвердились, но и оказались опровергнуты».
Еще 4 апреля 2007 года Лиана Аскерова отказалась от показаний, указав в протоколе допроса, что фамилию Френкеля ей «продиктовали для явки с повинной следователи», а защитник Сванидзе, «назначенный следователем, сказал мне, что мое дело политическое, меня все равно посадят, что я должна подписать протокол допроса».
Адвокатская палата отказала Френкелю в рассмотрении его жалобы, указав, что оценивать качество работы защитника вправе лишь его доверитель или подзащитный, а банкир Френкель в данном случае является ненадлежащим заявителем. Впрочем, адвокат Аскеровой Николай Клен сообщил, что она на днях также подала в Адвокатскую палату жалобу на защитника Сванидзе.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 98
