Уход из жизни одного человека во время войны кажется не очень интересным для биографии другого. Но для Вилли Мессершмитта это событие значило очень много. От Удета шли заказы на новые самолеты и разнарядки на дополнительных работников. Мильх немедленно дает ракетному перехватчику Мессершмитта Ме-163 низшую приоритетность, и его доводка пошла медленно.
Нападки на Удета начались в начале года. Главный юрист Люфтваффе писал о деловых качествах Удета: «Он не имеет квалификации для высокого поста, недостаточно квалифицирован, морально нечестен и безответственен». Мильх любил повторять: «Все в руках Удета превращается в пыль».
Персонал Управления вооружений Министерства авиации стараниями Удета превысил четыре тысячи полковников, бюрократов и инженеров. Директор аппарата Управления генерал-майор Плох проиграл Мильху и Сперлю крупную сумму денег и не отдавал долг. Мильх рекомендует Удету реорганизовать свой штат, но безрезультатно.
Геринг публично жаловался: «Никогда меня так не надували и не обманывали, как в офисе Удета». Политика Удета разворачивать серийное производство недоведенных машин обанкротилась на Ju-88. Затем то же проявилось на всех новых проектах.
Деградация Удета началась не вчера. Он уже давно стал много пить и курить, ел только мясо, пристрастился к наркотику «Первитин», который сделал его угрюмым и подозрительным. Он был уже тяжело болен, стал безразличный, расстроенный личной жизнью и ужасными головными болями. Целыми днями он слышал звон в ушах, и доктора не могли ему помочь. Мильха он боялся больше всех, и их дружба дала глубокую трещину. 25 сентября Удет возвращается на работу после лечения. А через три дня его приглашает «на ковер» Геринг. Удет посылает Плоха, и Геринг отправляет его на Восточный фронт. Удет понимает, что его карьере пришел конец.
Удет получил от Геринга предложение служить в Люфтваффе в июне 1935 года, и отказаться уже не было никакой возможности. Главной задачей Удета стал поиск среди немецких самолетостроительных компаний подрядчика, способного воплотить идею пикирующего бомбардировщика в металл. Вряд ли кто-нибудь из промышленников всерьез воспринимал деятельность Удета, не имеющего соответствующего технического образования, поста и звания.
Геринг убедил летчика, что без высокого военного чина ему не выстоять против людей, сопротивлявшихся идее пикировщика. Вот так неожиданно и для друзей, и для врагов 1 июня 1935 года Удет стал полковником.
Свою деятельность в Люфтваффе Удет начал с того, что пригласил на аэродром в Рехлин начальника Генерального штаба Люфтваффе Вальтера Вевера с группой офицеров и показал им преимущества бомбометания с пикирования. Затем составил и разослал во все авиационные фирмы Германии тактико-технические требования к пикирующему бомбардировщику. Компания «Юнкерс» родила «Штуку».
В качестве директора технического управления Люфтваффе (с 1938 года – управления снабжения и поставок) Удет становится ответственным за боевую эффективность немецких самолетов. Вплоть до самоубийства военная карьера Удета развивалась стремительно, новые звания следовали одно за другим: 20 апреля 1937 года он уже генерал-майор, 1 ноября 1938 года – генерал-лейтенант, 1 апреля 1940 года – генерал авиации, 19 июля 1940 года – генерал-полковник.
Эрнст Хейнкель, лично знавший Удета долгие годы, писал, что «представить его в чине полковника, который был ему присвоен сразу же, когда он вступил в эту должность и стал шефом технической службы, для меня было чертовски трудно». Не имея соответствующего образования и опыта руководства промышленностью, не зная штабной работы и совершенно не разбираясь в людях, новый начальник боевого снабжения Люфтваффе обладал просто волшебным талантом создавать громоздкие и неработоспособные бюрократические структуры, подбирать не тех, кого нужно, не на те места и постоянно шел на поводу у промышленных магнатов, дурачивших его на каждом шагу.
Руководить огромным ведомством Удет оказался не в состоянии. По мнению Хейнкеля, свою некомпетентность Удет чувствовал постоянно, и она была одной из причин драматического конца его жизни.
Вилли Мессершмитт был уверен, что новое задание Технического управления Министерства авиации – создать дальний двухмоторный истребитель-бомбардировщик – не представляет для него серьезной проблемы. В этом были убеждены и все руководители министерства. Его двухмоторный дальний истребитель Bf-110B-1 прекрасно зарекомендовал себя в Польской кампании, сопровождая бомбардировщики и разбивая своими шестью стволами наземные цели. Он пережил второе рождение, когда с серии Bf-11 °C-1 Мессершмитт установил на него более мощные двигатели DB-601A. Они увеличили его скорость на 100 км/ч. Правда, возрос вес и упала дальность. Но вариант Bf-11 °C-7 мог на подфюзеляжном пилоне нести две бомбы по 500 кг.
Вилли вполне резонно полагал, что огромный опыт испытаний, эксплуатации и модификаций 110-го и опытных бомбардировщиков Bf-162 является надежной основой для разработки нового современного самолета такого же класса, но со значительно лучшими летно-техническими характеристиками. И его создание позволит получить лучший результат, чем дальнейшие модификации старого 110-го.
Проработки такого самолета начали в его проектном бюро под присмотром Роберта Люссера еще три года назад, но тогда там в работе были десятки предложений, которыми Вилли заваливал министерство. Только год тому назад этот проект – Р-1060 – обрел законченные формы.
Вилли очень хотел чего-нибудь новенького и пошел на значительное увеличение нагрузки на крыло и посадочной скорости ради снижения взлетного веса, который и так увеличился по сравнению со 110-м на целых две тонны. Поскольку эта машина должна была изначально выполнять функции и бомбардировщика, да еще и пикирующего, в разбухшей и укороченной передней части фюзеляжа был сконструирован бомбоотсек. Длина фюзеляжа стала на метр короче, чтобы не делать высоких стоек шасси при увеличенном угле атаки на посадке.
Впервые Вилли применил только что разработанную компаниями «Рейнметалл-Борзинг» и AEG систему из двух вращающихся по бортам фюзеляжа и дистанционно управляемых стрелком-радистом турелей с крупнокалиберными пулеметами. Вообще, все новейшее и лучшее Вилли вложил в этот самолет. Гладкие и круглые мотогондолы с более мощными двигателями DB-601F по 1350 л.с. теперь выступали вперед за нос кабины экипажа. Благодаря более плотной компоновке удалось батарею пулеметов и пушек, а также бомбоотсек разместить под кабиной. Исчезла носовая часть фюзеляжа, уменьшилась поверхность трения. Необыкновенной была и форма остекления кабины. Для лучшего обзора вниз она была выпуклой по бокам.
