Кстати, возврат этой переплаты был квалифицирован как хищение, поскольку следствие считало, что образованная за счет внесения в бюджет векселей сумма недействительна, и поэтому возвращать было нечего. О том, насколько обосновано такое применение указанной нормы Уголовного кодекса, каждый может судить сам, особенно имея юридическое образование. Тем, кто далек от юриспруденции, поясню, что никакое хищение невозможно без причинения материального ущерба, образовавшегося за счет утраты похищенного. А из сказанного выше об отсутствии вреда бюджетным отношениям из-за расчетов в неденежной форме прямо вытекает вывод и об отсутствии состава преступления.
Итак, налоговые органы вернули «Инвестпроекту» многие миллионы рублей, предварительно его обстоятельно проверив, как это делается в подобных случаях. Но затем налоговики по причине дальнейшей бездеятельности инициировали его ликвидацию, перед этим убедившись, что сия компания задолженностей перед государством не имеет. Ликвидация осуществлялась в установленном порядке, то есть путем направления искового заявления в суд. После получения судебного решения от 5 декабря 2002 года было изготовлено «свидетельство о ликвидации юридического лица», и оно самими сотрудниками налоговой инспекции было на этом основании исключено из соответствующего реестра ЕГРЮЛ, то есть прекратило свое существование.
Таким образом, следователи, кому предстояло где-то находить материалы для налоговых обвинений, столкнулись с отсутствием юридических лиц, которым можно было бы предъявить претензии, после чего привязать к личностям Ходорковского и Лебедева. И тогда часть следственной бригады спешно вылетела в Читу для проведения следственных действий с сотрудниками областного управления по налогам и сборам. От этой командировки в деле остались протоколы допросов налоговиков, хотя что и как на самом деле обсуждалось между визитерами и аборигенами, можно только догадываться. Предполагаю, что беседы были весьма непростыми, с намеком на возможность самой строгой ответственности за возврат денег из бюджета, поскольку затем на белый свет сразу в один день появилась пара уникальных документов – это были вынесенные 8 августа 2003 года и подписанные заместителем руководителя налогового органа по фамилии Зых «Решения» Управления МНС по Читинской области и Агинско-Бурятскому автономному округу, из которых теперь следовало, что «Инвестпроект», оказывается, не уплатил налогов на огромную сумму – те самые 17 млрд рублей, затем перекочевавшиие в обвинительное заключение.
Возмутительность произошедшего состояла в том, что и на момент вынесения «решений», и во время мещанского суда, и в дальнейшем продолжал действовать вступивший в силу судебный акт Арбитражного суда Читинской области о ликвидации юридического лица, которому вдруг были приписаны огромные налоговые недоимки. И не юристу понятно, что без отмены постановления суда никакой чиновник не имел права своей властью реанимировать «Инвестпроект», а тем более проводить с ним какие-либо обременяющие действия. Таким образом, руководство областного управления МНС в угоду следствию привлекло к ответственности несуществующую организацию.
Защитой в прениях сторон было констатировано: «Эксгумация покойника произошла уже во время активных действий Генеральной прокуратуры РФ в отношении “ЮКОСа”. Беззаконие, выразившееся в абсолютном пренебрежении к вердикту, вынесенному арбитражной инстанцией, выглядит еще более вопиющим в этих стенах, где Мещанскому суду предстоит обсуждать вопрос об ответственности наших подзащитных за злостное неисполнение судебных решений[69]. И если такие, с позволения сказать, «доказательства», как эти Решения УМНС, считать законными и допустимыми, это будет означать только одно – то, за что судят одних, позволительно другим, если они помогают посадить первых».
По некоторым сведениям, заместитель руководителя областного управления МНС, подписавший противоправные решения, вскоре благополучно ушел на пенсию. А его начальница получила повышение и была направлена на работу в Москву. Стоит ли этому удивляться? Такие редкие некрофильские таланты, безусловно, могут пригодиться и в других местах…
Сюрпризы миллениума. Следующий пример иллюстрирует как масштабность применявшихся фальсификаций, так и изворотливость судей, их покрывавших.
Следственные органы, составлявшие обвинение Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву, вменили им в вину уклонение от уплаты налогов путем внесения в бюджет несуществующих в природе векселей в 2000 году на общую сумму 11 401 269 943 (одиннадцать миллиардов четыреста один миллион двести шестьдесят девять тысяч девятьсот сорок три) рубля!!
Указанная гигантская сумма не являлась абстрактной, поскольку была расписана по составляющим в привязке к организациям, работавшим на территории ЗАТО г. Лесной. Аналогичные цифры, исчисляемые в миллиардах рублей, приписывались и трем другим коммерческим структурам.
Но абсурдность ситуации заключается в том, что на самом деле материалы представленного в Мещанский суд уголовного дела неопровержимо доказывали, что в 2000 году «Бизнес-Ойл», «Вальд-Ойл», «Форест-Ойл» и «Митра» векселя в бюджет ЗАТО г. Лесной не вносили. Расчет ценными бумагами производился только в 1999 году!
Если как версию отбросить вариант с умышленной фальсификацией доказательств, то остается только предположить, что вся многочисленная бригада следователей, курировавшие их начальники и надзирающие прокуроры были слепы и поэтому не заметили массу документов, где очень четко разделены платежи векселями 1999 года и отсутствие таковых операций в 2000 году (справки финансово-бюджетного управления администрации ЗАТО г. Лесной, акты налоговых проверок и выносимые по их итогам решения, акт КРУ Минфина по Свердловской области, протоколы допросов директоров данных компаний).
Естественно, что факт приписки к обвинению несуществующих векселей на 11 млрд рублей был без особых проблем продемонстрирован Мещанскому суду как при помощи вышеуказанных документов, так и письменных заключений, и выступлениями на процессе приглашенных защитой специалистов. Даже представитель гражданского истца, сотрудник ФНС РФ Александра Нагорная, в своей речи в прениях по существу подтвердила, что в 2000 году никакие векселя в бюджет не вносились.
Но Мещанский суд одним махом опорочил все представленные ему доказательства абсурдности обвинения и в приговоре сослался на документы, где на самом деле никаких подтверждающих утверждение следствия доказательств не было. И быть не могло по указанным выше причинам.
