Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 213
Собралось «общество», а рабочие загодя вывинтили маленькую детальку – «винтик».
И – всё…
Паровоз – ни с места, директор выбивается из сил, гости в недоумении, а в опущенных глазах рабочих – смех…
Настоящий рабочий человек хорошо знает цену и себе, и тому, что невежды и тираны считают «мелочами».
Но смысл тоста Сталина был многослойным. Тост не только показывал собственное понимание Сталиным роли народных масс в державной работе, но и тактично, не «в лоб», напоминал собравшимся в кремлёвском зале блестящим маршалам, генералам, наркомам, директорам заводов и главным конструкторам, что они не должны забывать – генералы сильны солдатами.
Автор «Василия Тёркина», поэт Твардовский, метко съязвил, написав: «Города сдают солдаты, генералы их берут». Однако Сталин – сам по своему духу солдат – хорошо знал, что всё обстояло наоборот: города берут простые солдаты…
Те, что шли в бой за Родину и за Сталина!
За Родину!
И за Сталина – тоже! Не как за Бога, не как за Царя, а как за Вождя русского народа, Вождя простых людей.
И – как за выдающегося патриота.
Сталин был естественным патриотом России… Он не часто обнаруживал это качество в частных разговорах, предпочитая возвеличивать Россию делом, а не словом. Но в том случае, когда и Слово было Делом, он всегда находил для пробуждения русского национального чувства точные и действенные слова.
Так, в своей речи на Красной площади на параде войск Московского гарнизона 7 ноября 1941 года он призвал русский народ и все остальные народы России:
«…Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!
Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!»
Клеветники на Сталина утверждают, что он обратился к великим именам русской истории лишь в эти тяжёлые дни 1941 года, играя, мол, на национальных чувствах народа.
Но это – очередная ложь! Фильм Сергея Эйзенштейна «Александр Невский» был снят в 1938 году… Об Александре Невском, Димитрии Донском, Иване Калите, Иване Грозном, Петре, Суворове, Кутузове как о великих русских именах Сталин говорил Александре Коллонтай в ноябре 1939 года… А в беседе с Эйзенштейном и Черкасовым о фильме «Иван Грозный» Сталин вспоминал о событиях, происходивших задолго до войны, вот что:
«…Когда мы передвигали памятник Минину и Пожарскому ближе к храму Василия Блаженного, Демьян Бедный протестовал и писал о том, что памятник надо вообще выбросить и вообще надо забыть о Минине и Пожарском. В ответ на это письмо я назвал его «Иваном, не помнящим родства». Историю мы выбрасывать не можем…»
А вот некоторые из полнометражных фильмов, которые должны были быть выпущены в 1939, 1940 и 1941 годах по постановлению Политбюро ЦК ВКП(б) от 4 ноября 1939 года: «Сказка про Ивана крестьянского сына и Василису Прекрасную», «Дружба» (Тбилисская киностудия»), «Огни Колхиды», «Сибиряки», «Давид Сасунский», «Суворов», «Георгий Саакадзе», «Сабухи» (об азербайджанском демократе-просветителе Мирзе Фатали Ахундове), «Лермонтов», «Маяковский», «Валерий Чкалов», «Тарас Бульба», «1812 год», «Чернышевский», «Кер-Оглы»…
Как видим, уже до войны Сталин заботился о создании фильмов о России, о великих русских патриотах, а также и о национальных героях других народов СССР, делая тем самым этих героев предметом общенациональной гордости всего советского народа.
Особенно же мощно «русская» тема была заявлена в серии биографических фильмов после войны! И заслуга в этом – прежде всего Сталина. Это была его прямая позиция: средствами самого массового искусства показать России её подлинных героев – героев мысли и творческой деятельности.
В ноябре 1952 года Сталин своим синим карандашом последний раз внёс правки в проект Постановления ЦК КПСС о мероприятиях по увеличению производства художественных фильмов в союзных республиках. И тогда же он в последний раз утвердил список художественных фильмов, которые должны были быть или полностью сняты в 1953 году, или начаты в последнем году жизни Сталина производством.
Большинство из этих, призванных воспитывать национальную гордость, фильмов после смерти Сталина так и не было снято – что говорит само за себя, если знать, что среди них должны были быть новые фильмы И. Пырьева об Иване Грозном, В. Петрова о Димитрии Донском, А. Иванова об Александре Невском, И. Пудовкина о Петре Первом, М. Ромма о противостоянии Кутузова и Наполеона, Г. Александрова о Чайковском и А. Столпера о Крамском…
Хрущёвской «России», готовящейся к «оттепели», уже была не интересна великая история великой России.
А вот Россия Сталина своей историей интересовалась всё больше. И одним из доказательств этого стала замечательная книга Льва Гумилевского «Русские инженеры», с которой читатель уже знаком.
Причём у книги имеется весьма пикантная – для нынешних «демократов» – предыстория. 2 января 1946 года её рукопись рекомендовал «тирану» Сталину не кто иной, как весьма любимый нынешними «либерастами» академик П.Л. Капица. В своём очередном письме Сталину он аттестовал книгу в следующих выражениях:
«Товарищ Сталин,
Мне думается, что я поступаю правильно, обращая Ваше внимание на прилагаемую книгу Гумилевского «Русские инженеры»…
…Получилась… интересная и увлекательная книга. Интересно в этой книге то, что, кроме картины достижений отдельных людей, как бы сама собой получается ещё общая картина развития нашей передовой техники за многие столетия.
Мы, по-видимому, мало представляем себе, какой большой кладезь творческого таланта всегда был в нашей инженерной мысли…
Из книги ясно:
1. Большое число крупнейших инженерных начинаний зарождалось у нас.
2. Мы сами почти никогда не умели (точнее – не давал царизм. – С.К.) их развивать (кроме как в области строительства).
3. Часто причина неиспользования новаторства в том, что обычно мы (точнее – царская администрация, что и показывал Л. Гумилевский. – С.К.) недооценивали своё и переоценивали иностранное…
Ведь излишняя скромность – это ещё больший недостаток, чем излишняя самоуверенность. Для того чтобы закрепить победу (в Великой Отечественной войне. – С.К.) и поднять наше культурное влияние за рубежом, необходимо осознать наши творческие силы и возможности…»
Петра Леонидовича Капицу сложно записывать в число активных русских патриотов. Если судить по откровенно космополитической позиции его «телевизионного» сына профессора Сергея Капицы, вряд ли в доме его отца-академика был особый культ России. И причины, побудившие старшего Капицу рекомендовать рукопись книги Гумилевского Сталину, лично для меня неясны. Возможно, Капица таким оригинальным образом страховал себя от уже надвигающихся на него неприятностей, а возможно, сыграла свою роль и действительно гордость Капицы-отца за Россию и её таланты – не знаю… Но ситуацию Пётр Леонидович оценил очень точно и патриотично:
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 213
