него, очевидно, не произвели особого впечатления, и он продолжал нести караульную службу. Когда, наконец, проходящий казак спросил у него: «Что ты стоишь здесь?», то он, не пропуская казака в склад, ответил: «Совет меня поставил и только совет может меня снять». Тут казак выстрелил ему в упор в лоб и снял полчерепа.
Занятно то, что мы сейчас стоим собственно на отдыхе в резерве, а между тем, на кого ни посмотришь, все за это время похудели и осунулись. Спасибо за такой отдых, когда от совсем ненормальной жизни изматываешься больше, чем на позиции. Я хотел сапоги и свое обмундирование привести в порядок, но ничего не успел сделать. Мало того, мы с Лернером до сих пор «увы, не успели еще» перенести своих вещей из обоза в комнату и всё это время спим на голых постелях. Всё утро до обеда в собрании ничего не ешь, питаешься довольно скверно, а тут еще эти выпивки. В Харькове холера, а по утрам, чтобы утолить водочную жажду, пьешь сырую воду прямо из рукомойника. Ну его к черту, такой отдых.
1.08.1919. Четверг. С утра походным порядком отправились из Харькова в Люботин. Стоять дольше в Харькове было довольно неинтересно: всё дорого и, кроме того, большая возня с доставкой фуража. Погода как-то сразу резко изменилась: стало прохладно, и повеяло осенью. Хлеба почти все уже убраны и свезены. В том районе места веселее, так как лесов довольно много. Эти бесконечные степи, по которым всё время приходится путешествовать с боями, уже достаточно надоели. Воевать же в этих лесах будет несколько труднее, чем в степи. Пришли мы в Люботин часов через 5 после выступления из Харькова и расположились в имении князя Святополк-Мирского. Тут очень приличный и большой парк с несколькими прудами и громадный фруктовый сад в 121 десятину. Дом довольно неважный, старый, и перед ним несколько недействующих фонтанов. Владельцев самих в имении нет. Жаль, что в саду ни одного фрукта; говорят, что сад роскошно цвел, но его повредило морозом. Солдат разместили в доме, а все офицеры расположились по частным квартирам в поселке. Здесь жизнь будет здоровее и проще, чем в Харькове. К вечеру собрался приличный осенний дождичек.
2.08.1919. Наши заняли города Сумы и Херсон. Захвачена приличная добыча. На всех направлениях фронта дела нашей армии весьма успешны. Каждый день наши продвигаются: занимают большие пространства и всё новые и новые города.
У Донцов дела идут не совсем хорошо. Они топчутся на одном месте или отходят. Донской фронт никак не может перейти через занятую линию Поворино — Тыловая — Лиски. Красные, должно быть, отчаявшись сделать что-либо с нами, решили попытать счастья на Донском фронте и уже начали там слегка нажимать. На Курском направлении у нас идут серьезные и ожесточенные бои, но наши неизменно продвигаются вперед.
У адмирала Колчака дела идут что-то не совсем хорошо. Еще в начале июля красные, перейдя в наступление значительными и превосходящими силами, заняли Пермь, Кунгур и Красноуфимск и продолжают наступать. Теперь они уже практически везде перешли через Урал. По всему фронту войска адмирала Колчака отошли на весьма внушительное количество верст. Говорят, что в связи с неудачами Сибирской армии у нас пока главным направлением будет не северное — на Москву, а на Киев.
Уже около двух месяцев у нас говорят о разложении советской армии. Я же должен сказать, что по последним боям этого не видно. Прямо, даже странно, что красные после таких поражений сумели наладить дело обороны и даже наступать в некоторых местах. По сведениям отдела пропаганды, в Красной армии появилось много германских офицеров, а во главе генерального штаба стоит германский генерал Блюхер.
На фронте генерала Юденича тоже какое-то затишье. Говорят, что у него были трения с адмиралом Колчаком по поводу взятия Петрограда. Колчак якобы стоит за то, чтобы Петроград был взят русскими войсками, чтобы в этом деле не принимали участие шведы, финны и прочие нерусские войска. Так до сих пор и не понять, будут брать столицу Северной коммуны или обождут это делать.
Вообще, сейчас довольно трудно решить, успеют ли все противобольшевицкие армии покончить все дела с красными в этом году. По-видимому, зимней кампании нам избежать не удастся, уж больно большие расстояния еще остаются, а осень уже начинается. В Сибири и на Севере скоро уже совсем зима.
3.08.1919. Отрадное известие — переворот и конец советской власти в Венгрии. Правительство Белы Куна арестовано. Раковский всё время не оставлял мысли о временном отступлении в Венгрию и о новом завоевании Украины соединенными силами красных венгров и украинцев. Теперь же провал коммунистической власти Венгрии, нужно думать, внесет некоторое расстройство в планы Раковского, а продолжающееся наше наступление может заставить его окончательно забыть идеи защиты и борьбу за Украину. Члены нового венгерского правительства, собравшись на первом заседании Совета министров, после недолгих прений твердо высказались, с ведома дипломатического корпуса, за единогласное признание эрцгерцога Иосифа верховным правителем Венгрии. Состоялась уже присяга ему всех министерств, которая была торжественно обставлена. В Турции последнее время тоже происходит какое-то брожение; на Балканах весьма неспокойно, Персия накануне переворота. Грузия тоже что-то замышляет. Грузины уже давно взяли у нас снова Гагры и расширили свои границы. Их можно было бы очень легко успокоить, но англичане не дают наступать на них.
4.08.1919. Поговаривают о том, что в очень скором времени из нашей армии будут отправлены к Колчаку офицеры. Теперь ехать к нему не особенно интересно. Говорят, что армия у него не совсем важная и притом ощущается большой недостаток офицеров. Несмотря на то, что до начала нашего наступления все надежды возлагались на Колчака, теперь можно почти безошибочно и с уверенностью сказать, что к Москве мы подойдем раньше Сибирской армии. Всё внимание теперь обращено на нашу армию, которая получает первенствующее значение в деле освобождения России от советской власти.
Целый день идут дожди. Прямо опротивело такое состояние погоды. Везде грязь, сырость, лужи. По случаю праздника немного выпили сегодня в собрании. Интересно, что от весьма малого количества водки все офицеры почти сразу приходят в веселое состояние и очень быстро пьянеют. Измоталась, должно быть, сильно публика.
5.08.1919. Вечером катался верхом по княжескому саду и парку. Из парка проехал в соседнее имение другого брата Святополк-Мирского. Дом здесь весьма приличный, напоминает княжеский. Большевики устроили здесь детский приют и поселили в нем голодающих детей Олонецкой губернии в количестве около 300 человек. С подобными приютами приходилось встречаться в Константинограде, где
