71 Данные приводятся согласно протоколу фронтовой комиссии по делам о выборах в Учредительное собрание от 29 ноября 1917 г. См.: Октябрьская революция в Латвии. Документы и материалы. Рига: Изд-во Акад. наук Латв. ССР, 1957. С. 278, 279.
72 Фрагмент из книги П.Д. Малькова «Записки коменданта Московского Кремля» // Латышские стрелки в борьбе за советскую власть в 1917–1920 гг. Воспоминания и документы. / Отв. ред. Я. П. Крастынь. Рига: Изд-во Акад. наук Латв. ССР, 1962. С. 43–44.
73 Бонч-Бруевич В.Д. На боевых постах Февральской и Октябрьской революций. М.: Федерация, 1930. С. 349; Кайминь Я. Латышские стрелки в борьбе за победу Октябрьской революции. Рига: Латвийское Государственное изд-во, 1961. С. 358–381.
74 «В декабре 1916 года восемь действующих полков насчитывали 30–35 тысяч стрелков и 1000 офицеров. В Запасном полку было 10–15 тысяч человек». См.: Кайминь Я. Латышские стрелки в борьбе за победу Октябрьской революции. Рига: Латвийское государственное изд-во, 1961. С. 37.
75 В феврале 1917 г. было всего 3,5 тыс. полицейских, которые были вооружены устаревшими японскими винтовками, да несколько казачьих рот, почему-то без нагаек. См.: Мартынов. Е.И. Царская армия в февральском перевороте. Л.: Штаб РККА Научно-уставной отдел, 1927. С. 207.
76 «Казаки бездействуют. Они лишь шагом проходят сквозь толпу, некоторые смеются. Толпа в восторге, кричит: Ура! На ура казаки кивают головами, кланяются. Полиция негодует. Так же безобразно почти в это же время вел себя взвод казаков на Васильевском Острове, не желая разгонять толпу, шедшую к Николаевскому мосту. Пехота рассеяла ее. Так же бездействовали казаки вечером на углу Невского и Литейного, где был митинг. Они лишь осторожно проезжали сквозь толпу. Толпа была в восторге». См.: Спиридович А.И. Великая война и Февральская революция. 1914–1917 гг. Нью-Йорк: Всеславянское Изд-во, 1962. С. 86.
77 Карабчевский Н.П. Что глаза мои видели. Т.2. Революция и Россия. Берлин: Изд-е Ольги Дьяковой и Ко., 1921. C. 116.
78 Пайпс Р. Русская революция. В 3-х кн. Кн. 1. Агония старого режима. 1905–1917. М.: Захаров, 2005. С. 426, 427.
79 Никитин Б.В. Роковые годы. М.: Издательский дом «Правовое просвещение», 2000. С. 5.
80 «То обстоятельство, что Министерство Внутренних дел – другими словами, все управление, вся полиция – осталось совершенно неорганизованным, сыграло очень большую роль в общем процессе разложения России. В первое время была какая-то странная вера, что все как-то само собою образуется и пойдет правильным, организованным путем. Подобно тому как идеализировали революцию («великая», «бескровная»), идеализировали и население. Имели, напр., наивность думать, что огромная столица, со своими подонками, со всегда готовыми к выступление порочными и преступными элементами, может существовать без полиции, или же с такими безобразными и нелепыми суррогатами, как импровизированная, щедро оплачиваемая милиция, в которую записывались профессиональные воры и беглые арестанты. Всероссийский поход против городовых и жандармов очень быстро привел к своему естественному последствие. Аппарат, хоть кое-как, хоть слабо, но все же работавший… Отсутствие хорошо организованной полицейской силы и безусловно преданной правительству силы военной парализовали его». См.: Набоков В.Д. Временное Правительство // Архив русской революции. В 22 т. Т.1. М.: «Терра»: Политиздат, 1991. С. 39, 62.
81 Малыгин А.Я., Мулукаев Р.С. Предисловие // Милиция России. Документы и материалы. 1917–1999. Т.1. Саратов, 2001. С. 4.
82 Вестник Народного комиссариата внутренних дел. 1918. № 20. С. 11. Цит. по: Малыгин А.Я., Мулукаев Р.С. Предисловие // Милиция России. Документы и материалы. 1917–1999. Т.1. Саратов, 2001. С. 5.
83 Родзянко М.В. Государственная Дума и февральская 1917 года революция // Архив русской революции. В 22 т. Т.6. М.: «Терра», Политиздат, 1991. С. 66.
84 Когда премьер-министра князя Львова попросили назначить новых губернаторов и уездных представителей власти вместо снятых правительством, он ответил: «Это – вопрос старой психологии. Временное правительство сместило старых губернаторов, а назначать никого не будет. В местах выберут. Такие вопросы должны разрешаться не из центра, а самим населением…». См.: Милюков П.Н. История второй русской революции. М.: РОССПЭН, 2001. С. 61.
85 Пайпс следующим образом описывает события тех дней: «Корнилов, в очередной раз приняв решение восстановить порядок, приказал вывести из казарм войска и выставить артиллерию. На этот раз его осадил Исполком, утверждавший, что толпу можно успокоить средствами словесного убеждения. Из Исполкома позвонили в Генеральный штаб с просьбой отменить приказания Корнилова. Затем Корнилов встретился с представителями Исполкома. Последние приняли на себя ответственность за восстановление порядка, и Корнилов отменил отданные ранее приказы и велел войскам не выходить из казарм». См.: Пайпс Р. Русская революция. В 3-х кн. Кн. 2. Большевики в борьбе за власть. 1917–1918. М.: Захаров, 2005. С. 92.
86 «День 4-го июля была та дата, когда Совет мог воочию убедиться, что у него уже нет ни одного солдата: в Петрограде не было войск, а была солдатская толпа, и она не подчинялась». См. Никитин Б.В. Роковые годы. М.: Издательский дом «Правовое просвещение», 2000. С. 42.
87 Доклад начальнику операционного отделения германского восточного фронта о положении дел на Украине в Марте 1918 года // Архив русской революции. В 22 т. Т.1. М.: «Терра»: Политиздат, 1991. С. 288.
88 «Украина «аннексировала» уже Харьковскую, Екатеринославскую, Херсонскую, часть Таврической губернии; Дон вел тяжбу с Украиной о границах, и из – за пустого в сущности вопроса Екатерининской железной дороги обе «высокие стороны» придвигали к «пограничным» пунктам гарнизоны; самоопределившиеся «горские народы» огнем и оружием начали уже разрешать спорные исторические вопросы с Тереком; Тифлис накладывал руку на огромные общегосударственные средства Кавказского фронта». См.: Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Мысль, 1991. С. 86. См. также: Гольденвейзер А.А. Из Киевских воспоминаний (1917–1921 гг.) // Архив русской революции. В 22 т. Т.6. М.: «Терра», Политиздат, 1991. С. 180.
89 Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Мысль, 1991. С. 94.
90 Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Мысль, 1991. С. 143.
91 Деникин А.И. Очерки русской смуты. М.: Мысль, 1991. С. 144.
92 «Дон, Кубань и Терёк окружили себя таможенными рогатками и пропускали через них беспрепятственно только грузы, предназначенные на довольствие армии и ее надобности, и все проходящие через их районы транзитом. Все же, не предназначавшееся непосредственно для армии, Правительства Дона, Кубани и Терека соглашались пропускать через свои границы только на товарообмен. На этой почве возникало много трений и недоразумений. Получались иногда самые невероятные положения. Кубань была полна хлебом и другими продовольственными продуктами, а население прилегавшей к ней Черноморской губернии в некоторые периоды буквально голодало; бывали случаи, когда нам приходилось посылать поезда с продовольствием с Кубани в Черноморскую губернию в сопровождении военной охраны, чтобы продовольствие не было задержано таможенной заставой». См.: Лукомский А.С. Из воспоминаний // Архив русской революции. В 22 т. Т.6. М.: «Терра», Политиздат, 1991. С. 150–151.
