Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
Эрнест скучал по Марлен Дитрих.
– Черт побери, Барон, моя духовная жизнь всегда в надежных руках, если рядом Дон Андрес. Но Марлен – это такая женщина, что может вдохновить мужчину пойти на виселицу. Я снова напишу этой немочке и попытаюсь пригласить ее сюда. Было бы замечательно посидеть с ней на берегу бассейна и предаться воспоминаниям. Мэри просто без ума от нее.
Эрнест работал успешно и никого не посвящал в свое творчество. Он продолжал писать, несмотря на ранения головы, автомобильные аварии и последствия контузии. Когда его послевоенный доход с зарубежных авторских прав стал весьма ощутимым, он и Мэри совершили путешествие в Европу. Он вновь хотел посмотреть на Северную Италию, где ему так хорошо работалось и жизнь была такой прекрасной в те первые несколько лет. Во время утиной охоты на болотах около Венеции ему в глаз попал кусочек пыжа от патрона. Началось серьезное воспаление. Требовалось время, хотя это могло стоить ему зрения и, возможно, жизни. Но позже он вышел из ситуации с помощью чудовищных количеств пенициллина. У него была готовая рукопись книги «За рекой, в тени деревьев». Произведение было написано за короткое время. Но Эрнест считал его удачным и был раздражен едкостью критики, последовавшей после публикации серии глав в журнале «Космополитен». О своей книге он сказал одному из друзей, что «в ней была настоящая и прекрасная девушка».
После того как воспаление глаза прошло, Эрнест послал Марлен предложение сочинить сценарий фильма о поиске Святого Грааля, где невинной немецкой девушке предстоит найти путь через целые страны противников. Эрнест сказал, что очень любит Марлен и она прекрасно об этом знает. А когда-нибудь он напишет историю о них обоих, и они смогут жить счастливо целую вечность.
Перед возвращением на Кубу Эрнеста тщательно осмотрел один из лучших европейских врачей. Ему сообщили диагноз – цирроз печени – и дали совет, что необходимо предпринять, иначе придется рассчитывать только на десять лет жизни. Эрнест за свою жизнь игнорировал предсказания столь многих доброжелателей, что счел делом чести не обращать на это внимание.
Когда в 1951 году умерла наша мать, он продолжал напряженно работать. Перспектива увидеть удручающее зрелище повлияла бы на его творчество. Когда он узнал о похоронных приготовлениях, то послал одной из сестер деньги и записку с просьбой пригласить всех на поминки от его имени и позаботиться обо всем необходимом.
Несмотря на серьезную работу, Эрнест продолжал писать полные любви письма. Он написал Марлен Дитрих, что она и он два последних невинных на этом свете, и она его талисман. Он убеждал ее, что они никогда не должны терять связь друг с другом. В строки своей книги он вкладывает всю свою любовь и готов всегда быть полезным ей, исполняя ее приказы, потому что в душе он тоже немец, и она должна знать об этом.
На следующий год Леланд Хэйуорд убедил его опубликовать «Старик и море» сначала в журнале «Лайф», а потом издать как книгу. Эрнесту очень понравился профессионализм, с которым книга была издана. За нее он был удостоен премии Пулитцера, что принесло ему несказанное удовольствие.
После издания книги кто-то опубликовал в журнале интервью с ним, что привело его в ярость, поскольку этого интервью вообще не было. Местные рыбаки обвинили его в непорядочности, и ему пришлось объяснять многим друзьям-писателям, что он не давал такого интервью и это чистой воды мошенничество. Он сказал, что создал эту книгу после нескольких лет, проведенных на воде, и благодаря знакомству с десятками рыбаков.
Эрнест снова посетил Европу. Это был его первый послевоенный визит в Испанию. Оттуда он, Мэри и Филипп Персиваль направились на охоту в британскую Восточную Африку. Эрнест жаждал познать ощущения охотника, когда он пробирается пешком или ночью в этой стране леопардов. Он получал впечатления, заменяя егеря в одном из районов и убивая львов в траве высотой пятнадцать футов при плохой видимости и всех шансах на неожиданную атаку.
Один из львов увернулся от брошенного копья и был уже на опасном расстоянии, когда Эрнест успел выстрелить в него. Он извлек из него лопатки и шейные хрящи, сохранив их для играющего на гитаре мальчика из бара «Флоридита» в Гаване.
Желая посмотреть на водопад Виктория, Эрнест и Мэри арендовали четырехместный самолет «сессна» с американским пилотом по имени Рой Марш. Он должен был слетать вместе с ними туда и вернуться обратно. Недалеко от водопада Марш неожиданно столкнулся со стаей ибисов. Направив самолет вниз, чтобы избежать столкновения, он зацепил старую телефонную линию, после чего самолет рухнул на землю.
Они испытали страшный удар. Больше всех пострадала Мэри. У нее было сломано два ребра. После лишенной всякого комфорта ночи со слонами, проявлявшими к ним неподдельный интерес, группа окликнула проходившую по реке моторную лодку и добралась до Батиабы. Там они наняли другой самолет. На взлете он потерпел аварию и загорелся. Это был настоящий шок. В это время отправленный на поиски самолет обнаружил место первой аварии и сообщил об отсутствии признаков жизни. Об этом информировали мировую прессу и страницы газет запестрели некрологами. Эрнест больше всего пострадал при второй катастрофе. Был сильный ушиб внутренних органов, повреждение позвоночника, из ран текла кровь, пока он не добрался на машине до Найроби и не получил первую медицинскую помощь. Местный врач сказал, что по всей медицинской логике он мог умереть той ночью. Но поскольку этого не произошло, у него были все шансы поправиться. В течение нескольких последующих дней он, находясь в постели, читал собственные некрологи в газетах. Он не обращал внимания на боль, наслаждаясь впечатлениями.
После этих катастроф Эрнест и Мэри через Европу вернулись на Кубу. Эрнест еще полностью не выздоровел, боль давала о себе знать весьма ощутимо. По его словам, он мог забыть о недуге иногда во время работы, но по ночам было просто невыносимо.
В письме к Марлен Эрнест убеждал ее приехать на Кубу, обещая не отпускать шуток по поводу смерти и не давать ей читать свои некрологи. Он говорил, что временами приступы боли просто ужасные, но в эти мгновения лишь стоит ему подумать о ней – и болезнь сразу отступает. Он написал, что хотел бы более тесного контакта, потому что, когда он обнимает ее, кое-что у него сразу перестает болеть.
В 1954 году он стал лауреатом Нобелевской премии по литературе. Он не произносил никаких речей, за исключением интервью на кубинском телевидении. Упомянув о том, какое удовольствие он получил, наблюдая за награждением Исака Динесена, Бернарда Беренсона и Карла Сандбурга, он скромно принял известие и о своей награде. Его врач запретил ему ехать в Швецию на церемонию. Эрнест был против того, чтобы ехала Мэри, так что Нобелевскую премию получал за него американский посол. Медаль и деньги были переданы Эрнесту. Он отдал медаль в усыпальницу Вирген-де-Кобре, что на востоке Кубы, отметив, что стать реальным обладателем какой-то вещи можно, лишь подарив ее.
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 89
