Владимир Дайнес - Фельдмаршал Манштейн – лучший полководец Гитлера

«Вследствие этого ни при каких обстоятельствах нельзя снимать силы с являющегося решающим в оперативном отношении северного фланга группы армий для использования их в Днепровской дуге, – писал фон Манштейн. – Даже если бы там, несмотря на это, удалось в боях с перешедшим теперь в наступление противником добиться успеха в обороне и временно стабилизировать положение, в оперативном отношении необходимо было бы учесть следующие факты. Группа армий должна будет удерживать в течение зимы довольно потрепанными дивизиями участок фронта, для которого ее сил далеко недостаточно. Она не имела бы достаточных резервов, чтобы отражать наступление крупных сил противника, которое может быть предпринято на нескольких участках. Группа армий, следовательно, будет находиться в полной оперативной зависимости от противника, что является особенно опасным в связи с понизившейся боеспособностью ее соединений. Боевые действия, которые будут вестись в зависимости от намерений противника, не могут привести к серьезному ослаблению его ударной силы. Поскольку Советы постоянно будут диктовать нам свою волю, а мы не сможем своевременно маневрировать резервами, чтобы отражать их удары или упредить противника, мы будем не только отдавать им большое пространство, но и нести большие потери в людях и технике. Предпосылкой для успешного продолжения военных действий является создание достаточных и боеспособных резервов. Если их нельзя выделить из состава войск, действующих на других театрах военных действий, то необходимо значительно сократить линию фронта на правом крыле Восточного фронта (эвакуировав 17 армию из Крыма морским путем). Без резервов группа армий не может удержать в течение зимы своих позиций» [399].

Войска группы армий «Юг», остановив войска 2-го Украинского фронта, нанесли удар по соединениям 1-го Украинского фронта. Силами шести танковых и одной моторизованной дивизии фон Манштейну удалось после упорных боев 23 ноября захватить город Брусилов. Командующий 1-м Украинским фронтом генерал армии Н.Ф. Ватутин немедленно перегруппировал в район севернее и восточнее города 3-ю гвардейскую танковую армию и 94-й стрелковый корпус 1-й гвардейской армии. С букринского плацдарма на участок Фастов, Триполье вслед за 40-й армией с 14 по 20 ноября была переброшена часть сил 27-й армии. Против наступавших танков и пехоты противника действовали основные силы 2-й воздушной армии.

26 ноября войска 1-го Украинского фронта нанесли контрудар тремя стрелковыми корпусами по северному флангу брусиловской группировки противника и к 30 ноября сумели стабилизировать оборону на рубеже восточнее Черняхова, Радомышль, Ставище, Юровка. Однако для нанесения более серьезного удара по противнику у генерала армии Ватутина сил не имелось.

Одновременно фон Манштейну пришлось отражать наступление войск 3-го Украинского фронта. Они 20 ноября нанесли удар на Нижнем Днепре между Николаевом и Кривым Рогом по соединениям 1-й танковой армии, которой с 29 октября командовал генерал танковых войск Г.-В. Хубе. Цель наступления – овладение Никополем, где части 40-го танкового корпуса генерала горнострелковых войск Ф. Шернера удерживали плацдарм. Ему удалось остановить продвижение войск фронта у Никополя.

После небольшого отдыха войска 2-го Украинского фронта возобновили наступление. В полосе 53-й и 5-й гвардейской армий удалось значительно продвинуться вперед. Генерал армии Конев решил немедленно перебросить на это направление 5-ю гвардейскую танковую армию. К вечеру 5 декабря части 18-го и 29-го танковых корпусов, тесно взаимодействуя с соединениями 5-й гвардейской армии, ворвались на северную и восточную окраины Знаменки. После упорных боев город 9 декабря был очищен от противника.

В день освобождения Знаменки Ставка ВГК своей директивой № 30261 приказала войскам 2-го Украинского фронта развивать наступление в направлении Казанка, Березнеговатое с целью вывести на простор 7-ю гвардейскую, 57-ю и 37-ю армии, выйти на тылы никопольской группировки противника и разгромить ее совместно с 3-м и 4-м Украинскими фронтами. При развитии наступления к югу, требовалось прочно обеспечивать себя с запада по р. Ингул. На усиление 2-го Украинского фронта из состава 3-го Украинского фронта передавались два стрелковых корпуса, которые должны были сосредоточиться походным порядком к 15–17 декабря в районе Пятихатки [400].

Выполняя поставленную задачу, войска 2-го Украинского фронта отбросили противостоящую 8-ю армию от Днепра на 30—100 км, создав условия для последующего наступления на кировоградском направлении.

На 1-м Украинском фронте происходили следующие события. Фон Манштейн решил силами 48-го танкового корпуса во взаимодействии с 24-м танковым и 13-м армейским корпусами перейти в наступление из района Житомира в направлении на Радомышль, разгромить войска 60-й армии, нависшие с фланга над его ударной группировкой, захватить Киев и восстановить оборону по Днепру. Трудность воплощения этого замысла в жизнь состояла в том, что фон Манштейн не располагал точными сведениями о том, какие силы ему противостоят в районе севернее и западнее Житомира.

В 6 часов утра 6 декабря передовые подразделения 1-й, 7-й танковых дивизий и дивизии «Leibstandarte-SS Adolf Hitler» пересекли дорогу Житомир – Коростень. По частям 30-го стрелкового корпуса 60-й армии нанесли удар три полка мотопехоты при поддержке 60 танков. Они вышли к его тылам и одновременно начали наступать на фланг 148-й стрелковой дивизии 15-го стрелкового корпуса. Противник, заняв село Корчивка, ввел в бой свой резерв и стал развивать наступление на северо-восток. В результате создалась угроза глубокого охвата правого фланга и тыла 15-го стрелкового корпуса.

«В эти дни мы действительно получили большую пользу от подслушивания радиопереговоров противника, – вспоминал бывший начальник штаба 48-го танкового корпуса генерал Ф. Меллентин. – Донесения русских быстро расшифровывались, вовремя поступали в штаб корпуса для принятия соответствующих решений. Мы располагали постоянной информацией о реакции русских на действия наших войск и тех мерах, которые они предполагали предпринять. Поэтому мы имели возможность своевременно изменять наши планы. Вначале русские недооценивали значение немецкого удара, затем в бой были введены несколько противотанковых орудий; постепенно командование русских начало проявлять беспокойство. Переговоры по радио приняли бурный характер. “Немедленно доложите, откуда наступает противник. Ваше донесение неправдоподобно”. Ответ: “Спросите чертову бабушку. Почем я знаю, откуда он наступает?” (Как только в переговорах русские начинают упоминать черта и его ближайших родственников, это означает, что дела у них идут плохо.) К середине дня 60-я армия русских была отброшена, и вскоре наши танки вышли в район расположения штаба армии» [401].