28
Даже в героической истории русской военной разведки выделяются искусство и отвага действовавшего в строго охраняемой Кафе русского военного разведчика Ивана Григорьева, сумевшего добыть подробнейший, разбитый по переходам план наступления турок на Переволоку. Его товарищ татарин был схвачен турецкими тайными агентами-ассасинами, но хорошо продуманная «крыша» помогла — крымские власти вызволили заключённого. Ценные сведения для русской разведки доставляли рабы-славяне, а также армяне, евреи и другие угнетённые народности Крыма.
Позже он объяснял это страхом перед великим визирем Соколлу.
Иван Грозный был даже более предусмотрителен: укрепив Вологду, он спрятал казну ещё дальше, в Кирилло-Белозерском монастыре, а сам начал упрашивать королеву Елизавету I Тюдор предоставить ему с семьёй политическое убежище в Англии.
Его принёс на русский посольский двор в Стамбуле Мухаммед Челеби.
Здесь следует учесть своеобразие представлений Ивана Грозного, считавшего лучшим человеком раба. Действительно, в Польше крепостное право достигало уже такого уровня жестокости, что когда, по словам современника, шляхтич убивал холопа, то говорил, что убил собаку, ибо всех крестьян считал за собак[37].
Эти сетования раздаются уже после Молодинской победы, о которой царь совершенно не упоминает.
Пропустивший врага к Москве в 1571 году И. Ф. Милославский был помилован — царь казнил за «измену» князя М. И. Воротынского, разбившего хана при Молодях в его повторном набеге на Москву (1572).
Переговоры о доставке «дородной» и «сличной» девки царь упорно вёл также с Англией, невзирая на то что был женат.
«Истинный раб» — высшая оценка человека в понимании Ивана Грозного.
Здесь, как обычно, самомнение шляхты превосходило её познания в истории.
Как то: кувшинов, горшков и прочих сосудов, начинённых порохом, обмотанных просмолённым тряпьём и взрываемых запалением фитиля.
![Кармилла [сборник] - Джозеф Шеридан Ле Фаню](/uploads/posts/books/421995/421995.jpg)
