Удивительные истории о собаках - Александр Бессонов

Жарко. Хотел пить. Лужица в арке, вкусная вода. Побежал во двор. Там девочка, я к ней. Добрый голос. Мягкие руки гладили спинку. Как будто мамин язык лизал. Приятно очень. Я заскулил. Вспомнил запах маминого молока. Это моя новая мама? Я ее кусь за руку. Ой, по носу больно щелк. Бегом за ней!

– Чей же ты, малыш? Такой миленький, белый весь. Беленький. Бельчонок. Эй, щенок, за мной!

Белый щенок бросился за девочкой во двор. Они носились друг за другом, баловались, вырывая друг у друга палку. Потом валялись на траве, и щенок лизал руки новой подружке. Вывалив ярко-розовый язычок от жары, щенок тяжело дышал.

Таю разморило от духоты. Ни дуновения. Воздух стоял плотной стеной, взвешенная золотистая пыль, казалось, заполнила собой все пространство и застыла. Солнце жарило нещадно.

– Тая, бегом домой! Где квас? – вдруг послышался голос ее мамы из окна пятого этажа.

«Ой, точно, квас же. Он, наверное, нагрелся. Столько на солнце простоял», – пронеслось в голове у Таи.

Девочка бегом бросилась к подъезду, щенок увязался за ней.

Как прохладно здесь внутри. Ступеньки. Лизнул одну. Невкусно. Бегом за девочкой наверх.

Щенок с громким лаем поднимался по лестнице вслед за Таей.

– Мама, вот квас. А я не одна, со мной… Со мной Бельчонок. Я его так назвала. Смотри, какой он беленький и чистенький, – подлизывалась девочка к маме, зная, что та не слишком обрадуется ее новому другу.

– Таисия, сколько раз тебе говорили, что никаких собак мы в дом не тащим. Кто будет за ней следить? Убирать? Гулять? Ты, что ли? Что-то я не заметила, чтобы ты сильно рвалась помогать, лень впереди тебя родилась. А мне и без собаки хлопот хватает! – строго сказала мама.

Притихшая Тая решила пока оставить щенка в подъезде. Возле входа на чердак девочка положила старое папино пальто, давно пылившееся в шкафу, поставила мисочки с едой и водой для нового друга. Поужинав, Тая вышла в коридор и, пристроившись возле Бельчонка, читала книжку. Но вскоре мама позвала ее домой – пора было спать.

Девочка ушла за дверь. Я побежал за ней. Хотел зайти. Закрыто. Скулил. Прыгал. Очень громко лаял. Звал. Она выходила и пряталась опять. Мы играли весь вечер. Я громко лаял. Она появлялась, брала меня на руки и уносила наверх. Спускалась к себе за дверь. Бежал за ней. Потом не выходила. Я лаял. Долго. Очень. Уснул. Мне снилось, как я бегу, а девочка ловит меня.

– Тая, избавься от этой собаки, от нее вон сколько шуму! – наседала на нее мама. Руки в боки, брови нахмурены – мама и вправду была очень сердита. Девочка не стала слушать продолжение тирады и потихоньку улизнула в другую комнату.

– Ну, ну, перестань так на ребенка давить. Тоже мне невидаль – собака. Пусть ребенок себе ее оставит. Места в квартире много, собачка небольшая, не объест, – встала на защиту Таи бабушка.

– А ты, мама, чего лезешь? – грубо вскинулась на бабушку Наталья, Таина мама. – Василий вернется из командировки, что мы ему скажем? Он отец, ему решать!

– Да что он понимает, этот твой Василий! Радости только дочку лишает. Эгоист он, я тебе всегда говорила, что он эгоист! – стояла на своем бабушка. – Пусть бы и совсем не приезжал, нам и без него хорошо, – тихонько бубнила бабушка себе под нос.

– Да не в нем же дело! Как ты не поймешь! Ну зачем нам сейчас собака? Ты же видишь, как Тая за этот год устала в школе. Девочке восстановиться надо за каникулы, отдохнуть перед новым учебным годом, а тут эта собака. Да Василий и разрешил бы. Но кто будет гулять с ней, с этой собакой? Тая? Не смеши, мама. Она не помнит, что ей утром сказали сделать после обеда. Дома палец о палец не ударит. Избаловали мы девицу. Мне еще и эту собаку на себя взваливать?

– Как раз быстрее оклемается с собакой-то после учебы этой. Видишь, как она за щенком ходит. Кормит его, ухаживает. Глаза у девочки горят, наконец-то хоть что-то ее увлекает… А домашние дела мы и сами сделаем. Мы-то на что? Пусть ребенок отдохнет, – переубедить бабушку было не так просто.

– И надолго это увлечение? Пусть щенок в подъезде пока поживет. Еды мне для него не жалко, но к дому приучать не будем. А как подрастет, то и во дворе с остальными дворнягами прекрасно поживет, – Наталья была непреклонна, но и бабушка не сдавалась, защищала и Таю, и белого щенка.

Страсти разгорелись нешуточные и полыхали еще добрых два часа, а Тая тем временем бегала в подъезд и обратно.

Наконец все выдохлись и разбрелись по своим местам: люди по комнатам, собака – под дверь. Близилась ночь.

Поздно вечером девочка сидела на кровати и расчесывала волосы. Вдруг ей показалось, что темная фигура, похожая на высокого мужчину в длинном плаще с капюшоном, плавно выплыла из-за шторы и, медленно покачиваясь, начала приближаться. Не так давно это страшное существо начало преследовать ее, внезапно появляясь ночами.

Тая застыла. Она чувствовала странное онемение в теле, как будто мышцы сковал паралич. Фигура приближалась, сероватая рука несколько раз осторожно коснулась Таиного плеча, оставляя противный прохладный след на коже. Тело сжималось и напрягалось все сильнее, рот Таи перекосило от застывшего неслышного крика ужаса. Лицо фигуры, закрытое капюшоном, было все ближе. И в этот момент внезапно послышался звонкий и задорный лай. Белый щенок весело клацнул зубами прямо возле ноги ужасной фигуры. Тело девочки резко расслабилось, Тая судорожно выдохнула, всхлипнула и… проснулась.

Она лежала одна в темной комнате на своей кровати. Ни фигуры, ни щенка рядом не было.

«Приснилось. Опять этот кошмар», – подумала Тая, но на всякий случай решила спать этой ночью с включенным светом. А рано утром ее разбудил громкий лай и скулеж на лестничной площадке.

Тая открыла двери, белый щенок тут же подпрыгнул к ней. На площадке красовалась пахучая лужа.

«Нет, так дело не пойдет. Пора воспитывать Бельчонка, иначе родители его точно не разрешат дома оставить», – девочка была настроена решительно.

Тенистый квадратный двор с трех сторон окружали пятиэтажные «сталинки», с четвертой стороны располагалась школа. Ряд гаражей отделял территорию школы от двора. Это были капитальные гаражи, покрытые битумом, который нагревался на солнце, дети называли его варом, отколупывали понемножку и