Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139
Катрен 10–39, как мы помним, упоминался в донесении венецианского посла Микеле Суриано от 20 ноября 1560 года в связи с ухудшающимся здоровьем Франциска II:
Premier fils vefiie malheureux mariage,
Sans nuls enfans deux Isles en discord,
Avant dixhuict incompetant eage,
De 1'autre pres plus bas sera l'accord.
Первый сын, вдова, несчастный брак.
Совсем без детей, два острова в раздоре.
Не достигнув восемнадцати, в несознательном возрасте
Наряду с другим, низшим, заключит помолвку.
Франциск II, первый сын вдовствующей королевы Екатерины Медичи, женился на королеве Шотландии Марии Стюарт (брак между ними был заключен до наступления совершеннолетия). Помолвка Карла, младшего брата Франциска, с Елизаветой Австрийской была заключена в 1561 году, но переговоры о ней шли задолго до этого. О плохом здоровье юного короля знала вся Европа. Возвращение Марии на родину после смерти Франциска, последовавшей 5 декабря, в дальнейшем действительно привело к раздору Шотландии и Англии. «Островами», напомним, назывались не только части суши, со всех сторон окруженные водой, но и любые страны, куда нужно было плыть по морю.
В катрене 10–53 «Великий Селин», Генрих II, уже мертв, а его фаворитка Диана де Пуатье теряет влияние:
Les trois pellices de loing s'entrebatron,
La plus grand moindre demeurera a l'escoute:
Le grand Selin n'en sera plus patron,
Le nommera feu pelte blanche routte.
Три содержанки будут долго бороться друг с другом,
Величайшая ничтожнейшая останется на страже;
Великий Селин не будет более ее покровителем,
Объявит его усопшей пельтой белое войско.
Под тремя содержанками Нострадамус подразумевает любовниц Генриха II – Джоан Стюарт (леди Флеминг), Николь де Савиньи и Габриэль д'Эстре. «Величайшая ничтожнейшая» – Диана де Пуатье, сохранявшая власть над королем. Последняя строка требует детального разъяснения. Объявление монарха усопшим (nommer feu) входило в похоронный церемониал. После кончины Генриха II герольды (уполномоченные офицеры) прилюдно известили народ: «Молитесь Богу о душе высочайшего, могущественнейшего и добродетельнейшего, великодушнейшего принца Генриха Божией милостью короля Франции Христианнейшего Второго». «Белое войско» – французская армия (по цвету крестов, нашитых на мундиры); кроме того, белый был цветом траура. Пельтой же назывался греческий легкий кожаный щит в виде полумесяца; это слово Нострадамус мог прочитать у Геродота, Вергилия, Тита Ливия и других античных авторов. Напомним, что полумесяц был личной эмблемой Генриха II.
Неясно, был ли написан катрен до или после рокового турнира Генриха II. Близкий к нему катрен 10–55 также отсылает к обстоятельствам последнего поединка короля, где он назван Фебом (богом Солнца Аполлоном, другом Дианы, богини Луны):
Les malheureuses nopces celebreront,
En grande joye, mais la fin mallieureuse:
Mary & mere nore desdeigneront,
Le Pliybe mort, & nore plus piteuse.
Злосчастную свадьбу отпразднуют
В великой радости, но конец несчастен.
Муж и мать пренебрегут невесткой.
Феб мертв, и невестка еще более несчастна.
Действительно, пышные свадебные торжества, омрачившиеся гибелью короля, были скомканы и перешли в траур. Поведение Филиппа II было явно пренебрежительным: он отказался приехать в Париж на собственную свадьбу с Елизаветой Валуа, прислав вместо себя герцога Альбу, который представлял жениха во время бракосочетания. Неясно, однако, кого следует понимать под «матерью»: матери Филиппа Изабеллы Португальской к тому времени уже давно не было в живых.
В катрене 8—81 Север наносит удар по Священной Римской империи и Испании, а мятеж в Южной Италии лишит Испанию податей:
Le neuf empire en desolation,
Sera change du pole aquilonaire.
De la Sicile viendra l'esmotion
Troubler Pemprise a Philip tributaire.
Новая империя в разорении,
[Она] будет изменена [странами] Северного полюса.
Смута в Сицилии отрясет налоговое предприятие Филиппа.
«Новая империя» здесь – Священная Римская империя; обе Сицилии (Южная Италия и остров Сицилия) входили во владения испанских Габсбургов. Филипп II Габсбург уже был королем Испании в период написания катрена.
Интересен катрен 10–91 с точной датой, предсказывающий смену римских пап и носящий следы цензурной правки:
Clerge Romain l'an mil six cens & neuf,
Au chef de l'an feras election
D'un gris & noir de la Compagne yssu,
Qui one ne feut si maling.
Римский клир, в году 1609-м
В начале года [ты] выберешь
Некоего серого и черного, выходца из Кампании,
Который никогда не был столь злым. <…>
Третья строка содержит намек на цвета монашеского ордена – возможно, иезуитского. Кампания – область в Центральной Италии; однако исследователь творчества Нострадамуса Жан Дюпеб предлагает конъектуру de compagnie Jesus, «из компании Иисуса», то есть из ордена иезуитов.
В альманахах Нострадамус также писал о переменах в религии около 1609 года: «Чередование сект [в 1561 году] умножится по вине людей невежественных, но щеголяющих словами, которые они произносят, хоть и не понимают; наказание за это придет, но весьма поздно, в 1607 году. Произойдет некое еще большее расхождение [во мнениях], нисколько не отличимое от расхождения 1504 года» (Aim. 1561, avril). В 1609 году, однако, никаких выборов папы не проводилось.
В катрене 10—100, завершающем книгу пророчеств, предсказано усиление Англии на длительный срок:
Le grand empire sera par Angleterre,
Le pempotam des ans plus de trois cens:
Grandes copies passer par mer & terre, Les Lusitains n'en seront pas contens.
Великой империей станет Англия
Вседержащей на срок более 300 лет.
Большие армии пройдут по морю и суше;
Лузитанцы не будут этим довольны.
Это предсказание безукоризненно по точности. Действительно, Англия, укрепляя свое могущество, захватила огромные колонии во всех странах света. Ее морская гегемония длилась с середины XVII века до середины XX – немногим более 300 лет. Другая морская держава – Португалия (Лузитания), – конечно же была этим недовольна.
Глава пятая
В ПОИСКАХ ДРЕВНИХ СОКРОВИЩ
Возрождение сопровождалось взлетом интереса к древности, что активизировало поиски памятников античной культуры. Франция, особенно Южная, хранила богатые cледы присутствия древних римлян. Не проходило и года, чтобы искатели сокровищ и просто любители старины не выкапывали клад или древнюю постройку. Значительный толчок кладоискательству дало Нимское наводнение 1557 года, когда вода размыла многовековые наслоения почвы над забытыми памятниками. Ученые-эрудиты выискивали в античных сочинениях указания на сокровища, чтобы попытаться напасть на их следы. Например, знаменитое толосское золото, похищенное около 105 года до н. э. у галлов консулом Цепионом и пропавшее в районе Толосы (Тулузы), волновало не одно поколение искателей сокровищ. Кроме золота и построек, которые интересно было бы откопать, людей занимали предания о «философских лампах» – источниках света, которые римляне оставляли в гробницах и которые были способны гореть веками.
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 139
