Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 150
Начальник ОКР СМЕРШ 5-й Ударной армии Н. М. Карпенко в 1945 г. реквизировал «большое количество ценностей и валюты, изъятых в отделении Рейхсбанка в Берлине», из которых часть присвоил, а некоторые ценности (платина, золото, серебро, драгоценные камни) незаконно раздал своим подчиненным и другим лицам. Тот же Вадис получил от Карпенко 40–50 золотых часов, из которых себе взял две пары, а остальные раздал руководящим работникам НКГБ. Работая с 1947 г. начальником УМГБ по Алтайскому краю, генерал-майор Карпенко был в декабре 1951 г. арестован за мародерство в оккупированной Германии; при обыске у него нашли четыре золотых портсигара, 30 золотых часов и много других дорогих ювелирных изделий. Осужденный за «злоупотребление служебным положением, хищение государственного имущества и ложный донос» на 10 лет заключения, Карпенко был досрочно освобожден в ноябре 1958 г. как инвалид. Среди арестованных абакумовцев оказались затем осужденный начальник отдела «Д» МГБ СССР полковник А. М. Палкин, получивший в октябре 1952 г. 15 лет лагерей за хищения и досрочно освобожденный в 1956 г., а также полковник П. С. Ильяшенко, работавший заместителем начальника одного из отделов МГБ СССР и в феврале 1953 г. за «хищения социалистической собственности» осужденный на 10 лет заключения. Другие коррупционеры отделались намного легче. Начальник управления контрразведки Центральной группы войск генерал-лейтенант М. И. Белкин во второй половине 40-х годов создал «черную кассу» и занимался спекуляцией. В октябре 1951 г. он был арестован в связи с разгромом окружения Абакумова и в 1953 г. освобожден. Однако из «органов» Белкин затем оказался уволен «по фактам дискредитации».
Одновременно с Белкиным за хищения в Германии был арестован генерал-лейтенант П. В. Зеленин, в 1945–1947 гг. работавший начальником У KP СМЕРШ — У KP МГБ в Группе советских войск в Германии. В 1953 г. он был амнистирован, однако затем лишен генеральского звания по фактам дискредитации. А бывший Уполномоченный МГБ в Германии генерал-лейтенант Н. К. Ковальчук, повышенный до министра госбезопасности Украины, избежал репрессий, хотя в 1952 г. A.A. Вадис подал заявление руководству МГБ о том, что Ковальчук «привез с фронта два пульмановских вагона трофейных вещей и ценностей»; впрочем генерал-лейтенанта в 1954 г. лишили звания по фактам дискредитации». Но это действительно будет потом…
А пока Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 февраля Народный Комиссариат обороны СССР был преобразован в Народный комиссариат Вооруженных Сил СССР, а 15 марта в Министерство Вооруженных Сил СССР. Буквально через сорок дней, 27 апреля 1946 года, B.C. Абакумова утвердили в должности начальника Главного управления контрразведки СМЕРШ Министерства Вооруженных Сил СССР.
Как свидетельствовал П. А. Судоплатов, «после окончания войны на первый план выдвигалась проблема реорганизации Вооруженных сил. Вслед за этим Сталин предложил Политбюро рассмотреть деятельность органов госбезопасности и поставить перед ними новые задачи. Позднее Мамулов и Людвигов рассказали мне, что от Меркулова потребовали представить на Политбюро план реорганизации Министерства госбезопасности. На заседании Берия, по их словам, обрушился на Меркулова за неспособность определить направления в работе контрразведки в послевоенное время. К нему присоединился и Сталин, обвинив Меркулова в полной некомпетентности».
На этом совещании Сталин спросил присутствующих:
— Почему начальник военной контрразведки не может быть одновременно заместителем министра госбезопасности?
Дело в том, что в связи с реорганизацией Вооруженных Сил военная контрразведка СМЕРШ из Министерства ВС СССР переходила в состав Министерства госбезопасности.
— Товарищ Сталин, — отчеканил Меркулов, — считаю, что товарищ Абакумов должен быть назначен первым заместителем министра государственной безопасности.
И тут возникла некоторая пауза, после которой вождь саркастически заметил:
— Вот товарищ Меркулов даже на Политбюро ведет себя как двурушник. Думаю, что его необходимо заменить на посту министра госбезопасности, как несправившегося на этой должности.
В своих мемуарах П. А. Судоплатов прокомментировал это так:
«Похоже, Меркулов совершил ошибку, так легко согласившись с предложением Сталина, но на самом деле Сталин просто искал подходящий предлог, чтобы его убрать. У Сталина уже была готова и кандидатура — Огольцов, честный человек, но провинциал, никогда не работавший в Центре».
Сергей Иванович Огольцов уже в восемнадцать лет работал следователем в уездной ЧК. В 1942 г. в сорок два года возглавил Управление НКВД Куйбышевской области, в 1943 г. стал начальником Управления НКГБ этой же области, а в 1944 г. стал наркомом госбезопасности Казахской ССР. В 1945 г. его назначили заместителем Наркома госбезопасности СССР.
Когда Сталин предложил ему должность министра, Огольцов испугался не на шутку и стал умолять вождя не назначать его на этот ответственный пост. На Политбюро он заявил следующее:
— Как честный коммунист, я совершенно не подхожу для такого высокого поста, поскольку у меня недостает для столь ответственной работы необходимых знаний и опыта.
— Что ж, если товарищ Огольцов отказывается, мы не будем его заставлять, — ответил Сталин.
— Тогда я предлагаю назначить министром госбезопасности товарища Абакумова.
И это предложение, по свидетельству Судоплатова, «горячо поддержал» A.A. Жданов.
А 4 мая 1946 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР B.C. Абакумова назначили министром. Собственно, должность министра стала последней и трагической в короткой жизни Виктора Семеновича.
Как пишет Е. Жирнов, «почувствовав благоволение вождя, Абакумов решил, что теперь можно все. Свидетельствуют ветераны: «Виктор Семенович вел себя так, будто схватил бога за бороду. Обедать демонстративно ходил в «Арагви», а если был загружен, охрана привозила ему оттуда шашлыки. Цеплял на улице симпатичных девиц и вел их в гостиницу «Москва», в койку. Не отказывался, когда ему дарили трофейные вещи».
Все это так, но было и другое…
В. М. Молотов вспоминал, как в дни Потсдамской конференции к Иосифу Виссарионовичу Сталину пришли несколько летчиков и без хитрости рассказали о том, что в ВВС начались катастрофы. Так родилось соответствующее решение: «Расследовать!» Одним из летчиков был сын вождя — Василий. Кстати сказать, именно после этой встречи отца с сыном начальник охраны Сталина генерал Власик позвонил в Москву начальнику штаба ВВС Фалалееву и фактически приказал:
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 150
