Выяснилось, что Юрочка Завадский уговорил Черняка вместо Ильинского снять в этой роли свою молодую жену. Кстати, на их свадьбе я был свидетелем, и Верочка была моей дорогой подругой.
Как я ни объяснял Ильинскому, что это �происки� режиссера и Юры Завадского, а не моя вина, он сильно обиделся. В отместку в одном из первых звуковых фильмов �Механический предатель� Ильинский уговорил сценариста Сашу Андриевского и режиссера Дмитриева прохвосту и жулику по фамилии Носов изменить фамилию на Прут� Так мы шутили в те годы.
К той же поре относится постановка на �Ленфильме� картины �Огонь�. Режиссером моего сценария стал Марк Донской � впоследствии классик мирового кино. Сюжет сводился к тому, что один из отсталых народов Севера в поисках огня добирается до советского культурного центра и сбрасывает с себя зависимость от шакалов-купцов, которые этот маленький народ грабили.
Ответом на призыв к добровольному содействию нашим армии и флоту � организации общества, которым впоследствии стал ОСОАВИАХИМ � явился сценарий, тоже реализованный на �Ленфильме� режиссером С.�Глаголиным � �Вставайте, мертвые!�[3]
В страшные годы �ликвидации кулачества� я ездил на Дон в Епифань (местность, где некогда царь Петр�I строил шлюзы для спуска флота к Азовскому морю). Был свидетелем невеселых событий, связанных с реализацией идеи социализма в деревне. Результатом творческой командировки стал фильм о крестьянском парне, не по своей вине попавшем под дурное влияние. Этот фильм 1931 года выпуска назывался �Человек из тюрьмы�: первая постановка талантливого режиссера Сергея Бартенева.
Затем были фильмы �Лес�, �Для вас найдется работа�; �Приказ адмирала Нельсона��
Кинематографом в тридцатые годы руководил товарищ Шумяцкий, старый большевик, привыкший к партийной дисциплине и нелегальному положению. Меня он почему-то называл �Товарищ Илья� (сохранился документ, весьма интересно проливающий свет на то, как работалось над фильмом �Тринадцать�),
История эта в некотором роде драматичная. Ее Михаил Ромм довольно �мимолетно� затрагивает в своей книге�
