Эмиль Золя - Собрание сочинений. Т.26. Из сборников: «Поход», «Новый поход», «Истина шествует», «Смесь». Письма

ГЮСТАВУ ФЛОБЕРУ

1870

июня 1870 г.

Милостивый государь!

Я вернулся из короткого путешествия слишком поздно, чтобы отдать последний долг тому, кого Вы потеряли.[84] Я страшно огорчен, что не мог прийти и пожать Вашу руку.

Это такая внезапная, такая страшная смерть, что со вчерашнего дня я чувствую себя совершенно опустошенным. Не могу опомниться.

Ваш друг.

Париж, 27 июня 1870 г.

Мне хочется еще раз сказать Вам, как много у Вашего брата было неизвестных друзей; и я пришел бы и сказал Вам это лично, если бы не испытывал благоговения перед горем.

Не правда ли, он умер отчасти из-за равнодушия публики, из-за того, что самые его выстраданные произведения не встречали никакого отклика. Искусство убило его. Когда я прочел «Госпожу Жервезе», то ясно почувствовал, что в этом пылком мистическом рассказе слышится словно хрип умирающего; а когда я увидел, с каким удивлением и страхом публика приняла эту книгу, я подумал, что художник мог бы от этого умереть. Он был из тех, кого глупость поражает в самое сердце.

Так вот! Если он ушел от нас, потеряв бодрость духа, сомневаясь в себе, я хотел бы громко сказать ему теперь, что смерть его привела в отчаяние великое множество молодых умов. Ах, как мне хотелось бы, чтобы Вы были здесь, когда я сообщил эту ужасную весть моим друзьям, людям моего возраста, которые любили его и восхищались им издали.

На Вашей стороне вся молодежь, слышите, все искусство завтрашнего дня, все те, кто живет лихорадочной жизнью нашего века. «Умер Жюль Гонкур!» — я видел слезы на глазах многих; когда я произнес эти слова, вокруг меня воцарилась скорбь. Он не ушел из жизни бесследно, а Вы, Вы не остались один. Вот что я хотел написать Вам.

Я хочу сказать последнее прости Вашему брату в статье, которую напечатаю в какой-нибудь газете, но я подожду. Не хочу смешаться с толпой репортеров.

Ваш друг.

Бордо, 29 декабря 1870 г.

Дорогой Валабрег!

Я не ответил Вам раньше, и по основательной причине: я был в Бордо, и Ваше письмо привезла мне моя жена, когда приехала сюда.

Я понял, что с «Марсельезой» ничего не выйдет[85] за неимением необходимых средств и приличного персонала, и бросил это дело. Чтобы лучше изучить обстановку, я согласился на должность личного секретаря Гле-Бизуэна. Мне обещают префектуру при ближайшем передвижении префектов. Тогда я увижу, что делать дальше.

Сейчас мое положение отлично. Все идет как нельзя лучше. На выборах в провинции мне обеспечен полный успех.

Вы правы. Если вам надоел Экс, Бордо может стать для Вас временным Парижем. Видите, я опередил Вас.

Пришлите весточку о себе, Вы доставите мне большое удовольствие, а если когда-нибудь приедете, приглашаю Вас завтракать.

Преданный Вам.