Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 37
Добротой часто можно причинить вред, поэтому, когда хочешь сделать добро, тщательно обдумай. Из неудачи нередко можно извлечь полезный урок, поэтому промахи – лучшее подспорье делу.
Хун ЦзыченЛишь пожив внизу, узнаешь, как опасно карабкаться наверх. Лишь побывав в темноте, узнаешь, как ярок солнечный свет. Лишь храня покой, узнаешь, как много сил тратят те, кто находится в движении. Лишь пестуя молчание, понимаешь, как суетно многословие.
Хун ЦзыченЕсли не стараться хотя бы немного возвыситься над собой, всю жизнь будешь чистить одежду в пыли и мыть ноги в грязи. Как же тут стать чистым? Если не отстраниться от мира, то уподобишься мотыльку, летящему в огонь, и барану, бодающему ворота. Как же тут найти покой и счастье?
Хун ЦзыченСкряги, даже если они богаты, думают, что им не хватает. Им не понять, отчего бессребреники хоть и бедны, а всего имеют в избытке. Люди честолюбивые трудятся, а удовлетворения не получают. Им не понять, отчего люди, не хвастающие способностями, праздны и живут в свое удовольствие.
Хун ЦзыченВ страдании сердцу часто открывается утешение. А когда вдруг покажется, что ты поймал истину, тут же становится горько, что не смог ее удержать.
Хун ЦзыченКогда сознание пробуждается, понимаешь, что, даже вступив на стезю страстей, можно выйти на путь истины. Пробуждение дарует способность все увидеть заново. Вот загадка того, как беда приносит счастье, а смерть возвращает к жизни. Решить ее нелегко.
Хун ЦзыченВ покое очищаются мысли, и ты видишь истинную суть сердца. В праздности дух становится податливым, и ты познаешь истинный исток сердца. В безмятежности помыслы становятся глубокими, и ты постигаешь истинную основу сердца. Для того чтобы узреть свое сердце и прикоснуться к подлинному, нет ничего лучше этих трех состояний.
Хун ЦзыченЕсли Небо обделит меня счастьем, я восполню это величием своей добродетели. Если Небо заставит меня до изнеможения трудиться, я противопоставлю этому возвышенность своего сердца. Если Небо не даст мне удачи, я пробьюсь к ней, идя своим путем. Что может Небо поделать со мной?
Хун ЦзыченКогда жизнь складывается наперекор нашим желаниям, мир вокруг нас подобен лечебными иглами и целебными снадобьями: он незаметно врачует нас. Когда мы не встречаем сопротивления, мир вокруг нас подобен наточенным топорам и острым пикам: он исподволь ранит и убивает нас.
Хун ЦзыченНебо и Земля пребудут вечно, а мое тело второй раз не родится. Человеческий век не превышает сотни лет, а мой день промелькнет в мгновение ока. Те, кому посчастливилось жить в этом мире, не могут не знать радости обладания жизнью и не ведать печали ее быстротечности.
Хун ЦзыченЕсли воду не мутить, она сама по себе отстоится. Если зеркало не пачкать, оно само по себе будет отражать свет. Человеческое сердце нельзя своей волей сделать чистым. Устраните то, что его загрязняет, и его чистота сама по себе проявится. Радость не нужно искать вовне себя. Устраните то, что доставляет вам беспокойство, и радость сама собой воцарится в вашей душе.
Хун ЦзыченЕсть одно изречение, гласящее: «Поднимаясь в гору, имей мужество пройти по обрывистой тропе. Идя по снегу, имей мужество пройти по скользкому мосту». В слове «мужество» заключен глубочайший смысл. Если на опасных поворотах жизни и на ухабах мирских путей тебе не хватает мужества, ты непременно застрянешь в какой-нибудь заросшей бурьяном яме.
Хун ЦзыченТе, кто гордятся своими заслугами и блистают ученостью, живут, ища опору вовне себя. Они не знают, что сердце само по себе сияет, словно драгоценная яшма. Тот, кто сохранил в себе первозданный свет сердца, воистину велик, даже если он не имеет ни одной заслуги и не прочтет ни одного иероглифа.
Хун ЦзыченПриятели и незнакомцы сходятся на пир и без удержу предаются веселью. Но вдруг иссякает вода в часах, гаснут светильники, рассеиваются благовония и остывает чай, разлитый в чашках. Тогда в душу закрадывается грусть, и пропадает охота веселиться. Вот так мы живем в этом мире. Почему люди не оглянутся на свою жизнь пораньше?
Хун ЦзыченСтрасти обжигают, подобно пламени. Но стоит мелькнуть мысли о болезни, и душа уподобится хладному пеплу. Мечты о славе и наградах сладки, как мед. Но стоит подумать о смерти, и они покажутся безвкусными, как воск. Поэтому тот, кто всегда печалится о смерти и думает о болезнях, сможет отринуть иллюзии и вечно помнить о праведном пути.
Хун ЦзыченГорные леса – место возвышенного уединения, но стоит принести туда страсти, и оно уподобится базарной площади или царскому двору. Каллиграфия и живопись – изысканные занятия, но стоит заразиться алчностью, и они уподобятся рыночному торгу. Когда сердце не запачкано, мир желаний – царство блаженных. Когда сердце опутано страстями, страна радости превратится в океан страданий.
Хун ЦзыченЗавернувшись в рогожу, спать в горной хижине среди облаков и снегов: так можно сберечь бодрость духа. Осушая чашу вина с листочком бамбука, слушать шум ветра и любоваться луной: так можно отряхнуть от себя прах мира сего.
Хун ЦзыченВ снежную ночь при ясной луне сердце становится чистым. С весенним ветром, в теплую погоду в душе воцаряется мир. Жизнь природы и человеческий дух слиты неразделимо.
Хун ЦзыченТот, кто много накопил, многого лишится. Поэтому умудренность богача не сравнится с неведением бедняка. Тому, кто взобрался высоко, будет больно падать. Поэтому опытность знатного человека не сравнится с невозмутимостью простолюдина.
Хун ЦзыченНе иди по течению, не иди против течения, иди поперек него, если хочешь достичь берега.
Слова ВанталыВремя от времени радуй кого-нибудь, хотя бы себя.
Слова ВанталыЕсли ты можешь исправить последствия своей ошибки – ты еще не ошибся.
Слова ВанталыТот гончар, что слепил чаши
наших голов,
Превзошел в своем деле
любых мастеров.
Над столом бытия опрокинул он чашу
И страстями наполнил ее до краев.
Не достиг я воды, хоть от жажды
страдал,
Не достиг я привала, хоть к людям
взывал.
И, всегда обездолен,
с сердечною болью,
Не достиг я той цели, о коей мечтал.
Прощалась капля с морем —
вся в слезах!
Смеялось вольно море – все в лучах!
«Взлетай на небо, упадай на землю —
Конец один: опять – в моих волнах».
Бог дает, Бог берет —
вот и весь тебе сказ,
Что к чему – остается
загадкой для нас.
Сколько жить, сколько пить —
отмеряют на глаз
Да и то норовят недолить каждый раз.
Так как вечных законов
твой ум не постиг —
Волноваться смешно
из-за мелких интриг.
Так как Бог в небесах
неизменно велик —
Будь спокоен и весел, цени этот миг!
Когда розы цветут, надо деньги иметь,
Надо чашей с вином
беспрерывно владеть!
Не гордись, о почтенный,
умом или знаньем —
Надо щедрым прожить
в этом мире суметь!
Плачут очи мои из-за цепи разлук,
Плачет сердце мое от сомнений и мук.
Плачу жалобно я и пишу эти строки,
Плачет даже калам, выпадая из рук…
Лепешка из пшеничного зерна,
Нога баранья да кувшин вина,
Подруга, словно ранняя весна, —
Отрада, что султану не дана!
Этот мир – эти горы, долины, моря —
Как волшебный фонарь.
Словно лампа – заря.
Жизнь твоя – на стекле
нанесенный рисунок,
Неподвижно застывший
внутри фонаря.
Ты скажешь, эта жизнь —
одно мгновенье.
Ее цени, в ней черпай вдохновенье.
Как проведешь ее, так и пройдет,
Не забывай: она – твое творенье.
От безбожья до Бога —
мгновенье одно!
От нуля до итога – мгновенье одно.
Береги драгоценное это мгновенье:
Жизнь – ни мало, ни много —
мгновенье одно!
Повторенье, подражанье —
мира этого дела,
Если бы не повторенье,
жизнь бы праздником была —
Награждались бы старанья,
исполнялись бы желанья,
Тень угрозы бесполезной
навсегда бы отошла.
Быть в глазах не воде,
а слезам суждено,
Быть для горя терпение
другом должно.
Или долгой быть жизнь должна
в меру страданья,
Иль должно в меру жизни
быть кратким оно.
По дороге идешь —
незаметным иди,
В бытии у людей
чувств плохих не буди!
Не кажись предводителем
возле мечети
И в имамы поэтому не угоди.
Кому ключ от преград дан,
чтоб им обладать,
Тот от жизни своей
властен след оставлять.
Высших благ он людьми
должен быть удостоен!
Кто уныл?
Надо радости жизни
вкушать!
Полно, друг, о мирском горевать
и тужить, —
Разве вечно кому-нибудь выпало жить.?
Эти несколько вздохов
даны нам на время,
А имуществом временным
что дорожить?
Эта тайна вне тайн и мечтаний, что есть,
Этот свет ярче всяких сияний, что есть.
И не радуйся всякому делу, что в мире
Для тебя всех превыше деяний, что есть.
Мир прекрасен! На все
благодарно взирай!
Нам для жизни Господь
подарил этот рай!
За бездомность, которую
друг не осудит
Горьким словом упрека,
ты нас не карай.
Книга жизни моей перелистана —
жаль!
От весны, от веселья осталась печаль.
Юность-птица: не помню,
когда прилетела
И когда унеслась, легкокрылая, вдаль.
Жизнь с крючка сорвалась
и бесследно прошла,
Словно пьяная ночь,
беспросветно прошла.
Жизнь, мгновенье которой
равно мирозданью,
Как меж пальцев песок,
незаметно прошла!
Я скитался всю жизнь
по горам и долам
Но нисколько свои не поправил дела.
Я доволен и тем —
хоть превратности были, —
Все же жизнь и приятного много дала.
На застолии рока халва есть и лук,
Наслаждения встреч не полны
без разлук.
Если встретится день,
преисполненный счастья,
Горечь ночи замкнет этот суточный круг.
Твое тело, Хайям, лишь палатка в пути:
Вечный дух себе места
не может найти.
Знак подаст повелитель
отправиться дальше —
И торопятся слуги палатку снести.
Ты видел мир, но все, что ты видал, —
ничто.
Все то, что говорил ты и слыхал, —
ничто.
Итог один, весь век ты просидел ли
дома,
Иль из конца в конец мир исшагал, —
ничто.
Бытие твое – миг жизни высшей, иной,
Опьяненье твое – от лозы неземной,
Погрузись с головой
в воротник размышлений!
Твоя длань – продолжение
длани другой.
Один всегда постыден труд —
превозносить себя,
«Да так ли ты велик и мудр?» —
сумей спросить себя.
Примером служат пусть глаза —
огромный видя мир,
Они не ропщут от того,
что им не зрить себя.
Так как собственной смерти
отсрочить нельзя,
Так как свыше указана
смертным стезя,
Так как вечные вещи
не слепишь из воска, —
То и плакать об этом не стоит, друзья!
Ты пришел, чтоб над нами
властителем быть,
Так опомнись, чтоб этого зла
не свершить!
Был никем ты вчера,
ты никем станешь завтра,
Знаешь только, как можешь
сегодня прожить.
Зачем прельщаешься
обителью в мирах,
Где жизнь твоя —
рассыпавшийся прах?
Ты ветра брат, а зажигаешь свечи,
И строишь кровлю на семи ветрах.
Тем, что свыше дано, ты одним и богат,
Не терпи столько мук
от сердечных услад.
Не бери же ты на душу тяжкую ношу —
Все оставишь, уйдешь,
не вернешься назад.
Коль день прошел, о нем не вспоминай,
Пред днем грядущим в страхе
не стенай,
О будущем и прошлом не печалься,
Сегодняшнему счастью цену знай!
Из-за того, что не пришло,
ты не казни себя,
Из-за того, что отошло,
ты не кляни себя,
Урви от подлой жизни клок —
и не брани себя,
Покуда меч не поднял рок —
живи, храни себя.
Из всех ушедших в бесконечный путь
Сюда вернулся разве кто-нибудь?
Так в этом старом караван-сарае,
Смотри, чего-нибудь не позабудь.
Если будешь всю жизнь
наслаждений искать:
Пить вино, слушать чанг
и красавиц ласкать —
Все равно тебе с этим
придется расстаться.
Жизнь похожа на сон.
Но не вечно же спать!
И сияние рая, и ада огни —
Мне мерещились на небе
в давние дни.
Но Учитель сказал:
«Ты в себя загляни —
Ад и рай, не всегда ли с тобою они?»
Та душа, что не может
над миром взлететь,
Попадает в раскаянья цепкую сеть.
Лишь в беспечной душе
виден трепет веселья;
В мире можно лишь горя
истоки узреть.
Вращаясь, свод небесный
нас давит и гнетет,
Пустеет мир, и многих
друзей недостает.
Чтоб вырвать хоть мгновенье
у рока для себя,
Забудь о том, что было,
и не гляди вперед.
Как хотел, так себя ты и тешил
всю жизнь,
Пил с друзьями и жен своих
нежил всю жизнь.
Перед тем как уйти, оглянулся —
и что же? —
Все приснилось, как будто
и не жил всю жизнь.
Нет голов, где не зрела бы тайна своя,
Сердце чувством живет, ничего не тая.
По дороге своей идет каждое племя…
Но любовь-ураган на путях бытия!
Не помилует время.
Зачем горевать?
Кровью плакать и сердце
тоской надрывать?
Пей вино, постарайся
забыть про печали, —
Этот круг нам с тобой
не дано разорвать.
Не избежать конца пути земного,
Вели же принести вина хмельного!
Простак, ведь ты не золото, – тебя,
Раз закопав, не откопают снова.
Кто рожден в красоте
счастья лик созерцать,
Тому мир будет множеством
граней мерцать —
Украшает шитьем
для красавицы платье
И умеет изнанку душой понимать!
Когда время придет и душа отлетит,
Вещи к сути своей этот миг возвратит.
Мудрый ход бытия и четыре стихии
Вдруг утратят навек гармонический вид.
Что не стыдишься низкого разврата,
Отказа от запретов шариата?
Весь мир себе, допустим, заберешь —
Но все ж его оставишь ты когда-то…
Небосвод рассыпается.
Рушится твердь.
Распадается жизнь.
Воцар смерть.
От жизни до смерти —
один только шаг.
Любой из живых превращается в прах.
Но если молодость нас пьянит,
словно хмельная чаша,
А старость печали одни сулит,
то жизнь – вот погибель наша!
Рассыпается пеплом
сгоревшая младость,
И чертоги средь звезд
человеку не в радость.
Завершается детство
к пятнадцатилетью,
К сорока увлеченья
не кажутся сетью.
Мы смерть ненавидим
и в жизнь влюблены,
А радостью любящих обойдены.
Жизнь – как женщина
в дни очищенья: желанна,
Да помочь нам не может.
Но жизнь такова постоянно.
Жизнь – быстролетный миг,
и мало пользы в том,
Что колют нас копьем
и рубят нас мечом.
Я сердце оградил от радостей земных,
Когда увидел смерть
в числе врагов своих.
И смертным смерть вручает
подарок дорогой:
Наследникам – наследство,
покойнику – покой.
Но никто из живых ни в почете,
ни в славе
Уподобиться канувшим в землю
не вправе.
Многим смысл бытия
разъясняет могила,
А меня жизнелюбие опустошило.
Ты брата своего всегда судить готов,
А на твоем челе – печать
твоих грехов.
Жизнь медленно ползет,
пока надзора нет;
Посмотришь – нет ее,
давно пропал и след.
Кто воду из бадьи
в степи безлюдной пьет,
А кто с людьми живет и собирает мед.
И кто-то седину закрашивает хною;
Но как же быть ему
со сгорбленной спиною?
Смерть приготовила напиток для меня
И сохранит его до рокового дня.
Ты в обиде на жизнь, а какая
за нею вина? Твой обидчик – ты сам.
О низости своей толкует жизнь земная На разных языках и, смертных удивляя, Разит без промаха своих же сыновей. Мне, видно, суждено не удивляться ей.
Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 37
