Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 93
Однако на наших КШИ «по результатам обеих игр успеха достигала та сторона, войсками которой командовал Г. К. Жуков». Как мы видим – «виртуально».
Как отметил Бобылев – «Если же говорить о проверке планов отражения возможной агрессии Германии и ее союзников, то в этом отношении игры принесли мало пользы» нашему Генштабу. Что не совсем верно. Игрались-то те варианты, которые нравились военным – наши ответные удары по неосновным силам врага, который атакует своими главными силами в другом месте. И эти игры показали, что наши военные «маладцы»!
В первой они, увидев, что Павлов будет остановлен и разгромлен Жуковым, которому с юга перебросили в помощь часть сил «западных», игру остановили, чтоб не показать ущербность и провальность данного варианта, который можно назвать «северным» вариантом ГШ. А во второй игре – виртуальные 18 дивизий и пара тысяч танков «резервов», нарисованные тут же для ЗапОВО, опять помогли Жукову, прущему «на Будапешт».
А ведь играть-то надо было те варианты, которые одобрил Сталин – против главных сил врага наши главные силы. По двум вариантам. Или провести минимум реальные игры и не заниматься подтасовкой. А вот этого военные играть и проверять и не стали…
* * *
Точно по «такому же сценарию начиналась война и во второй игре: после вторжения на территорию “восточных” на глубину 50–70 км “западные” под их ударами были отброшены на глубину 90-180 км западнее государственной границы. Вопрос о том, как же удавалось “восточным” не только отбрасывать противника к государственной границе, но и местами переносить военные действия на его территорию, в обеих играх оказался обойденным. Таким образом, ни на совещании, ни в играх даже не делалось попыток рассмотреть ситуацию, которая может сложиться в первых операциях в случае нападения Германии». (Н. П. Бобылева, указанное сочинение)
Кстати, Бобылев (который практически во всем повторил исследование этих КШИ исследование Захарова) отметил интересную особенность этих игр – всеми фронтами и армиями командовали не те, кто на январь 41-го командовал в приграничных округах и должен был реально учиться на своих участках будущей войны! Тот же Павлов в первой игре командовал не конкретно своим округом, а объединенными ПрибОВО-ЗапОВО.
«Практику руководства войсками в современной операции» получили генералы внутренних округов, ДВО и той же Средней Азии, «однако ее не получили те, кому она нужна была в первую очередь, – командующие армиями прикрытия на западных границах СССР»!
На эту «странность» также обратил внимание такой замечательный «резун»-шекспировед – Б. Соколов. Который в своей новой писанине о Г. К. Жукове «Георгий Жуков. Победитель. Деспот. Личность» (М., 2013 г.) выдал, что командующих перетасовали в целях некой коварной секретности Сталина – чтобы сами военные не узнали, что их готовят к нападению первыми. И мол, данные игры игрались именно для подготовки нападения первыми…
Жаль, что военную историю лезут «писать» и «трактовать» подобные… шекспироведы. Но в армии такая перетасовка командиров, когда они играют-тренируются на картах за другие подразделения и даже за противника – в общем, нормальное дело – само по себе. Другое дело, что в данном случае этого делать не надо было – ситуация не та, чтобы время тратить на ненужные «тренировки». Но учить воевать на этой местности надо было тех, кто там командует. И КШИ эти были все же не о нашем нападении первыми, и чтобы это увидеть, достаточно было о них почитать у того же Захарова – обе игры начинались с вводной – первыми напали «западные»!
* * *
В общем, КШИ провели, и проверили на них авантюрные фантазии военных о фланговых ударах «а-ля» Тухачевского, а не то, что надо было проверять. И на них Жуков и стал «маршалом Победы» задолго до мая 45-го. А потом его на Генштаб и поставил Тимошенко – эти глупости претворять в жизнь – готовиться по ним к будущей войне с Гитлером…
* * *
В книге «Адвокаты Гитлера» (М., 2012 г.) уже приходилось разбирать творчество М. Мельтюхова «Упущенный шанс Сталина». Автор вроде бы рассматривает данные КШИ, а на самом деле – занимается подтасовкой фактов и перевиранием чужих исследований…
Не указывая, где же по обоим вариантам отражения агрессии-нападения Германии ожидались главные силы немцев, говоря о 2-й игре, он пишет:
«В ходе игры наступление «восточных» на территории Восточной Пруссии захлебнулось, а на Юго-Западе они добились значительных успехов, что и привело к отказу от «северного» варианта действий Красной Армии. Тем самым главным направлением советского наступления была определена Южная Польша».
И далее Мельтюхов «ссылается» на маршала Захарова – «Захаров М. В. Указанное сочинение. С. 194–203».
Если вы поищете в сети эти страницы, то на стр. 202 книги М. В. Захарова (М. 2005 г.) найдете только один «подходящий» абзац, в котором Мельтюхов, видимо, и увидел где маршал «утверждает», что по итогам тех КШИ «главным направлением советского наступления была определена Южная Польша»:
«Ход игры также выявил, что наше стратегическое руководство начало заметно тяготеть к юго-западному направлению, где, по его мнению, и в будущем следовало искать основные решения, связанные с планом обороны страны».
Как видите, Захаров не писал по итогам 2-й игры (на которой отрабатывался «южный» вариант), что когда «наступление «восточных» на территории Восточной Пруссии захлебнулось, а на Юго-Западе они добились значительных успехов», это «привело к отказу от «северного» варианта действий Красной Армии». Увы – Захаров пишет, что именно в эти дни сами эти игры и показали, «что наше стратегическое руководство начало заметно тяготеть к юго-западному направлению». И это были сами военные. Хотя решить, какой вариант будет выбран основным, а какой будет отложен в архив, мог только один человек – Сталин. К чему там «тяготели» военные – их проблемы, но они действительно стали херить разработку «северного» варианта именно с этих КШИ.
А далее маршал написал о том, что сами эти игры были надуманными, не имеющими отношения к реальной обстановке на будущем театре военных действий:
«На военных играх недостаточно была учтена реальная обстановка, сложившаяся к январю 1941 года на нашей западной границе. Если бы она была принята во внимание, то естественно, на играх следовало бы очень серьезно и творчески отработать вопросы прикрытия новой государственной границы с учетом того, что по другую ее сторону стоят боеспособные немецко-фашистские войска, и в той группировке, которая создавалась для ведения главных начальных операций войны. При этом необходимо было учитывать и незавершенность строительства наших пограничных укрепленных районов. Тогда не могло бы быть и речи о том, что разрешение проблем, связанных с прикрытием границы и сложным процессом мобилизации, развертыванием и сосредоточением войск по плану обороны страны, должно исходить только из опыта первой мировой войны. В новых условиях войны – войны моторов и разнообразной мощной боевой техники – требовалась прежде всего высокая боевая готовность войск, целая система хорошо отработанных способов и приемов для отражения массированного наступления крупных сил подвижных соединений при мощной поддержке авиации и артиллерии». ((М. В. Захаров, указанное сочинение, гл. «Генеральный штаб в предвоенные годы», с. 202–203)
Можно подсказать – говоря об «опыте Первой мировой», Захаров говорил о немедленных встречных наступлениях на напавшего агрессора частью сил. О начале войны неотмобилизованными и неразвернутыми армиями. Ведь война, по мнению наших «стратегов» Тимошенко-Мерецкова-Жукова, начнется не сразу и не всеми силами Германии, а частью сил. И основные силы в это время, «до 15 суток», что в Германии, что в СССР, будут развертываться и отмобилизовываться. Что и происходило в Первую мировую, но чего не было в войне новой. И все, кто хотел, это видели.
* * *
Увы, тяга к подгонке фактов под свою идею, перевирание чужих слов для «резунов» не есть нечто необычное… Но Мельтюхов, не поняв, в чем же смысл и суть тех «вариантов», далее показал вот что:
«Переработку документов оперативного плана с учетом опыта январских игр возглавил новый начальник Генштаба генерал армии Г. К. Жуков. Согласно «Плану разработки оперативных планов» требовалось уточнить документы по «южному» варианту к 22 марта, а по «северному» варианту – к 8 марта 1941 г. К сожалению, не ясно, была ли выполнена эта задача, ибо подготовленный к 11 марта 1941 г. новый вариант окончательно закрепил отказ от «северного» варианта и переориентировал основные усилия войск на Юго-Западное направление».
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 93
