Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 35
Через три года после этого собрания я встретилась с Лещенковым. Седобородый старичок с добрыми лучистыми глазами, искренний и верующий человек. Ему очень не хотелось, чтобы любимый Островок изменился. В 2007 году он с другими защитниками природы пытался остановить строительную технику, которая должна была начать рыть котлованы на футбольном поле.
Они митинговали и устраивали молебны вокруг стройплощадки, а неподалеку даже поставили деревянный крест метра два высотой.
И вот прошло два года, и этот крест, как и вся местность в округе, зарос высоченной травой. Осока и крапива выше человеческого роста. Чтобы добраться до котлована, который некогда вырыла строительная группа, мне пришлось вслед за Лещенковым пролезть в дырку в заборе, а потом долго скакать по буеракам и пробираться по непроходимым зарослям.
Наконец мы у цели. На дне котлована я увидела только остатки арматуры. Никакой строительной техники на площадке. Стройка замерла. Кажется, навсегда. «Сначала мы пытались с ними бороться, под бульдозеры ложились, а потом подумали: как Бог даст, – умиротворенно улыбаясь, говорил мой проводник. – И Бог дал: у них кончились деньги».
На самом деле, причина не совсем в этом. Чтобы узнать, что же в действительности произошло, мне нужно было встретиться с хозяином строительной группы Кириллом Лаврецким.
Его офис располагался в неприметном здании в районе станции метро «Динамо». Вроде бы там прописан какой-то благотворительный фонд.
Позвонив в дверь, я сказала суровому охраннику, к кому иду, и услышала грохот захлопнувшейся за мной железной двери. «Ну, вот и попалась», – пронеслось в голове.
Кабинет хозяина тоже выглядел внушительно: сувенирное оружие на стенах, юбилейный значок ФСБ на столе. Помню, я еще обратила внимание на плетку, которая лежала рядом с креслом начальника, на тумбочке. Искренне надеюсь, что это просто забавный подарок от партнеров, а не инструмент мотивации подчиненных.
Сам хозяин кабинета – солидный мужчина средних лет. Говорил он с некоторой неохотой, но в то же время видно было, что у него наболело.
Он поведал, что проблемы у его компании начались не в связи с кризисом, а после смены руководства ИКМО в 2007 году. Как раз тогда Мальцева сменил молодой сотрудник «РИГрупп» Дмитрий Демидов.
С «Объединенной строительной группой» он провернул ту же схему, что и некогда его предшественники с девелопером Россихиным из Ступино. На строительство Лаврецкому выдали сначала небольшой аванс, но потом стали задерживать перечисление денег. Вскоре он оказался должен поставщикам и не мог продолжать строительство. Вот тут-то и началось самое интересное.
«Нет бы они сказали, что разрывают договор, – возмущался Лаврецкий. – Ведь обещали заплатить завтра-послезавтра, осознанно загоняя нас в интимное место».
Когда стало понятно, что стройка наглухо встала, Демидов пригласил Лаврецкого на беседу, но не к себе, а в офис «РИГрупп» на Славянской площади. Там ему прозрачно намекнули, что стоит отдать объект компании Жанны Буллок за долги по-хорошему, потому что у нее есть очень влиятельные покровители в администрации области.
По словам Лаврецкого, у «РИГрупп» в то время была довольно нехорошая репутация: если тебя пригласили в Дом металлурга – понятно, что будут отжимать объект. На уговоры отдать проект он не поддался. Во что ему обошлась эта принципиальность, он рассказывать не хотел. «На любую силу есть другая сила, – уходил он от ответа. – Мы отбились, а многие не отбились. Там очень много народа пострадало».
В конце концов Лаврецкому удалось отсудить объект у ненадежных инвесторов. Пока он искал новых партнеров, котлован в Сергиевом Посаде зарастал густой травой, а перспективы завершить проект становились все более туманными.
Главным виновником такой ситуации строитель считал нечистоплотного руководителя ИКМО Дмитрия Демидова. Лаврецкий говорил о нем, не скрывая досады. «Как можно относиться к молодому человеку, который на деловые переговоры приезжает в шортах и на “Ferrari”?» – натужно усмехался он.
У главы ИКМО Демидова действительно наблюдалась странная любовь к дорогим машинам. К директору ступинской компании он приезжал на дорогом «Лексусе». Писали, что во время его работы на благо Московской области в его гараже стояло двадцать дорогих иномарок, в том числе «Maybach», «Ferrari», «Porsche», «Lamborghini» и «Rolls-Royce». Зачем Демидову столько средств передвижения я понять так и не смогла. Решила называть это явление «автопарк-неделька»: неприлично же серьезному человеку каждый день на одной и той же машине ездить – нужно менять.
Думаю, до такого уровня «потребительской культуры» двадцатисемилетний молодой человек дошел не сам. У него перед глазами имелись яркие примеры из числа топ-менеджеров «РИГрупп» и чиновников подмосковного правительства, которые не скрывали, что живут красиво и очень богато. Многие бизнесмены, годами зарабатывающие себе состояние, могли бы позавидовать такому размаху и роскоши.
Глава пятая
Красивая жизнь
Одетая в строгий деловой костюм ухоженная блондинка неспешно идет по террасе мимо ряда складных кресел, спускается по белой мраморной лестнице, разговаривая с кем-то по телефону. «От успеха зависит материальное благосостояние, а оно позволяет купить здесь землю», – говорит Жанна Буллок о своем поместье на Рублевке.
Документальный фильм немецкого режиссера Ирене Лангеманн о жизни рублевских обитателей снимался весной, когда вместо роз на участке Жанны виднелись одни колючки. Вот жена министра просит садовника дать ей секатор и собственноручно подрезает кусты под 45 градусов, как «учат умные книжки по садоводству».
Позади нее – двухэтажный дом, типичный рублевский новодел под старину. «Башенка», крыша с покрытием под черепицу, окошки разных размеров – от шестиугольных до арочных. Между флигелем и основным зданием – переход со сплошным зеркальным остеклением. Кажется, архитекторы искренне старались исполнить пожелание заказчиков и сделать «богато».
Я не эксперт по современному искусству, ничего не понимаю в новомодных картинах – могу только, как и все, кивать с умным видом, приговаривая «да-да, впечатляет». Возможно, поэтому мне непонятно, почему, имея в своем распоряжении столько денег, столько связей с архитекторами, Жанна могла терпеть на своем земельном участке это розовое нечто. Вы не поверите, но жилище министра финансов Московской области было покрашено розовой краской и напоминало домик Барби, изготовленный на одной из китайских фабрик.
Предполагался маленький Версаль. Лужайка с пихтами перед домом повторяла очертания знаменитых французских садов. В центре стоял небольшой фонтан, к нему сходились каменные дорожки, по краям которых были рассажены кусты роз.
На внушительном по размерам участке стояло несколько берез, было место для пикников с еще не покрашенными после зимы шезлонгами. От посторонних глаз обитателей жилища скрывал трехметровый кирпичный забор.
Огромные заборы вообще в традициях Рублевки. Сразу видно, что здесь живут люди, которым есть что скрывать. И эти привычки они несут с собой повсюду. Строители коттеджей для состоятельных людей в индийском штате Гоа немало удивлялись, когда их просили соорудить забор высотой в два человеческих роста. Вообще там не принято строить ограды выше метра высотой – соседи могут пожаловаться властям. Но рублевские обитатели нашли выход из этой сложной ситуации: они стали селиться в Гоа коммунами – когда вокруг все свои, жаловаться никто не пойдет.
Думаю, пройдет еще не один десяток лет, пока состоятельным людям с Рублевки станет нечего скрывать и они, подобно английским лордам или американским нефтяным магнатам, смогут наслаждаться покоем за жиденьким деревянным заборчиком, преодолеть который сможет даже ребенок.
Пока же это – странное место, где в своих неприступных жилищах прячутся от реальности успешные бизнесмены и чиновники. А рядом течет совсем другая жизнь. За высокими заборами можно встретить настоящих бомжей, которые побираются на элитных помойках. К такому контрасту все привыкли, и он никого вроде бы не смущает.
По крайней мере Жанна Буллок в том фильме не уставала нахваливать свое жилище. «Как-то случайно мы нашли это место, – ворковала она. – Стали пускать корни, развиваться, поскольку репутация Рублевки высока. Это было пристанище всех наших генсеков. Это безопасное место, охраняемое милицией, а с другой стороны, ничего не бывает просто так – мы нашли друг друга». Имеется в виду, вероятно, что «нашли друг друга» Жанна с Рублевкой…
Внутреннее убранство дома, розового снаружи и мраморного внутри, тоже поражало роскошью и излишеством. В холле вдоль белоснежной лестницы с коваными перилами висел десяток картин в широких золоченых рамках. Вот, цокая каблуками по белому мраморному полу, Жанна спускается вниз, проходит мимо белых колонн и люстр с канделябрами и садится завтракать в одно из таких же белых плетеных кресел. Рядом на диване лежит меховое манто, возле ног трется голубой британский кот. Позади нее – уютный зимний сад с небольшими деревцами.
Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 35
