Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
того, который для очень многих людей, верующих и неверующих людей, живущих в нашей стране, — это символ, который воплощает в себе качества православных христиан.
Притом методы, которые предлагает господин Невзоров в борьбе с тем, что он не любит, они очень специфические. Вот что сказал он на «Эхе Москвы»: «А в России у нас есть возможность кого-то сбросить сразу с воздушного шара, выкинуть за борт тех, кто наиболее одиозен, а потом сказать: „Помилуйте, какой патриарх? Он у нас вообще-то давно не работает“. Золотую шапку может любой дурак купить в любом магазине. Мы знать ничего не знаем».
Ну и где же тут толерантность, о которой так печется либеральная общественность. И это не единичный случай, это тенденция.
А вот что говорит господин Невзоров о сакральных вещах, с которыми отождествляют веру огромное количество людей, причем не только православных христиан, но и католиков: «Не забывайте, что впереди еще много событий, очень много различных праздников и так называемый праздник Рождества. Мы не будем говорить о нем серьезно, потому что, конечно, говорить об этом серьезно невозможно. Понятно, что Иисус Иосифович до такой степени компилятивная фигура, сшитая из обрывков и кусочков всех тех культов, которые творились на земле до него, что всерьез говорить о каком-то Рождестве или рождении вот этого персонажа нельзя».
И вот у меня возникает вопрос: долго ли мы будем так толерантны по отношению к оскорблениям, связанным с нашей верой, с нашей культурой, с нашей историей, к возможности трактовать эту историю как угодно? Точнее — как выгодно сейчас определенным кругам.
Обратите внимание на интонацию. На это презрение к тому, к чему ты не имеешь никакого отношения. Насколько я понимаю, Александр Глебович Невзоров неверующий. Не исповедует ни православное христианство, ни католическое, ни ислам, ни буддизм, ни иудаизм, он атеист. Но возникает у меня вопрос: а почему бы вам, Александр Глебович, не выйти за рамки разговора только о христианстве? Почему вам, например, не сделать передачу, в которой вы бы рассуждали про ислам? Где могли бы звать пророка Мохаммеда Магомедом Абдулаевичем. Вы могли бы усомниться в том, что рождение его было в Мекке в 570 году. Может быть, вы что-нибудь скажете про верховного Муфтия России? Почему бы вам это не сделать? А я вам скажу, почему вы этого не делаете.
Потому что это опасно, потому что вы понимаете: есть люди, которые сумеют защитить свои святыни, свою веру, свои традиции. И вот у меня возникает вопрос: долго ли мы будем так толерантны по отношению к оскорблениям, связанным с нашей верой, с нашей культурой, с нашей историей, к возможности трактовать эту историю как угодно. Точнее — как выгодно сейчас определенным кругам.
А вот послушайте, что говорит доцент Уральского федерального университета Константин Юрченко одиннадцатиклассникам на лекции о поколении их отцов и матерей, «лишнем», по его мнению, поколении: «Есть люди, которые получили свое образование в конце 80-х — начале 90-х годов. А тогда, если помните из истории, в жизни нашей страны произошли очень радикальные изменения. То есть эти люди стали ненужными сразу, как только они получили свое образование. Нет, понятно, что есть физики, математики, ясно, что физика и математика как науки — они что при советской власти, что при несоветской власти — они одинаковы. А вот всякие там словоблуды — типа там управленцы, философы, экономисты — понятно, что они стали не нужны. И случились 90-е годы, когда эти люди были вынуждены как-то приспосабливаться. Они научились грабить, убивать, обманывать, врать, коррумпироваться — давать взятки, брать взятки. Вот тот опыт, которые они накопили за 90-е годы. Казалось бы, ну что делать? Люди попали под раздачу. Но: 45–50–55 лет. Сегодня люди именно этой возрастной категории занимают ключевые посты: директоров заводов, заместителей директоров заводов, ректоров вузов.
Одно из самых больших зол: они хорошо умеют врать, приписывать себе чужие заслуги и подставлять. Сегодня именно они составляют основу управленческого корпуса. Они основа коррупции, и они не изжили из себя „совок“».
Тут намек на люстрацию. Мы знали люстрации по цвету кожи, по национальности. Вы видите намек на люстрацию по возрасту. А вот не намек, а прямое предложение. На сайте «Эхо Москвы» пишет журналистка Карина Орлова: «У меня одно предложение насчет того, что надо сделать в первую очередь после ухода Путина: провести люстрации. Но поскольку делить по партийным спискам будет очень сложно, так как нет почти тех, кто так или иначе не перебегал со стороны на сторону, то запретить занимать государственные должности и вообще иметь какое-то отношение к построению новой государственности надо всем, кто старше, ну, скажем, 1980 года рождения».
Такое и Геббельсу с Гиммлером не снилось. И после этого вы можете как-то осуждать репрессии тридцать седьмого года, сталинизм, беззаконие, кровавый режим? Вы сами-то понимаете, что вы говорите? То есть, другими словами, человек, рожденный в семидесятых, я уж не говорю про наши поколения, вычеркивается из жизни.
А вы не думали о том, что этот бумеранг может и обратно развернуться. Кому-то не понравится то, что вы говорите, и возникнет некое общество, которое решит: а не проверить ли их черепа по форме, размеру, вообще принадлежности к расе тех, кто имеет право на жизнь?
Если с вами вот кто-нибудь предложит поступить, как вы предлагаете поступить с другими, что тут начнется, какой вой! Вспомните и тридцать седьмой год, и фашизм. Почему-то сейчас, когда вы такое предлагаете, никак не можете понять, что это одно и то же.
Вообще, мы не раз говорили о том, что предлагается либеральной общественностью сделать с нашей страной и с нами.
Альфред Кох, бывший заместитель представителя правительства РФ в 1996–1997 годах предлагает следующее: «Мне кажется, нужно некую самооккупацию осуществить. Что это означает практически? Практически это означает, что нужно функции избиркома передать. Саму избирательную кампанию проводить под безусловным контролем международных организаций, функции Конституционного суда передать Гааге какой-нибудь и так далее. Это добровольный отказ от части суверенитета. То, что сделали огромное количество европейских стран, вступив в европейское сообщество. Только мы это должны сделать добровольно, прекрасно понимая, что у нас есть такого рода риски, что мы больны шизофренией».
Гарри Каспаров, шахматист, политик: «Именно геополитическое поражение создаст ситуацию, к которой мы должны быть готовы».
Константин Боровой, предприниматель, политик: «Внешнее дело — это единственный способ решения проблемы, и с этим надо смириться. Я очень надеюсь, это будет происходить так же, как происходило в Германии и
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 78
