Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
Сталин. Генден и все вы в условиях обострения внешней обстановки капитулировали перед внешними врагами своего суверенного государства. Примером может служить освобождение Жамьяндива. Вообще говоря, Генден в деле борьбы с ламством потерял главную линию революции. Не дав отпора внешним захватчикам и феодалам, он поддался правому уклону. Правый уклон наносит делу больший вред, чем левый. Чтобы принять пищу, нужно захотеть. Так же, чтобы бороться с врагами независимости Монголии и ламами, нужно желание. В деле защиты суверенитета и независимости своей родины невозможно не наносить обиды внутренним врагам революции, ламам. Создается впечатление, что товарищи Генден и Намсрай не имеют никакого желания и стремления бороться против лам, являющихся врагами революции. Что вам нужно? Вам нужно бороться за укрепление независимости и суверенитета своей страны, это важнее всего, и ваши враги — ламы.
Во времена Чингисхана лам не было. Раз уж число лам в Монголии умножается, значит, умножаются силы, которые должны уничтожить народную власть. Уничтожение этой власти становится неизбежным. Вообще ваша власть и ламы не могут одновременно сосуществовать. Кто-нибудь из них победит. Стало быть, совместной с ламами власти не может быть. Отсюда следует, что против лам надо бороться и уничтожать их».
Запись телефонного разговора между А. Н. Косыгиным и Н. М. Тараки 18 марта 1979 года.
А. Н. Косыгин: Скажите т. Тараки, что я хочу передать ему большой привет от Леонида Ильича и от всех членов Политбюро.
Н. М. Тараки: Большое спасибо.
А. Н. Косыгин: Как здоровье т. Тараки, не очень он устает?
Н. М. Тараки: Не устаю. Сегодня было заседание Революционного совета.
А. Н. Косыгин: Это хорошо. Я очень рад. Попросите т. Тараки, может быть, он охарактеризует обстановку в Афганистане.
Н. М. Тараки: Обстановка нехорошая, ухудшается. В течение полутора последних месяцев с иранской стороны было заброшено около 4 тыс. военнослужащих в гражданской одежде, которые проникли в город Герат и в воинские части. Сейчас вся 17-я пехотная дивизия находится в их руках, включая артиллерийский полк и зенитный дивизион, который ведет огонь по нашим самолетам. В городе продолжаются бои.
А. Н. Косыгин: Сколько в дивизии людей?
Н. М. Тараки: До 5 тыс. человек. Все боеприпасы и склады в их руках. Из Кандагара самолетами возим продукты питания и боеприпасы нашим товарищам, которые сейчас ведут с ними бои.
А. Н. Косыгин: А сколько там людей осталось у вас?
Н. М. Тараки: 500 человек. Они находятся на гератском аэродроме во главе с командиром дивизии. В подкрепление мы им послали туда из Кабула на самолетах оперативную группу. Она находится с утра на аэродроме Герата.
А. Н. Косыгин: А офицерский состав дивизии тоже изменил, или часть находится с командиром дивизии на аэродроме?
Н. М. Тараки: Небольшая часть на нашей стороне, остальные находятся у противника.
А. Н. Косыгин: Среди рабочих, среди городских мещан и служащих в Герате вы имеете поддержку? Есть еще на вашей стороне кто-то?
Н. М. Тараки: Активной поддержи со стороны населения нет. Оно почти целиком находится под влиянием шиитских лозунгов. «Не верьте безбожникам, а идите за нами» — пропаганда на этом построена.
А. Н. Косыгин: Сколько населения в Герате?
Н. М. Тараки: 200–250 тысяч человек. Они ведут себя в зависимости от обстановки. Куда их поведут, туда они и пойдут. Сейчас они на стороне противника.
А. Н. Косыгин: А рабочих там много?
Н. М. Тараки: Мало очень, всего 1–2 тысячи человек.
А. Н. Косыгин: Какие перспективы, по вашему мнению, в Герате?
Н. М. Тараки: Мы считаем, что сегодня вечером или завтра утром Герат падет и будет полностью в руках противника.
А. К. Косыгин: Какие же дальше перспективы?
Н. М. Тараки: Мы уверены, что противник будет формировать новые части и пойдет дальше в наступление.
А. К. Косыгин: У вас нет сил нанести им поражение?
Н. М. Тараки: Если бы были…
А. К. Косыгин: Какие же ваши предложения по этому вопросу?
Н. М. Тараки: Мы просим, чтобы вы оказали практическую и техническую помощь людьми и вооружением.
А. Н. Косыгин: Это вопрос очень сложный.
Н. М. Тараки: В противном случае мятежники пойдут в сторону Кандагара и дальше в сторону Кабула. Они приведут половину Ирана в Афганистан под флагом гератской дивизии. Вернутся афганцы, которые убежали в Пакистан. Иран и Пакистан работают по одному плану против нас. И поэтому, если вы нанесете сейчас по-настоящему удар по Герату, то можно будет спасти революцию.
А. Н. Косыгин: Об этом сразу узнает весь мир. У мятежников есть рации, они сразу же сообщат.
Н. М. Тараки: Я прошу, чтобы вы оказали помощь.
А. Н. Косыгин: Мы должны по этому вопросу посоветоваться.
Н. М. Тараки: Пока вы будете советоваться, Герат падет, и будут еще большие трудности и для Советского Союза, и для Афганистана.
А. Н. Косыгин: Теперь, может быть, вы мне скажете, какие вы даете прогнозы по Пакистану и потом отдельно по Ирану?! У вас нет связи с передовыми людьми Ирана? Вы не можете им сказать, что у вас главный враг сейчас — Соединенные Штаты?
Иранцы очень озлоблены против Соединенных Штатов, и в пропагандистском плане это, очевидно, можно использовать.
Н. М. Тараки: Мы сегодня сделали заявление иранскому правительству, передали его по радио, указав, что Иран вмешивается во внутренние дела в районе Герата.
А. К. Косыгин: А Пакистану вы не считаете нужным сделать какое-либо заявление?
Н. М. Тараки: Завтра или послезавтра сделаем такое же заявление по Пакистану.
А. Н. Косыгин: Вы надеетесь на свою армию? Какова ее надежность? Вы не можете собрать войска, чтобы ударить по Герату?
Н. М. Тараки: Мы считаем, что армия надежна. Но снять войска из других городов, чтобы направить их в Герат, мы не можем, так как это ослабит наши позиции в других городах.
А. Н. Косыгин: А если мы быстро дадим вам дополнительно самолеты и оружие, вы не сможете сформировать новые части?
Н. М. Тараки: Это потребует много времени, и Герат падет.
А. Н. Косыгин: Вы считаете, что если Герат падет, Пакистан предпримет такие же действия со своей границы?
Н. М. Тараки: Вероятность этого очень велика. Моральный дух пакистанцев после этого поднимется. Американцы оказывают им соответствующую помощь. После падения Герата также направят в гражданской одежде солдат, которые начнут захватывать города, и иранцы будут активно вмешиваться. Успех в Герате — это ключ ко всем остальным вопросам, связанным с борьбой.
А. Н. Косыгин: Какие бы вы хотели иметь с нашей стороны внешнеполитические акции, заявления? У вас есть какие-либо соображения по этому вопросу в пропагандистском плане?
Н. М. Тараки: Надо сочетать и пропагандистскую, и практическую помощь. Я предлагаю, чтобы вы на своих танках и самолетах поставили афганские знаки, и никто ничего не узнает. Ваши войска могли бы идти со стороны Кушки и со стороны Кабула.
А. Н. Косыгин: До Кабула надо еще дойти.
Н. М. Тараки: От Кушки очень близко до Герата. А в Кабул можно доставить войска и на самолетах. Если вы пришлете войска в Кабул, и они пойдут из Кабула в Герат, то никто ничего не узнает, по нашему мнению. Будут думать, что это правительственные войска.
А. Н. Косыгин: Я не хочу вас огорчать, но скрыть это не удастся. Это будет известно всему миру через два часа. Все начнут кричать, что началась интервенция в Афганистане со стороны Советского Союза. Скажите, Тараки, если на самолетах мы поставим вам оружие в Кабул, включая танки, то вы найдете танкистов или не найдете?
Н. М. Тараки: Очень небольшое количество.
А. Н. Косыгин: А сколько?
Н. М. Тараки: Точных данных не имею.
А. Н. Косыгин: А если на самолетах быстро прислать вам танки, необходимые боеприпасы, дать минометы, то вы найдете специалистов, которые могут использовать это оружие?
Н. М. Тараки: На этот вопрос ответа я не могу дать. На него могут ответить советские советники.
А. Н. Косыгин: Значит, можно понять так, что в Афганистане хорошо подготовленных военных кадров нет или их очень мало. В Советском Союзе прошли подготовку сотни афганских офицеров. Куда же все они делись?
Н. М. Тараки: Большая часть их — мусульмане-реакционеры, эхванисты, или, как они еще называются, «Братья мусульмане». На них положиться не можем, не уверены в них.
А. Н. Косыгин: В Кабуле сейчас сколько населения?
Н. М. Тараки: Около 1 млн человек.
А. Н. Косыгин: Вы не можете еще 50 тыс. солдат набрать, если дать вам оружие быстро по воздуху? Сколько вы можете набрать людей?
Н. М. Тараки: Мы можем набрать некоторое количество людей, прежде всего из молодежи, но потребуется большое время, чтобы их обучить.
А. Н. Косыгин: А студентов нельзя набрать?
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 69
