Пентагон и ЦРУ были потрясены, увидев, что еще один Папандреу бросил вызов их власти в Греции. И Мурта рассказывает, что «будет трудно преуменьшить степень ненависти, которую питали к сыну бывшего премьер-министра правые и ЦРУ» (25). В 1964 году Андреас Папандреу стал премьер-министром и обнаружил, что KYP регулярно прослушивает разговоры министров и передает информацию ЦРУ Он в ярости уволил двух высокопоставленных офицеров KYP и попытался заменить их на более надежных офицеров, которым он приказал прекратить всякое сотрудничество с ЦРУ Однако, как вспоминал Папандреу, новый директор KYP «подошел и извиняющимся тоном сказал, что он не может этого сделать. Все оборудование было американское, контролируемое ЦРУ, или греками под надзором ЦРУ. Не было каких-то различий между двумя службами. Они выполняли дублирующие функции. В сущности, они были одним агентством» (26).
Когда Папандреу бросил KYP вызов, Норберт Аншутц, американский заместитель главы миссии посольства США, пришел к нему и посоветовал отменить его приказы в отношении KYP. Андреас Папандреу отказался и приказал американцу оставить его офис, после чего Аншутц сердито предупредил, что «это не останется без последствий» (27). Военный переворот произошел в ночь с 20 на 21 апреля 1967 года, за один месяц до запланированных выборов, для которых опросы общественного мнения, в том числе ЦРУ, предсказывали убедительную победу левых из Союза центра Джорджа и Андреаса Папандреу. Секретная армия ГДГ начала переворот, который был основан на плане «Прометей», разработанной НАТО схеме для введения в действие в случае коммунистического повстанческого движения (28). В случае победы оппозиции вердикт был однозначен: «Смять, не задумываясь, любое вероятное сопротивление противника». Около полуночи ГДГ взяли контроль над греческим Министерством обороны, которое из-за восхищения Соединенными Штатами называли Пентагоном. ГДГ практически не встретили сопротивления, и под командованием подполковника Костаса Асланидеса, тренированного десантника, здание было занято. После того как путчисты взяли Пентагон под контроль, стартовал второй этап плана, и в ночной темноте в столицу вошли танки с ярко горящими прожекторами, которые под командованием бригадного генерала Силианоса Паттакоса подъехали к парламенту, королевскому дворцу, радиостанциям и центрам связи. Паттакос направил свою колонну в город по тому же маршруту, что и немецкие захватчики, когда они вошли в Афины в апреле 1941 года. Неожиданно танки остановились, офицеры огляделись в поисках оппозиции. Но нет — Афины спали.
78-летний Джордж Папандреу тоже спал в ту ночь на своей скромной, побеленной вилле в Кастри, за пределами столицы. Процедура, как и во время любого военного переворота, была страшно простой. Вооруженные люди постучались в его дверь, Папандреу был арестован и увезен в одной из двух военных машин, которые окружили дом. В то же время восемь человек ворвались в дом Андреаса Папандреу: семь с примкнутыми штыками, один с пулеметом. В смятении Андреас вырвался на крышу, но солдат нашел его 14-летнего сына, и, приставив пистолет к голове мальчика, заставил молодого Папандреу сдаться. В течение всего лишь пяти часов около 10 000 человек были арестованы военными отрядами в соответствии с информацией из файлов и планированием и были доставлены в «приемные центры».
Полковник Яннис Ладас, 47-летний директор греческой военной полиции, год спустя в интервью с гордостью говорил о точности и скорости, с которой план НАТО был реализован. «В течение двадцати минут каждый политик, каждый человек, анархист, который был в списке, был окружен… это был очень простой, дьявольский план» (29). Греческий народ, проснувшись утром, прежде всего обнаружил, что телефоны не работают, и вскоре после этого, что военные взяли под свой контроль всю жизнь в стране. В 6 часов утра полковник Пападопулос объявил через СМИ, что он взял власть в целях обеспечения демократии, свободы и счастья. Одиннадцать статей конституции было ликвидировано. Люди могли теперь быть арестованы на месте и без ордера, чтобы предстать перед военным судом. Демонстрации и забастовки были объявлены вне закона, а вклады в банках были заморожены. Новый правитель Пападопулос был офицером KYP по связям с ЦРУ с 1952 года, и в KYP было известно, что он был надежным человеком главы резидентуры ЦРУ Маури. Однако не все должностные лица Соединенных Штатов согласились с жестокой процедурой ЦРУ. Сенатор США Ли Меткалф через несколько дней после переворота подверг резкой критике администрацию президента Джонсона. На Капитолийском холме он осудил греческую хунту как «военный режим нацистов, коллаборационистов и сочувствующих им… [которые] получают американскую помощь» (30). Посол США в Афинах, Филипс Тэлбот, пожаловался Маури через неделю после насильственного изменения власти, что американский переворот представлял собой «насилие над демократией». На что Маури ответил: «Как можно изнасиловать шлюху?» (31).
Из-за того, что в военном перевороте непосредственно участвовали и «Греческие диверсионные группы», он был назван «переворотом «Гладио». Только еще в одной стране, а именно в Турции, секретная антикоммунистическая армия была в той же степени вовлечена в государственный переворот. В Италии сеть «Гладио» провела «тихий переворот» в июне 1964 года, когда доверенный генерал ЦРУ де Лоренцо в операции «Фортепиано соло» вошел в Рим с танками, бронетранспортерами, джипами и гранатометами, а силы НАТО устроили крупные военные маневры в районе; это заставило социалистов молча отказаться от своих министерских должностей. Американский историк Бернард Кук справедливо подчеркнул, что «план «Соло» напоминает план «Прометей», который использовал полковник Джордж Пападопулос в 1967 году для установления военного правительства в Греции. С его намерением дестабилизировать Италию, чтобы предотвратить наступление на левом фронте, план был не более чем копией «Гладио» (32). И военный эксперт Коллин согласен, что «Де Лоренцо имел в виду план, похожий посвоим техническим деталям на успешно выполненный несколько лет спустя полковником Пападопулосом в Греции» (33).
Греческая хунта укрепила свою власть через аресты и пытки, подобных которым не было в Западной Европе с конца Второй мировой войны. Большинство из тех, кто был арестован в первые часы после переворота, позже были перевезены в полицейские участки. Коммунисты, социалисты, художники, ученые, журналисты, студенты, политически активные женщины, священники, а также их друзья и семьи были подвергнуты пыткам. Их пальцы и ногти были вырваны. Ноги били палками, пока кожа не слезла, а кости не были сломаны. Острые предметы засовывали женщинам во влагалища. Грязные лохмотья, часто в моче, а иногда и экскрементах, пихали им в горло, чтобы придушить, в анус вкручивали трубки и под очень высоким давлением гнали внутрь воду, электрошокеры прикладывали к голове. Инспектору Базилю Ламбро, шефу секретной полиции в Афинах, нравилось подчеркивать: «Мы все здесь демократы. Все, кто приезжает сюда, заговаривают. И вы не станете исключением» (34). Садист и палач дал понять своим жертвам: «Мы — правительство, вы — ничто. Правительство не одиноко. За правительством стоят американцы». Если Базиль бывал в настроении, он предлагал свое видение мировой политики: «Весь мир делится на две части: русские и американцы. Мы — американцы. Будьте благодарны, что мы только помучили вас немного. В России вас бы убили» (35).
Итальянские правые и боевики их тайных организаций были поражены, насколько эффективно греки вместе с ЦРУ победили левых. В апреле 1968 года греческий полковник пригласил около 50 итальянских правых, в том числе пресловутого Стефано Дель Чиаэ, приехать в Грецию и посмотреть на них. По возвращении в Италию солдаты секретной армии начали эскалацию насилия: закладывали бомбы в общественных местах, в результате чего были убиты и искалечены сотни. Вина была переложена на итальянских коммунистов. Греческая хунта была поражена тем, насколько эффективно их итальянские друзья толкали страну к перевороту, и 15 мая 1969 года Пападопулос направил телеграмму, чтобы поздравить их: «Его превосходительство премьер-министр отмечает, что усилия, которые были предприняты некоторое время назад в Италии благодаря национальным греческим властям, начинают достигать своей цели» (36).
В конце концов военная диктатура распалась из-за почти полного отсутствия внутренней поддержки, после чего полковники участвовали в авантюре иностранного империализма и в 1974 году спонсировали переворот на Кипре, стремясь заменить законное левое правительство архиепископа Макариоса марионеточным режимом и аннексировать Кипр. Турецкие войска в ответ на переворот вторглись на остров и после волны насилия, убийств тысяч людей оставили остров разделенным на турецкую северную и греческую южную части. «Черные» полковники были арестованы и предстали перед судом, а Пападопулос был приговорен к смерти в 1975 году по обвинению в государственной измене, вердикт позже заменили на пожизненное заключение. В ходе народного голосования греческая монархия была упразднена, была принята новая конституция.
