Скромница в логове байкеров - Фли Флай

Ошеломленная я вышла из комнаты. Так и хотелось стукнуть себя по лбу и спросить: «Ну что, теперь ты рада?». Я уже подошла к лестнице, когда снизу донесся голос Глеба. Он совсем не казался испуганным или напряженным. Наверное, это и заставило мою ногу замерить над первой ступенькой.

— Почему ты так уверен? — спросил незнакомый голос, но я была уверена, что это тот бармен, которого братья оставили следить за Глебом.

— Я ее столько пытался растормошить, а она ни в какую. Деревянная, понимаешь.

— Ну не зна-а-аю, — с сомнением протянул собеседник Глеба, — на вид вполне сочная.

— Да бля буду, Марик, ни в рот ни берет, ни в жопу. Керимовы ее в два счета раскусят и не видать мне клуба как своих ушей.

Я отошла от лестницы и прижались к стене. Слова Глеба отозвались болью в груди. Я пыталась спасти его жизнь, а вместо благодарности он обсуждал нашу сексуальную жизнь с каким-то незнакомым мне человеком. В ту же секунду меня охватила злость. Конечно, сравнить мне было не с чем, но какое-то интуитивное чутье подсказывала, что Глеб тоже не бог секса. Он делал все суетливо, в процессе говорил какие-то глупости и очень быстро заканчивал. Хотя последнее меня вполне устраивало, если говорить откровенно.

Пусть Глеб теперь сам спит с Керимовыми, если ему так нужно место в «Крылатых волках». Встряхнув волосами, я быстро сбежала вниз по лестнице. Увидев меня, Глеб тут же переменился в лице, изобразив на своей наглой физиономии вселенское страдание.

— Заюш, ты в порядке?

— Пошел ты в задницу, Глеб! — поправив на плече сумочку, я выскочила из злополучного клуба на улицу. Ноги моей здесь больше не будет.

Так я думала весь следующий день, пока около 4 часов в мою съемную квартирку не постучали. Без задней мысли я открыла дверь и изумленно уставилась на двух бородатых байкеров. На их куртках сверкали логотипы «Крылатых». Я попыталась резко захлопнуть дверь, но крепкое мужское бедро помешало. Без каких-либо проблем он толкнул дверь, а вместе с ней и меня, и оба зашли в коридор.

— Проповедник сказал привезти тебя. Одевайся.

— Не буду, — я насупилась, складывая руки на груди. На мне были пижамные штаны и розовая футболка размера на три больше моего.

— Значит, поедешь в таком виде, — мужчина протянул ко мне руку, но я успела отпрыгнуть.

— Вы в курсе, что это похищение? За это вам статья светит, — попыталась я образумить незваных гостей, но те лишь синхронно пожали плечами.

Я решила сделать еще одну попытку.

— Слушайте, я больше не девушка Глеба, мы расстались. Поэтому все эти ваши условия по вступлению будет выполнять кто-то другой, не я. Понимаете? Позвоните своему главному, скажите.

Мужчина на удивление спорить не стал, а вместо этого достал из кармана телефон и пару раз щелкнул по экрану. Из трубки донеслись гудки, а потом знакомый мужской голос произнес:

— Да.

Байкер поднес телефон ко рту и сказал, глядя на меня.

— Проповедник, девчонка говорит, что больше не встречается с тем мудаком.

Артур пару секунд молчал, а потом спросил:

— Ты на громкой?

— Да.

— Рыжуля, — Артур обратился ко мне, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности. — Не зли меня. Мне пох$#, встречаешься ты с ним или нет. Не будешь в клубе к пяти, пожалеешь. Я понятно выразился?

— Понятно! — рявкнула я раздраженно, но Керимова это не проняло. Он бросил вдогонку, чтобы я оделась поприличнее и отключился.

— Добираться нам минут 30, поэтому у тебя не больше 20 минут, чтобы собраться, — безразлично уточнил второй громила, и я, рыкнув от злости, пошла одеваться.

Я понятия не имела, что имел в виду Артур под «одеться поприличнее», но, учитывая то, что я видела на женщинах в клубе, ничего приличного в общепринятом смысле слова там не было.

За 20 минут я успела принять душ, надеть комплект дорого шелкового белья, который мне подарили подружки на день рождения, и откопать в шкафу самое короткое платье. Это было черное бюстье, которое больше подошло бы для коктейльной вечеринки, чем для похода в байк-клуб, но других вариантов у меня не было.

Мы успели ровно к пяти. Меня подвели к знакомой двери и запихнули внутрь. Я испуганно замерла на пороге: в помещении была целая куча народу. На отдельном диванчике сидели братья Керимовы, с другой стороны столика расположились еще трое мужчин. Судя по нашивкам на куртках, это были представители другого клуба. Еще двое были одеты в обычную одежду, но на их лицах было написано, что на жизнь они зарабатывают чем-то незаконным. Но что меня удивило больше всего, так это то, что в комнате был Глеб. Дверь за моей спиной скрипнула, и все мужчины, которые до этого что-то громко обсуждали, посмотрели на меня.

Глава 5

Артур бросил демонстративный взгляд на часы в форме черепа на стене.

— Ты опоздала.

— На три минуты, — возмутилась я.

— Иди сюда, — подозвал он меня рукой, и я сделала несмелый шаг.

Взгляд Керимова медленно скользил по моему телу — от обнаженных плеч до изящных туфелек на высоком каблуке. В этом пропахшем сигаретами, потом и сексом помещении я выглядела очень чужеродно, но одобрение во взгляде Артура заставило меня вспыхнуть. Я мельком посмотрела на Глеба и с трудом удержалась от улыбки. На его лице была написана растерянность. Конечно, ему ни разу не доводилось лицезреть меня в таком виде.

— На стойке есть бокалы и виски, организуй нам выпивку, — дал указание Артур, и я без вопросов метнулась к стойке.

Следующие пару часов я выполняла роль официантки, подливая в стаканы карамельную жидкость. Артур и Эльдар почти не пили, поэтому подходить к ним надобности не было. Чему я была несказанно рада. Мужчины обсуждали поставку какого-то товара — наверняка что-то незаконное. По мере того как собравшиеся пьянели, разговоры становились все менее деловыми. Они травили старые байки и совсем не обращали на меня внимания. В какой-то момент я полностью расслабилась, поэтому собственное имя едва не заставило подпрыгнуть на месте.

— Мия.

Я повернулась, проверяя содержимое их с Эльдаром бокалов, но они были практически полны. На мой вопросительный взгляд Артур сделал движение пальцем, заставляя подойти к их дивану. Братья сидели, расслабленно откинувшись на мягкую спинку дивана, и передавали друг другу самокрутку. Я подошла ближе, и какое-то нехорошее