или мама, может быть, что-то подскажет?
Мама, да… Я, наверное, очень счастливый человек. Ведь у меня есть целых две матери… Родная и та, которая воспитала. Я очень люблю их обеих… Ашу и Миту…
Зайдя в распахнутые ворота, я отправил Плащей отдыхать, а сам направился в резиденцию. Мита с сыном по понятным причинам остановилась там, и в господский дом переедет, когда там закончится ремонт. С ней мы ещё не виделись. У меня просто вчера не нашлось времени. Нужно было закончить дела.
С Артом и баронами мы проговорили до поздней ночи. Я принял все необходимые решения, подписал нужные документы, осталось рассказать обо всем маме. Она, наверное, переживает из-за того, что скрыла от меня рождение брата. Только это зря… Я ведь понимаю, как все было сложно в последние обороты, и совершенно на неё не сержусь.
Скользнув взглядом по стоящим возле дверей часовым, я поднялся на второй этаж и прошёл в гостевую комнату. Там отправил за графиней слугу, медленно огляделся, остановил взгляд на портрете отца и попытался привести чувства в порядок.
Десять оборотов прошло, и столько всего случилось. Впрочем, все сейчас хорошо! Мама жива и здорова, сестра вышла замуж за младшего сына князя Бреона, а ещё у меня есть брат, и вчера я вернул нам Агир! Да, вопросов только добавилось, но теперь можно не беспокоиться за семью. Клятву Светлой Валькирии в Ордене никто не нарушит.
Мама появилась минут через пять. Она, конечно же, знала, что я приду и ждала…
— Графиня Агира! — распахнув дверь, торжественно объявил слуга, Мита вошла в кабинет и у меня в груди потеплело.
Она практически не изменилась за прошедшее время. Такая же маленькая, серьезная и близкая, какой я ее всегда знал… Поначалу у нас все было очень непросто, но Мита в полной мере заменила мне родную мать. Настолько, насколько это было возможно. Да я был трудным подростком, и она, конечно же, натерпелась. Не пыталась понравиться, но никогда меня не обманывала. Не притворялась матерью, а пыталась ей быть.
Заметив меня, мама тепло улыбнулась, подошла и снизу вверх посмотрела в глаза.
Вот не помню, чтобы она когда-нибудь плакала. Даже когда не стало отца, но, наверное, такой и должна быть жена правителя. Ну а то, что блестят глаза… Это же не обязательно слёзы…
Глава 19
Агирское графство, Агир.
1039 год от Великого Разлома,
15-й день третьего весеннего месяца.
— Здравствуй, мама… — шагнув вперёд, я обнял ее и прижал к груди. — Очень рад, что ты здесь, но не понимаю, зачем было так рисковать?
— Здравствуй, сын, — мама отстранилась и, подняв на меня взгляд, со вздохом произнесла: — Мы практически не рисковали, ты просто многого не знаешь. Мне нельзя было тебе ничего говорить. Я ему поклялась…
«Ну вот… опять какие-то тайны», — устало подумал я, а вслух поинтересовался:
— Кому ему? Ты говоришь об отце?
— Да! — графиня кивнула, прошла к окну и, положив ладони на подоконник, посмотрела во внутренний двор. — Мне рассказали, что случилось вчера. Ты оставил ей жизнь… Я очень этому рада…
— Рада тому, что Светлая жива? — я непонимающе поморщился.
— Ты уже отомстил его убийцам, — Мита опустила взгляд и, негромко добавила: — Что же насчет Аделлы… Твой отец дураком не был и понимал, чем все это закончится. У него просто не было выхода. У Светлой его не было тоже… Конрад знал, что погибнет… И ещё он знал, что я понесу от него сына. В ту нашу последнюю ночь… Аделла пообещала ему, что будет за нами присматривать. Пока жива… Пока ты ее не убьешь…
— Пока не убью⁈ — потрясенно выдохнул я. — Но тогда получается, она все знала заранее?
Ну да… Только зачем Аделле это понадобилось? Неужели Империю по-другому спасти было нельзя? Нужно было принести в жертву отца, прекрасно зная, что приемный сын обязательно отомстит за его смерть?
— Она же знала, кто ты такой, — вторя моим мыслям, негромко произнесла мама. — Знала то, чего не знали о тебе ни я, ни отец…
В голосе матери прозвучала затаенная грусть. Такая, что мне стало не по себе.
— Подойдя, я обнял её за плечи, и со вздохом произнёс:
— Я тот самый Рони, которого ты заставляла пить молоко и правильно разговаривать. Все остальное… Оно ведь никак меня не меняет. Я и сам о многом узнал лишь недавно.
— Тот Рони вырос… — мама обернулась, подняла на меня взгляд и грустно улыбнулась. — Давно уже вырос… Отец бы тобой очень гордился.
— Да, — я улыбнулся в ответ. — Он бы всеми нами гордился.
— Наверное… — мама покивала. — Твоя сестра… Ты же знаешь, как она любит лошадей… Теперь у неё их несколько тысяч. Агнежка счастлива и передавала тебе огромный привет.
— А брат?
— Он здесь, — мама улыбнулась и посмотрела на дверь. — Ждёт, когда я его позову. Сейчас…
Произнеся это, она вышла в соседнюю комнату и вернулась с мальчишкой. Высоким худым и пока что нескладным, но очень похожим на Конрада.
Возможно, в этом и был смысл? Пожертвовав жизнь, отец передал ее младшему сыну. Мама не могла забеременеть после первых родов, и Светлая знала, что предложить.
— Вот, знакомьтесь! — с улыбкой произнесла нам мама и сделала приглашающий жест.
Вот даже не знаю… Как-то не так я представлял себе первую встречу с братом. Слишком уж просто оно произошло, словно мы с ним уже не раз виделись. Возможно потому что он так сильно похож на отца? Конрад, да… Даже имя такое же…
Он прошел ко мне, остановился в трёх шагах напротив и, отчаянно смущаясь, произнёс:
— Здравствуйте… Ой… Здравствуй! Я Конрад!
— Здравствуй, брат! — я улыбнулся, шагнул к нему, взял за плечи, оглядел и крепко обнял. — Я рад, что ты у меня есть, и мы наконец встретились! Полагаю у Агира будет достойный правитель!
— У Агира? — брат отстранился, удивленно посмотрел на меня снизу вверх и перевел взгляд на маму.
— Этой ночью я отрёкся от графства в твою пользу, — пояснил я и взъерошил волосы на голове своего младшего брата. — До совершеннолетия мама будет твоим опекуном и представителем семьи на Высшем Совете. Всеми делами графства, армией и северными территориями будет по-прежнему
