Михаил Маришин - Звоночек 3

Что то там назревало, гнойник рос и готов был вот-вот прорваться. Тем более, что и золотой запас Республиканского правительства из-за обширных заказов, а также из-за того, что платить приходилось буквально за всё, в том числе и походы "Фрунзе" и "Ворошилова", подходил к концу. Дошло уже до распродажи "лишнего" имущества, с последним конвоем в Союз ушли "по бартеру" ещё четыре ЭМ типа "Чурукка", в дополнение полученным взамен "Красного Кавказа".

Зато на восточных границах СССР всё было предельно ясно. Правительство Чан Кай Ши и Советское правительство заключили договор, официально урегулировавший вопрос Восточного Туркестана. Территорию уже в любом случае было не вернуть, а вот оружие в условиях японской агрессии было остро необходимо. Поэтому состоялась формальная продажа Синьцзяна, расплачиваться за который, в пределах оговорённых сумм, нам пришлось самолётами, артиллерией, танками, грузовиками, пулемётами и опять инструкторами. Жалеть об этих поставках не стоило. То, что японцы вляпались в Китай было нам на руку и сохранять такое положение следовало как можно дольше. Это снижало опасность для наших собственных рубежей, давая "переварить" Восточный Туркестан, где сейчас гонял басмачей особый бронекавалерийский корпус, оснащённый полностью вместо танков БТ броневиками БА-11, а также обустроить границу присоединённой в ноябре Монголии. Внешне всё выглядело относительно благополучно, но я-то знал, что в "эталонной истории" японцы всё равно полезли на нас в 1938 году у озера Хасан!

— Тяжко, Поля, — ответил я спустя некоторое время, ещё раз прогнав все эти мысли в голове. — А будет ещё тяжелее. Во многих знаниях многие печали. Другие вон, веселятся беззаботно, а у меня, даже рядом с тобой, одни дела на уме. Так и подмывает спросить, что у тебя там с волокном и пенополиуретаном, да боюсь, ты меня за это сковородой приласкаешь. Пойдём-ка просто поспим. Утро вечера мудренее.