богу, по ходу поездки никаких неожиданностей не случилось и пока мы чётко выдерживали график.
С узкой, заасфальтированной, но изрядно разбитой дороги, свернули на грунтовку. Дальнейший проезд перегораживал недавно поставленный, но по виду как бы старенький шлагбаум, глядя на который каждый решил бы, что стоит он тут давненько. Сейчас проезд был открыт, но как только мы проедем, люди из команды обеспечения перекроют проезд.
Подъехали к территории объекта и через открытые ворота въехали внутрь. Вокруг не было ни души и ворота пришлось закрывать самим. На самом деле местность вокруг контролировалась нашими людьми и приблизиться к территории посторонние не смогли бы.
Времени ещё было с запасом, поэтому мы, не торопясь, поднялись на плоскую бетонную крышу, по периметру которой шёл невысокий парапет. С нужной нам стороны стояли крепко сколоченные деревянные козлы, на которых был надёжно закреплён, обитый толстым войлоком деревянный щит, на котором можно было расположиться со всеми удобствами.
На щите уже была установлена и закреплена на сошках готовая к стрельбе крупнокалиберная снайперская винтовка. Рядом лежал планшет управления разведывательным дроном, используемым в спецназе США, который отличался очень мощной оптикой.
Мы с Китайцем присели на щит, и я занялся винтовкой. Нашим спецам я доверял на все сто процентов, проверить лишний раз не помешает. Вроде и не было в этом необходимости, но я как-то привык.
Китаец занялся планшетом, поднял в воздух птичку, проверил, всё ли работает штатно, затем посадил дрон обратно на крышу, и мы замерли в ожидании. Мы оба были профессионалами и умение ожидать было частью нашей подготовки, в нашей работе без этого умения никак.
День был по-летнему тёплым, но без изнуряющей жары. Ветра почти не было, и редкие тучки на небе не обещали неприятных неожиданностей в виде дождя. Обстановка вокруг была умиротворяющей. Пели птички, вдалеке отсвечивала солнечными бликами, гладь речушки. Идиллия.
Время, когда цели должны выйти на открытый воздух к накрытому столу, приближалось, и Китаец опять поднял в воздух разведывательный дрон. Благодаря высококлассной оптике, дрон барражировал на достаточном удалении от поместья, где собирались фигуранты и поэтому не привлекал к себе внимания охраны. Вряд ли они даже могли его заметить. Птичка транслировала чёткую картинку, и при нужном увеличении можно было во всех деталях рассмотреть все предметы на банкетном столе.
Момент истины всё приближался. Наконец, в зоне видимости появились наши цели, аналитики, как всегда, не подвели и рассчитали всё точно. Фигуранты расселись за столом, вокруг них суетились официанты, затем обслуживающий персонал отошёл подальше, чтобы клиенты могли разговаривать, не опасаясь, что их подслушают. А скрывать им было что, даже в застольной беседе, мало ли какая не предназначенная для чужих ушей информация проскользнёт в разговоре.
Хотя на самом деле ни черта они не боялись и плевать хотели кто там и что может разузнать об их тёмных делишках. Они уже так уверовали в свою неприкосновенность, что считали себя выше каких-то там законов, которые действовали только для быдла.
Я навёл перекрестье прицела на цель. Но целился я не в мерзкие рожи фигурантов, а в одну из стоящих на столе приметную фигурную бутылку из тёмного стекла, в таких обычно находится очень дорогое и редкое вино.
Вот ведь что интересно, людям всё время твердят о вреде алкоголя, но они в это не верят. А ведь если бы эти трое не употребляли спиртные напитки, то, может быть, всё и обошлось бы. По крайней мере, в этот раз. Хотя всё равно от судьбы не уйдёшь и «Аннушка уже пролила масло» ©.
Справедливости ради следует сказать, что в этой бутылке было отнюдь не вино, а маслянистая прозрачная жидкость. Дьявольская жидкость.
Когда в книгах или фильмах снайпер прицеливается и перекрестье прицела совмещается с целью, то это, поверьте, полная херня. На больших расстояниях сила земного тяготения, сопротивление воздуха, атмосферное давление, влажность и ветер, настолько меняют траекторию движения пули, что целиться в саму мишень просто верх идиотизма.
Прицеливался я только для того, чтобы моя сверхинтуиция могла выполнить работу, которую для обычного снайпера выполняет баллистический вычислитель. Именно для этого мне и нужно было увидеть саму цель. А вообще, должен сказать, что стрельба на сверхдальние расстояния, это не мастерство и даже не искусство. Это скорее мистика и колдовство. Этому нельзя научиться, это врождённый дар.
— Готовность? — это Китаец.
— Готов, — это уже я.
— Работаем!
Я плавным движением поднял ствол винтовки высоко над целью и мягко надавил на спуск. Со стороны могло показаться, что я выпалил в белый свет как в копеечку. На самом деле пуля ушла по крутой параболе и, достигнув высшей точки траектории, начала неумолимое снижение прямо к цели.
* * *
Официант ступал очень осторожно, словно по тонкому льду, понимая, что ценой ошибки, может стать его жизнь. Человек, игравший роль официанта, был профессионалом и поэтому его руки, державшие поднос с напитками, не дрожали. Однако от напряжения на его лбу выступили мелкие бисеринки пота. Бутылки с вином, стоявшие на подносе, стоили целое состояние, но не это сейчас волновало человека в одежде официанта. Беспокоила его только одна из бутылок. Прозрачная маслянистая жидкость, наполнявшая бутылку из тёмного стекла, при ближайшем рассмотрении оказалась бы отнюдь не вином. Вот только вряд ли планировалось, чтобы кто-то отведал этого напитка. По крайней мере, традиционным способом.
Через некоторое время вокруг заставленного кушаньями стола собрались те, для кого и предназначались, расставленные на столе дорогие напитки. Эти люди были, может быть, недостаточно хорошо известны широкой публике, но российской элите они были более чем известны. Политик, бизнесмен и один из заместителей министра МВД.
Не просто политик, а один из руководителей Комитета ГосДумы, причём степень его влияния далеко выходила за пределы полномочий, которые давала его должность.
Не просто бизнесмен, а один из богатейших людей страны и не самый бедный человек во всём остальном мире. Его финансовые международные связи обладали ценностью не меньшей чем его капитал в несколько сотен миллиардов долларов.
Не просто генерал МВД, а скорее теневой кардинал силовых структур. Связи в администрации главы государства делали его не менее значимым, чем сам министр.
За мирской суетой эти люди не забывали и о духовном. Несмотря на всю свою занятость, они активно занимались благотворительностью. Как известно, дети — это цветы жизни. И эти господа возглавляли Правление благотворительного Фонда «Безоблачное детство». Эти люди любили детей. Вся беда была в том, что любили они их странной, можно даже сказать, извращённой любовью. За красивой вывеской пряталось некое сообщество, которое можно
