и любой другой подросток, я надеялся, что нечто подобное и в самом деле может произойти. Перелистнув страницу, я начал вчитываться в рассказ некой девушки, утверждающей, что в скором времени миллионы людей будут перенесены в другой мир под названием Вилестрия.
— Иной мир?.. Арбитры? Звучит бредово… — проговорил я и, хмыкнув, закрыл тетрадь. — Ладно, разберусь с этим дома.
* * *
Вернувшись домой, первое, что я решил сделать, это принять тёплую ванну. Как бы сильно меня ни манила тетрадь, я предпочитаю сначала всё же немного расслабиться. Жизнь меня научила, что к подобным вещам нужно подходить с холодной головой. А мною сейчас движут эмоции, и это очень–очень плохо!
Устало зевнув и протерев глаза, я в очередной раз посетовал на несправедливость жизни и бросил быстрый взгляд в окно. Моя старая привычка проверять, есть ли снаружи солнце, постоянно даёт о себе знать…
Мотнув головой и отбросив гнетущие мысли, я пошёл в ванную и принялся крутить кран с горячей водой, подбирая нужную температуру. С двадцатой попытки у меня получилось–таки настроить воду в том диапазоне, который меня устраивал.
— Были бы у меня деньги, я бы точно поставил сюда новомодный смеситель с регулятором температур. С ним бы стало куда проще жить…
Вода набралась быстро, а потому уже через пять минут я стоял перед зеркалом без одежды и разглядывал множественные шрамы, покрывающие моё тело. Два тёмных рубца по десять сантиметров на животе, по одному на каждой груди… А уж сколько их было на руках и спине, я даже сосчитать боялся. Даже и не знаю, почему я тогда отказался от экспериментального препарата?.. Сколько бы я ни вспоминал тот день, когда официально отказал доктору в эксперименте, я всегда себя за это корил.
— Всего десять процентов… — прошептал я, опёршись на раковину и вглядываясь в отражение в зеркале. — Но даже при успешном исходе лечения эти рубцы останутся со мной на всю жизнь… Так или иначе…
Я провёл пальцем по шраму на шее и резко отдёрнул руку, поворачиваясь к зеркалу спиной. Рука задрожала, заставляя меня схватиться за запястье и с силой его сжать. В голову начали лезть дурные мысли о наступающей, неминуемой смерти.
— Паническая атака, пошла в жопу… — прошипел я и тяжело вздохнул.
Ещё одна причина, по которой мне сложно жить в социуме… Слишком расшатанная нервная система, постоянно дающая сбои и заставляющая меня думать, что я скоро умру. Многие врачи называют это психосоматикой или же паническими атаками. А я считаю, что это самый обычный страх, который нужно перебороть. Сколько бы доктора ни пытались прописывать мне разные лекарства и антидепрессанты, я всё время отказывался от их приёма. В кого я превращусь, если буду справляться со своими страхами при помощи таблеток? Только молодость, только хардкор!
Уняв тремор в руке, я вытер выступивший на лбу пот и залез в тёплую ванную. Стресс постепенно отошёл на задний план, а в голове начала крутиться навязчивая мысль: «Что за Вилестрия?»
Глава 2. Встреча из прошлого
С момента, как я нашёл тетрадь, прошло больше полугода. Девятое мая уже наступило, а я совершенно забыл про эту дату, понадеявшись на напоминалку в телефоне. Всё из–за моего старого товарища. Артёмка Никифиров… сколько же воспоминаний у меня связано с этим именем.
Знакомы мы были с детства, наши родители тесно общались до трагедии, унёсшей жизни мамы и папы. Кажется, у моего отца даже был какой–то бизнес с отцом Артёма, но они это редко обсуждали, и я плохо помню подробности. В детстве я большую часть времени проводил с Артёмом. Мы часто играли в видеоигры на старой плойке или же собирали лего. Какое–то время я даже считал его своим старшим братом. И это были счастливые времена, когда я ощущал себя кому–то нужным. Правда, их семья уехала из страны примерно за пару лет до трагедии. Это поставило крест на нашем общении, и я уже не надеялся увидеть Артёма. Но, как всегда бывает, судьба решила всё за нас.
Тридцать первое декабря, 2022 год.
Я лежал на кровати и просто смотрел в потолок, слушая агрессивный мотив из «дума», и представлял, как крошу на части монстров, чтобы найти лекарство от своей болезни. Неожиданно мелодия изменилась на стандартный рингтон из двухтысячных, поменять который у меня всё никак руки не доходили. Понимая, что это, вероятнее всего, звонят какие–нибудь аферисты, я уже был готов сбросить вызов, но что–то меня остановило.
На экране вместо номера отображалась надпись «Неизвестный абонент».
— Сто пудов мошенники… — прошептал я и, цокнув языком, взглянул на часы. — Час до Нового года, а им всё неймётся.
Приняв вызов, я медленно поднёс телефон к уху и уже приготовился слушать смазливый голос, убеждающий меня в том, что я миллионный покупатель какого–нибудь необычного продукта и мне осталось заплатить небольшую сумму, чтобы забрать свой выигрыш. Но голос из трубки оказался до боли знакомым, и это меня испугало:
— Марк?
Я промолчал, не зная, что ответить. Моя рука задрожала, а на лице расползлась дурацкая улыбка. Я был близок к очередной панической атаке.
— Марк, ауууу! Ты живой? — после этого вопроса говорящий отдалился на пару метров от трубки. — Точно его номер?..
Это был Артём! Нет, его голос я ни с каким другим не перепутаю. Слегка слащавый, но притом уже весьма басистый голос моего старого друга доносился из трубки, согревая меня ностальгией. Когда мы в последний раз с ним болтали? Кажется, миллион лет пролетело. Неожиданно на другом конце послышался ещё один до боли знакомый голос:
— Тёма, точно его! Не сбросил ещё? Так ты хоть представься, может, он тебя не узнал! Дай сюда, я сама поговорю!
— Мам, я сам!
Послышались звуки возни и борьбы за телефон, после чего я отчётливо услышал лёгкий шлепок, а следом за ним со мной поздоровалась женщина:
— Марк, привет! Это тётя Зина! Мама Артёма Никифорова! — назвалась она и сделала небольшую паузу, после чего заговорила совсем уж по–театральному: — Алло! Меня слышно?
Я рассмеялся и упал на спину.
— Здравствуйте, Зинаида Викторовна!
Из телефона послышался восторженный крик Артёма.
— Уху–у–у-у! — прокричал он и, судя по всему, выхватил у матери трубку. — Марк, ты же в Москве?
— Во–первых, привет, — произнёс я, за что тут же получил от старого друга порцию упрёков в том, что я слишком «душный». — Во–вторых, да, я в Москве.
Выждав паузу, Артём заговорил уверенным, но радостным голосом. Звучал он так, словно парень ждал этого момента всю свою жизнь:
— Сейчас же называй район, в котором ты находишься. Ну и адрес, само собой. Отправим
