Наталья Павлищева - Колыбель времени

Но Шакспер и умер странно… В полном расцвете сил и здоровья вдруг отдал богу душу после того, как посидел в кабачке с приехавшим погостить Беном Джонсом. Отравлен? Между прочим, он написал подробное завещание (жутко жлобское, в котором ни слова о литературном наследии, словно того и нет), когда не был ни болен, ни стар… С чего бы вдруг распределять даже самые мелкие вещи вроде серебряных ложек или «вторую по качеству кровать» среди родни, будучи пятидесятидвухлетним крепышом? Что он предчувствовал?

Сторонники «стратфордской» версии твердят, что неровность почерка в подписи на завещании говорит о серьезной болезни Шакспера, мол, чувствовал близкую смерть. Может, и чувствовал, но только не от болезни. Посмертная маска изображает скорее мужчину в расцвете сил.

С родней обходился странно, его собственная дочь была совершенно безграмотна, даже на брачном договоре поставила крестик. Сам несколько языков выучил и вон какие пьесы писал, а дочь не научил даже несколько букв нацарапать?

Вырисовывается некий страшный договор между теми, кто Шекспиром действительно был, и тем, кто его изображал. Жить, только пока живы те, кто пишет? Тогда понятно спешное почти бегство из Лондона обратно в Стратфорд в 1612 году и скромное там житье (никто и не подозревал о присутствии в городе литературного гения, соседи были немало удивлены, позже узрев на его памятнике слова о творчестве; видно, Шакспер и творчество — вещи несовместимые). Неужели пришлось, согласно договору, по требованию «последней трети Шекспира» последовать за своим прототипом уже не по доброй воле…

Жутковато… Но чем лучше любование черепом бывшего друга?

Вот такой он, шестнадцатый век…

В нем еще очень много загадок и неясностей, как, впрочем, и в любом другом.

Почитать о судьбах персонажей и посмотреть подборку их портретов можно на сайте: natalipav.ru или на блоге.