и передал Рыжему пятилитровую алюминиевую канистру с пивом. Разумеется, после упоминания киносеанса он не стал оставаться дома, а отправился с нами.
Как и предполагалось, перед семичасовым сеансом фильма «Жандарм и инопланетяне» перед клубом началось настоящее столпотворение. Весть о том, что в село привезли французскую комедию, разнеслась по округе со скоростью урагана, и здесь, несмотря на понедельник, собрались все.
Увидев ошалелые глаза стоявшего на контроле Паши Рязанцева, я понял: надо подойти и помочь. Оставив Ольгу с Рыжим и подошедшими Степаном с Наташей, я решительно протиснулся через толпу.
— Пашка, что тут у нас?
— У нас здесь полный аврал с аншлагом. Лесхозовские откуда-то прознали, что комедию с Луи де Фюнесом на один сеанс привезут. Из соседнего села приехали на грузовиках и автобусах раньше всех и скупили больше половины билетов. Потом первые зашли в зал. Там и стар, и млад. Наши местные припозднились, но тоже припёрлись на киносеанс полным составом. Школьников уйма пришла. Да здесь сейчас даже те, кого я в клубе полгода назад последний раз видел.
— Вот она, сила французского кинематографа, — проговорил я, пытаясь переварить хлынувшие в голову мысли окружающих.
— Лёша, боюсь, что из-за этой французской комедии нам весь клуб разнесут. Что делать? Касса уже полтора комплекта билетов продала. Я закрыл её волевым решением пять минут назад, ибо мест больше нет — даже на стульях, табуретках и лавках, что мы со всей округи и из сельсовета притащили.
Оценив скопившуюся толпу, я посмотрел на часы.
— Паша, сколько фильм идёт?
— Стандарт. Час тридцать с небольшим.
— Ну а чего тогда думать? Сеанс через семь минут. Все в зал точно не влезут, даже если на колени друг другу сядут. Чтобы народ успокоился, прямо сейчас надо объявление сделать, что в девять часов будет второй дополнительный сеанс. Иначе наши местные мужики точно пойдут на штурм и сцепятся с лесхозовскими. А чтобы самых буйных успокоить, попроси всех расступиться для запуска всех детей до двенадцати лет. Школота около сцены на полу в любом случае местечко себе найдёт. Объясни, что им французскую комедию сегодня покажут бесплатно.
— Так с киномехаником сначала договориться надо. А то Володя он сам себе на уме. Может и упереться.
— Паша, это всё потом. Я сам к нему поднимусь и всё объясню. Думаю, подколымить лишние двадцать рублей он не откажется.
Паша не сплоховал. Выйдя вперёд, сделал объявление. А после того как толпа расступилась, пропуская детей, молодой директор клуба подошёл к кассе и приказал начать продавать билеты на девятичасовой сеанс.
Я читал мысли и знал: недовольные остались, но львиное большинство восприняло ситуацию нормально. Да и момент с бесплатным запуском детей подействовал отрезвляюще.
Как только фильм начался, я прошёл через чёрный ход в коридор и поднялся в комнату киномеханика. Судя по подслушанным мыслям, Володя догадался, зачем явился завхоз.
— Алексей, да откуда я знал, что столько народу набежит? — начал он. — Хотел, как лучше. Комедию французскую на один вечер для вас урвал.
— Володя, да ты всё правильно сделал. За то, что дефицитный фильм привёз, большое спасибо. Но теперь второй сеанс показать точно придётся. Разумеется, за дополнительное денежное поощрение.
Я выложил на крышку от киношной бобины два червонца.
Володя сегодня обещал своей девушке вернуться вовремя, но вид двух красненьких купюр вкупе с полным аншлагом заставил остаться. Решив этот вопрос, я вернулся ко входу в клуб и заметил, как участковый Панфилов общается с той самой компанией ребят, что недавно пыталась устроить драку на дискотеке.
Похоже, он и без дара определил: близнецы могут воспользоваться ситуацией и начать мутить воду. Вот и решил пресечь рост недовольства на корню и провести разъяснительную беседу.
Пока я ходил, Рыжий купил билеты для всей компании. Вроде всё обошлось. Рядом любимая девушка. Хорошая компания. Возможно, последний тёплый вечер в году, очень смахивающий на летний. Однако чувство приближения чего-то нехорошего меня всё равно не отпускало. Что-то грядёт. Но вот только что? Неужели тёмный так оперативно себя проявит?
На миг я снова ощутил приближение липкой тьмы, как в момент зависания в космической пустоте. Наваждение прервало появление пасечника Давыдова. Иван припарковал «Волгу», со всеми поздоровался и сразу отозвал меня в сторонку.
— Насчёт возвращения музыкального инструмента — это ты неплохо сработал. Вот только мне тут нашептали, что у тебя из-за этого могут возникнуть проблемы.
— Ничего, проблемы я свои сам решу. Главное — всё на месте, и Паша наконец сможет расслабиться и попытаться собрать группу.
— Да этот неугомонный уже сегодня начал знакомых обзванивать. Даже меня звал на гитаре побренчать.
— Ну и как?
— Да не. Не моё это. Я больше слушать или подсказать чего, — отмахнулся Иван.
Я немного умел играть на электрогитаре. И для семьдесят девятого разбирался намного больше в музыкальных направлениях, чем все ныне живущие. Помогал опыт прошлой жизни и знание общей тенденции развития музыки будущего. Из-за этого показать кое-что продвинутое могу, однако сам, как пасечник, в группе играть не согласился бы.
Разговаривая со мной о музыке, Давыдов не мог полностью переключиться на эту тему. Я это заметил, попытался вычислить, что его беспокоит, но, кроме хмурого лица жены пасечника, ничего в транслируемых его мозгом образах не обнаружил. Это инстинктивно напрягло и заставило самому сменить тему разговора.
— Иван, Матрёна меня попросила завтра свозить её к вам. Скажи, во сколько будет удобно?
— Если собралась, то обязательно привози. Думаю, часиков к шести вечера будет нормально.
Договорившись с Давыдовым о визите, я почувствовал, как он полностью переключился на думы о жене. А когда к нам подошёл Паша, пасечник перекинулся с ним парой фраз и сразу уехал.
Я же после этого не мог выкинуть его беспокойство из головы. Вспоминал о жене пасечника во время ожидания киносеанса, просмотра французской комедии и после — в моменты проводов Ольги. Инстинкты подсказывали: нечто тёмное грядёт именно с той стороны. А инстинктам в последнее время я всецело доверял.
Конечно, провожая Ольгу, я постарался отгородиться от тревожного предчувствия и сделал всё как положено влюблённому молодому человеку, но как только она поднялась на крыльцо и скрылась в доме, мозг мгновенно переключился.
Прибыв в дом Матрёны, я предупредил её о завтрашней поездке. Затем, немного пообщавшись с Рыжим, оставил меломана наедине с магнитофоном и лёг спать. А ровно в час ночи проснулся от нехорошего чувства приближающейся опасности.
Одевшись, вооружился на всякий случай наганом и прошёлся по двору. Заглянул в каждую щель. Проверил, спит ли Матрёна и мои будущие родители. Даже вышел
