и рыбная... Ну и золото со свинцом, - хмыкнул Мамаев. – Но они пока нахрен государству не нужны.
Наздратенко насупил брови. Мамаев вроде как не обратил на это внимание.
- Лесу большие вложения не нужны... Пили себе и пили, да продавай китайцам. Сами вывезут. А вот с рыбой сложнее. Если всю гнать за кордон, предприятия тут загнутся. И это надо иметь ввиду. Это факт субъективный.
Наздратенко улыбнулся.
- А почему ты думаешь, что рыбу погонят за кордон?
Мамаев сделал паузу не поднимая глаз от бокала.
- Так выгоднее, - просто сказал он. – Бизнес.
Наздратенко с интересом посмотрел на собеседника.
- Ты, Сергей Григорьевич, раскрываешься с новых... э-э-э... - Он не смог подобрать слов и смутился. - Новыми гранями, так сказать, блеснул. Долго думал?
- Долго. Сами знаете, Евгений Иванович, сколько верёвочке не вейся...
Мамаев вздохнул, и получилось это у него так естественно, что самому понравилось. Он играл, и от его игры сейчас очень многое зависело. И его жизнь, и даже будущее России, мать её...
- Сломался я, если откровенно говорить, Евгений Иванович...
Мамаев хлебнул из бокала допив коньяк, и не ставя на стол, снова наполнил.
- Вам? – спросил он.
- Да, плесни, - сказал Евгений Иванович.
Он очень внимательно, с прищуром смотрел на бывшего спецназовца и не мог понять, зачем тот ему нужен. Да и нужен ли он вообще? Наздратенко не верил ни настоящим, ни бывшим комитетчикам, ни гэрэушникам, ни ментам. Вообще-то, он не верил ни кому, но «этим» не верил однозначно.
Этому парню, которого Евгений Иванович знал вот уже два года, он был вынужден доверять свою жизнь. Всего лишь два или три раза, но ведь доверял?! Понятно, что если будет надо, этот спец запросто оторвёт ему голову и даже не поморщится. Но вот сдаст ли он его правоохранителям? Думается, что вряд ли. Здесь, кажется, на него можно положиться, если заинтересовать и приблизить так, чтобы он почувствовал.
- Ты говоришь... В смысле, э-э-э... пишешь... Да. Пишешь о том, что все корабли распродадут по дешёвке и ловить рыбу будет нечем... Ты так уверен в этом?
- Конечно! – совсем без эмоций сказал Мамаев. – Транспорта Востокрыбхолодфлота уже разлетелись по миру, но их хоть вернуть можно. А вот флот ВБТРФ, Дальморепродукта и Зарубинской базы флота уйдёт на гвозди.
Губернатор отставил бокал в сторону и с удивлением глянул на «прорицателя».
- Ну, так уж и на гвозди? – вопросил Наздратенко.
- Именно на гвозди. И это ещё бы ничего, если бы те, кто их продадут, вложились бы в обновление нашего флота, Но ведь нет... Набьют свою мошну и уедут за кордон.
- Это ты, небось, про Никитенко? – усмехнулся губернатор. – Не любишь ты его... За что, интересно?
- Так за это и не люблю.
- Так ведь он ещё ничего и никому и не продал. - рассмеялся губернатор. - Нормально работают. Прибыль показывают.
Мамаев саркастически хмыкнул.
- А вы знаете, что они в Гонконге купили компанию, старую, семьдесят первого года образования, между прочим, и сейчас начнут накачивать ВБТРФ долгами?
- Для чего? – сделал вид, что удивился губернатор.
Мамаев вздохнул.
- Не пытайтесь казаться глупее, чем вы есть, Евгений Иванович. Эти схемы вывода, то есть хищения у акционеров фондов в мире давно известны. Так же, как и схемы поглощения, или преднамеренного банкротства.
Наздратенко даже поперхнулся от неожиданности и закашлялся.
- Ну и выдал ты, Сергей Григорьевич, - наконец произнёс, отдуваясь и покачивая головой из стороны в сторону, губернатор. – Кстати... Ничего, что я тебя на ты? Привычка такая... На «ты», но по имени отчеству.
- Нормально, - скривившись одной стороной лица произнёс Мамаев. – Вы, всё же и постарше, и в звании почти генеральском.
Они помолчали, поглощая принесённый обед и пригубливая напитки. Уничтожив часть огромного куска жаренной кефали, Наздратенко откинулся на мягкую спинку дивана. Мамаев же давно прикончил скоблянку и один биточек, и, отойдя к кормовой двери, дышал мокрым морским воздухом. Снова начался дождь.
Наздратенко смотрел на спину Субботина и продолжал размышлять. Этот процесс, рак это не покажется банальным, у Евгения Ивановича не прекращался. И он не думал, а именно размышлял, предлагая себе для оценки новые варианты развития событий и подвергая их критике. И он уже подходил к определённым, негативным для его собеседника, выводам. Однако вопросы к нему ещё оставались. Да и время для отдыха у губернатора сегодня ещё было.
- И всё-таки, Серёжа, откуда у тебя такие познания? В мире много чего выдумано и используется, но у нас эти университеты не все проходили.
- Только узкий круг ограниченных людей? – усмехнулся Мамаев.
- Как-как? – рассмеялся Наздратенко. – Узкий круг? Ах-ха-ха! Ограниченных людей?! Ха-ха! Сам придумал?
- Да ну! – нахмурился Субботин. – Куда мне?
Фраза вырвалась случайно и была вычитана из купленной в московском аэропорту книги Александра Покровского «Расстрелять!», но слышал он её «ранее» - в своём будущем. И даже не в своём будущем, а в Субботинском. Тфу, блять! Плюнул мысленно Мамаев.
- Узкий круг, - продолжал хихикать губернатор. – Да-а-а... Не в бровь, а в глаз.
Однако Мамаеву вдруг расхотелось шутить и Евгений Иванович прочитал это на его лице.
- Короче, Сергей Григорьевич. Что предлагаешь ты?
[1] Нефрологическое отделение - занимается диагностикой и лечением пациентов с различной патологией почек. Разовое резкое повышение давления может быть связано с почечной болезнью.
[2] Прогон – срочное сообщение – рассылка по всем «воровским подразделениям».
Глава 27
Мамаев посмотрел на губернатора, прищурился и по его лицу пробежала тень сомнения. Он скривился... Наздратенко смотрел на него, ухмыляясь и не ожидая ничего сверх оригинального. У Мамаева в голове вдруг промелькнула фраза из другого литературного шедевра: «Взять всё, да и поделить!»[1], и он улыбнулся.
- Большие плавбазы можно и нужно продать. Они не рентабельны.
Наздратенко реально удивился.
- Пока можно ловить минтай, краба и контрабандой вывозить в Японию, Китай, и другую Юго-Восточную Азию.
Наздратенко удивился ещё больше.
- Но вкладывать заработанные там деньги надо здесь.
Евгений Иванович аж подпрыгнул.
- Где, блять, здесь, вкладывать, когда никому нельзя верить!? – крикнул он. – Как можно сюда переводить деньги, когда ни одному банку их нельзя отдать!? Куда, блять?! Кто будет строить? Они попросят предоплату, деньги растащат по карманам.
Евгений Иванович подавился
