проснулся. Голова болит от выпитого. Похмелье, — он сморщился, — будь оно не ладно.
— Какой это день?
— Следующий день после дня рождения. Я даже спал одетым. Видимо у жены сил не хватило меня раздеть.
— Хорошо, — сказал я ему, — а теперь просто помолчите. — Я решил удалить это образование. Не знаю, что это, мне оно очень активно не понравилось. Что-то случилось, когда министр спал. И он это вспомнить не может. Может быть, совершил что-то страшное, и удалив это, я уничтожу доказательства, но я сомневался, что это совершённое преступление. Если бы он не хотел вспоминать этого по собственному желанию, то применив мою методику, я бы его всё равно разговорил, но почему-то именно этот участок, никак не всплывал в его памяти. Словно что-то запрещало ему это сделать. Это похоже на закодированный сейф, к которому даже у меня нет ключика. Не зная, что находится в этом сейфе, лучше от него избавиться. А ну как рванёт? Вот поэтому, я и не раздумывал ни минуты. Просто взял и вычистил эту ячейку, сломав замки. И разметал содержимое. Теперь этот участок оказался чистым. На функции мозга это никак не повлияет. Он как не помнил этот момент, так и остался с тем же. А там теперь просто нечего вспомнить.
* * *
Учёные, что наблюдали за всем этим через прибор, были шокированы увиденным. Потом я выяснил, что всё что я творил, они всё видели. Даже то, как я увеличил заинтересовавший меня участок. Для них вообще это было откровением свыше. Увидеть человека, который с лёгкостью ковыряется в мозгах, не причиняя при этом вреда, такого они не могли себе представить даже в самых смелых своих фантазиях. И да, они, конечно, увидели, что меня обеспокоило, и почему я задержал этого министра. Поэтому, Фёдор Константинович меня и спросил, когда пришёл в себя от увиденного:
— Александр, — прочистил он горло, — я понял, чем вы занимались, но такое же образование я заметил у министра юстиции. Тогда я не придал этому значение, да и не особо оно выделялось. Просто оно меня заинтересовало своей стабильностью. Поэтому я и запомнил. Это как соринка в глазу. Вы считаете, что это опасно?
— Я не знаю, что это, — начал я пояснять, — а всё, что неизвестно, опасно априори. И да, я тоже заметил это у Министра Юстиции, поэтому, завтра мы пригласим его на повторную встречу.
— Спасибо вам за проведённую демонстрацию. Никогда не думал, что можно так свободно работать с мозгом. — Высказался Лазарь Моисеевич.
— И вам спасибо за работу. — Улыбнулся я профессорам. — Завтра продолжим работать с боевыми ребятами. Ну, и, может быть, я вам покажу ещё один момент в моей работе, если получу указания от Главы. Это зависит от результатов сегодняшних тестов, и от того, что предпримет Глава в отношении этих людей.
— Вы нас заинтриговали, молодой человек. — Усмехнулся Лазарь Моисеевич. — Обязательно будем. Не каждый день увидишь столько нового. До свидания.
— До завтра. — Махнул я им рукой, и пошёл их проводить. Министр ждал меня, чтобы перекинуться парой слов.
— Так со мной всё в порядке?
— Теперь да, всё в порядке. — Не стал я юлить.
— А что было-то, что-то серьёзное?
— Я и сам пока не знаю, что это было, но думаю, что да, довольно серьёзное. Но теперь вы можете чувствовать себя совершенно спокойно, вам ничего не угрожает. — От моих слов его аж передёрнуло.
— Вот так живёшь, никого не трогаешь, и тут узнаёшь, что с тобой что-то не так. Надеюсь, это была не болезнь?
— Не думаю, что это болезнь, скорее, это что-то привнесённое. — И в этот момент, завибрировал телефон министра, переданный охраной в зале ожидания. На прохождение теста, министры сдавали охране все свои электронные гаджеты.
Он взял телефон, поднёс к уху:
— Да. — Сказал он, и через некоторое время уставился на телефон непонимающим взглядом. — Чушь какая-то. И номер не определён.
Я насторожился, и поинтересовался, что его смутило.
— Да чушь какую-то сейчас услышал, абракадабру какую-то. И звонивший не определился.
— А вы можете вспомнить, что конкретно вам сказали, что-за абракадабра?
— Дословно наверно не получится, всё прозвучало, одним словом, но там были несколько слов, которые я запомнил, такие как: дичь, крекер, руно и в конце старт.
И тут меня словно мешком по голове стукнули, и я всё понял. Это был ключ активации. Ключ активации к тому участку памяти, что я удалил. И мне очень не нравится то, что должно было произойти, после того как его активировали. Спящий агент, вот как называются такие люди. Не по своей воли агент. Скорей всего, там содержалась информация, что должен совершить человек. Причём, он не сможет игнорировать такую информацию. Его не остановит даже инстинкт самосохранения перед выполнением. Слышал я, у американцев проводились опыты, по созданию таких кукол. Нейролингвистическое программирование, так вроде это называлось. До момента активации, человек ведёт себя вполне нормально, как и привык в повседневной жизни, а после активации он перестаёт принадлежать самому себе. И поведение у такого человека тоже меняется. Он начинает действовать прямолинейно, не взирая на препятствия, сокращая путь, для выполнения заложенной программы. И определяется такой человек на раз. Но это в том случае, если знаешь, что искать. Многие могут подумать, что человек ведёт себя странно, пока не совершится не поправимое. И ещё одного такого человека, я отпустил. Министра юстиции. И что-то мне подсказывает, что ему тоже пришёл код активации. Поэтому, действовать надо немедленно, пока не стало слишком поздно.
Я быстренько схватил телефон прямой связи с Главой, в комнате ожидания он был, и связался с секретарём. Попросил его связать меня с Путилиным, немедленно. Видимо, мой взволнованный голос произвёл на него впечатление, поэтому он тут же соединил меня с ним. Я вкратце рассказал Главе о случившемся, и предупредил его, что такое же образование я заметил у министра юстиции, и у него я это не удалил. Глава внимательно меня выслушал и сказал:
— Теперь понятно, почему Михаил Петрович так стремится ко мне на приём. Он уже на подъезде к резиденции скорей всего. Я понял тебя. Спасибо, что своевременно предупредил. Жди, скоро его доставят к тебе. Ты сможешь это нейтрализовать?
— Пока не знаю, Владимир Владимирович, — повинился я, — пока это не активировали, удаляется легко, а как будет в этот раз, не могу сказать. Посмотрим по результатам.
— Хорошо, жди. Возможно, и я подойду позже. Заодно, решим по поводу моей команды, кто достоин, а кто нет. — И положил трубку.
* * *
Министра привели
