Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
Наконец карета остановилась. Аливия посмотрела в окно:
— Здесь живет папа?
— Нет. Просто не могу же я тебя привезти к отцу в таком виде? Ты же на мальчишку похожа.
Девочка озадаченно поглядела на одежду, потом сообразила и заулыбалась.
Портниха встретила их с поклоном — естественно, столько денег ей перепало, что можно и в ноги падать.
— Это и есть ваша сестренка, милорд? — улыбнулась она. — Какая милая девочка. Проходите, проходите, господа.
Володю, Джерома и Филиппа усадили на скамейке в комнате, а Аливию женщина повела за собой.
— Сей момент, господа, сей момент, — повторяла она. — Сейчас переоденем вашу крошку и…
Дверь закрылась, отрезая бормотание портнихи. Володя устроился на скамейке поудобнее и приготовился ждать — кое-что из своей прошлой жизни он помнил прекрасно, в частности то, сколько времени требовалось его сестре, чтобы переодеться. Правда, в этом мире то ли женщины были другими, то ли они еще не освоили такое искусство, как подбор прически к одежде, но Аливия появилась быстро. В ее глазах плескался какой-то неземной восторг, и дышала она, словно астматический больной, но при этом рот до ушей и румянец вполне здорового ребенка. Гордо вздернув носик, девочка прошествовала мимо. Атласное платье мягкого кремового цвета, декорированное цветами с золотыми сердцевинками, при каждом ее шаге чуть приподнималось и тут же опускалось, словно волны. В лучах солнца, прорывающихся сквозь не очень прозрачное стекло, ткань струилась и переливалась на рукавах и подоле при каждом движении и повороте. Девочка осторожно поддерживала платье, словно опасаясь наступить на него, при этом воланы на рукавах у локтя забавно топорщились, похожие на маленькие крылышки. Вот Аливия крутнулась на одной ноге, взметнулось платье, и озорная фея осветила комнату ослепительной улыбкой. Тут она резко остановилась, снова повернулась и бросилась к Володе, повиснув у него на шее.
— Ну-ну, Кнопка, — Володя осторожно, чтобы не помять платье, приподнял ее. — Нравится?
Слов у девочки не нашлось, она только кивнула.
— В таком случае забирай старые вещи и идем.
— Вот, милорд, я как раз собрала…
Аливия сорвалась с места, подхватила принесенный портнихой мешок и зарылась в него чуть ли не с головой. Вытащила оттуда свой кожаный ремень с ножом и гордо прицепила на пояс. У Володи отвисла челюсть, Филипп явно едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, Джером усиленно изучал потолок.
— Э-э-э… Кнопка, ты уверена, что это украшение подходит к платью?
— Володь, ну, пожалуйста! Ну, можно? — Девочка усиленно заморгала, пытаясь выжать из себя слезу. Получалось, впрочем, плохо — губы предательски подрагивали в тщетной попытке скрыть улыбку.
— Ну нет! — возмутился Володя. — Кнопка, имей хоть немного вкуса. Либо ты надеваешь это платье, но без ножа, либо старую одежду, но с ножом. Нахвастаешься еще, имей чувство меры.
Девочка нехотя сняла пояс и аккуратно уложила его в котомку.
— Вредина, — буркнула она по-русски.
— Я все слышу.
— Вот еще, милорд, сделала из остатков ткани.
Портниха приблизилась к Аливии и надела девочке на голову шитую ленточку для волос, к которой крепилась тонкая вуаль, наполовину закрывающая лицо. Девочка, непривычная к такому украшению, осторожно его поправила, чтобы удобнее было смотреть.
— Теперь тебя и родной отец не узнает, — заметил Володя. — Подросла, да еще в таком шикарном наряде. Прошу, моя фея, — Володя предложил руку.
Аливия оперлась о нее и с достоинством зашагала к выходу.
— А кто такая фея? — шепотом поинтересовалась она.
— Я тебе потом расскажу, — так же тихо ответил мальчик. — Это такие сказочные персонажи.
Чтобы девочка не запачкала платье, Филипп перенес ее в карету на руках и помог устроиться поудобнее. Не дожидаясь, когда Джером раскроет перед ним дверь, Володя забрался с другой стороны. Из всех своих спутников он оказался одет беднее всех… на первый взгляд. В тех же сапогах, той же серой накидке и чешуйчатой кольчуге темно-синего цвета, на которой, если присмотреться, можно различить гравировку герба: меч, направленный острием вниз на фоне щита. Пожалуй, только эта деталь выдавала в нем человека знатного сословия. Доспехи такого вида хоть и были знакомы местным, но, во-первых, здешние были более грубыми, а во-вторых, не так тщательно отделаны, и уж точно без гравированных гербов. Впрочем, Володя так кутался в накидку, с которой практически не расставался, что его кольчугу можно было увидеть только мельком и без деталей. Так и получилось, что он единственный имел непрезентабельный вид, а от предложения Джерома купить ему что-то более подобающее отмахнулся. Ну не объяснять же про спецткань накидки, которая защищает и от жары, и от холода, да и про разные полезные предметы, упрятанные во внутренних карманах, не стоит рассказывать.
То ли улицы стали лучше, то ли движение меньше, но до дома купца добрались без особых травм. Увидев в окно кареты дом, Аливия едва не упала с сиденья. Володя успел ее схватить, почувствовав, как она дрожит.
— Ты чего, Кнопка? — удивился он.
— Я тут мало бывала, но я помню этот дом, — прошептала она. — Мама предпочитала за городом жить, у нас дом был… забыла, как называется тот город… Я там до пяти лет жила… Потом мы сюда переехали, но долго не задержались. Мама не любила городов.
— Я ее понимаю, — вздохнул Володя, глядя на то, что здесь называли улицей.
— А папа часто здесь жил, — вздохнула девочка. — Потому они с мамой подолгу не виделись.
Это тоже понятно — у купца все дела именно в городах, а не в деревнях. Чем торговать там? А тут портовый город, не из маленьких.
Калитка в воротах медленно открылась, и оттуда показалась испуганная физиономия какого-то слуги.
— Отворяй ворота! — гаркнул Джером с козел. — Его сиятельство князь Вольдемар Старинов пожаловал в гости к уважаемому Осторну Транхейму.
Володя подмигнул девочке:
— Ну что? Разыграем твоих родных?
— Разыграем? — Аливия, уже готовая выскочить из кареты, замерла. — Как?
— Сможешь изобразить важную даму и сестру благородного меня?
Девочка непонимающе нахмурилась, потом ее лицо озарила улыбка, и она кивнула.
— Конечно.
Голова слуги тем временем скрылась за калиткой, потом ворота начали медленно раскрываться. Карета вкатила во двор и остановилась. Из дома выскочили слуги и выстроились в ряд. Опасливо спустился с крыльца парень лет семнадцати.
— Руперт, — прошептала Аливия. — Мой старший брат.
— Ага. Вот он какой, северный олень…
На самом деле, подбивая Аливию притвориться знатной дамой, Володя меньше всего думал о розыгрыше. Ему хотелось сначала осмотреться, а также понаблюдать за реакцией окружающих, когда Аливия скинет вуаль. Мать, возможно, узнала бы дочь в любом наряде, но матери, увы, тут нет. Отца тоже. Хотя, судя по всему, тот не очень часто виделся с дочерью. За прошедшие же полгода девочка действительно сильно изменилась. Занятия спортом явно пошли ей на пользу, она немного подросла, окрепла, волосы слегка отрасли, а постоянный уход и мытье придали им здоровый блеск. Ну и то, что с того момента, как Аливия оказалась у Володи, она постоянно мылась, тоже не могло сказаться отрицательно на внешнем виде. Сейчас перед своей семьей готов был предстать совсем другой человек, и неважно, что ему всего восемь с половиной лет.
Джером соскочил с козел и открыл дверь кареты. Володя вышел первым, а потом подал руку Аливии. Та, изо всех сил пытаясь скрыть улыбку, оперлась на нее и осторожно, придерживая свободной рукой платье, чтобы не запачкать, сошла на землю. Выстроившиеся слуги моментально согнулись в глубоком поклоне.
— Госпожа, — поклонился ей Руперт.
Аливия еще ниже опустила голову. Володя видел, с каким трудом она сдерживает хохот, потому поспешил ей на помощь.
— Я хотел бы поговорить с уважаемым Осторном Транхеймом.
Юноша повернулся к Володе и отвесил новый поклон.
— Прошу прощения, ваше сиятельство, но отца нет сейчас дома. Мы ожидаем его не сегодня-завтра. Возможно, я смогу вам чем-то помочь?
— Возможно.
— Прошу вас, господа, проходите.
Юноша махнул рукой слугам, и те разбежались. Кто-то бросился к карете, кто-то в дом. Руперт шел впереди, показывая дорогу и лично открывая перед ними двери. Придвинул Аливии самое мягкое кресло, стул достался Володе. Филипп и Джером остались у двери, изобразив там скульптурную композицию.
Моментально накрыли на стол, принесли какие-то напитки в кувшинах.
— Простите, милорд, мы никого не ждали сегодня, иначе подготовились бы.
— Я сюда не обедать пришел.
— Вы говорили, милорд, что я тоже смогу вам помочь…
— Да. Вы сказали, что вы сын Осторна?
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 110
