Андрей Горюнов - На пути Орды

– А зачем тебе была нужна удача? Это же время извне, – можно сто раз попробовать?

– Можно. Можно сто раз наблюдать, как человека разносит в клочья. Один раз. Второй раз. Опять смазал! Третий раз. Нет, снова ее разнесло на куски! И что со мной сегодня?! Четвертый раз попробуем… Получше прицелюсь теперь, не халтуря… Опять не успел… Зато успел заметить, как левую руку ей оторвало и в кусты отшвырнуло… Пятый раз, шестой… Ты, Катя, хоть немного думай, прежде чем спрашивать! Попадать нужно с первого раза. Знаешь, как отец говорит? «Снайпер стреляет один раз».

– Ну, а ты у нас, конечно же, снайпер! Раз – и квас!

– Нет, не враз. Попасть-то попал, но дальше… Мне Игнач помог здорово. Я ее зацепил, а выдернуть к себе сразу не смог, она у меня выпала, была без сознания в Коруэн-Лоевском базисе, и в кому рухнула там, в летаргику. Мы ее с Игначем двое суток тащили через хаусдорф-банаховое пространство, – уж все, казалось, безнадежно. Слава Богу, Игнач догадался, – в самосопряженные, в эрмитовы, завернуть. Ну, тут уж и мы воспарили, и она очнулась… Дальше пошла бизнес-классом, как белый человек, с амулетом на шее. Но познакомиться нам так и не удалось, сразу разбежались по трем направлениям. Игнач – в тринадцатый, к Александру, будущему Невскому, Олена – в карантин, я – в комиссию темпоральных перемещений, – чиновников уламывать. Это же запрещено – сюда живых людей притаскивать. Хотя бы и по обмену. Одушевленные объекты. Люди-то. Не шпильки, чай, скифские. Не смотри на меня так, это было очень не просто. Может, даже сложнее всего, что мне приходилось за мои тринадцать делать… Что стоило одного только поросенка уломать!…

– Какого поросенка?

– Абрикосового.

– Я не понимаю тебя.

– Все чиновники молодые – поросята, – неужели не знала?… А старые чиновники… Ладно! Подробности позже, долго рассказывать.

– Пора домой, товарищ капитан! Засиделись, – Оленушка кивнула Коле в сторону выхода из зала. – Вон уж последний посетитель ушел…

В дверях ресторанного зала медленно таяла тень исчезающего Игнача…

– Обалдеть… – еле выговорил Аверьянов-старший.

В полумраке вестибюля ресторана перед самым лицом Игнача внезапно материализовался абрикосовый поросенок, висящий в воздухе.

– Фу, испугал! – отшатнулся Игнач. – Ты что, во всех временах так выглядишь?

– Нет, только в ваших. От вас чтоб сильно не отличаться. В своем времени я такой же, как все, человек.

– Спасибо, что ты нам с девушкой помог…

– Пожалуйста. А тебе вот что скажу: ты, случись что, не слушай, как она поет. Голову потеряешь, поверь. Впрочем, не мое это свиное дело. И еще совет на прощанье…

– Почему на прощанье?

– Потому что меня отстранили от должности. За ваши с Аверьяновым-младшим фокусы. …Ты вот очень любишь рассуждать, что Миром правит Добро и Надежда. Это верно. Но все инструкции в этой стране во все века составлены совсем из других соображений…

Абрикосовый поросенок кивнул и стал таять в вечернем темном воздухе вестибюля ресторана «Русь»…

Они стояли и смотрели друг на друга как зачарованные.

– Ты… – Коля не мог подобрать слов… – Мне кажется, мы тысячу лет с тобою не виделись…

– Семьсот шестьдесят один… – уточнила Оленушка.