Но надо было закончить работу. Эверард огляделся. Оба алебардщика лежали без сознания, однако серьезных повреждений он не заметил. Должно быть, монахов отключили только что, иначе патрульные успели бы помочь командиру. Все-таки эти храмовники – хорошие бойцы.
Убедившись, что Эверард цел, его люди взялись за прибывшее подкрепление.
– Убирайтесь, или вас тоже перебьем! – взревел кто-то из патрульных.
Челядинцы не имели воинской выучки. Они мгновенно поддались панике и с топотом, криками и стонами бросились в вестибюль, а оттуда наружу через выбитую дверь.
Но кто-нибудь из них, мечась по ночным улицам, обязательно наткнется на городскую стражу.
– Пошевеливайтесь! – скомандовал Эверард своим людям. – Хватайте добычу – и наружу! Больше чем по охапке при таком налете вынести нельзя. – И не смог не добавить мысленно по-английски: «Если будем мешкать, нас обязательно вздернут». А затем пришла другая, не менее важная мысль: – Берите что поценнее и обращайтесь как можно бережнее. Когда-нибудь эти вещи станут музейными экспонатами.
Вот так будут спасены от исчезновения несколько красивых произведений искусства – на радость миру, который, быть может, сам останется существовать благодаря этой операции. Возможно, от Патруля потребуются еще какие-то коррекции истории. Либо события сами выстроятся таким образом, что восстановят свой естественный курс: континуум обладает изрядной упругостью. Надо всего лишь делать то, что кажется должным.
Эверард опустил взгляд на мертвеца.
– Мы выполняем свой долг, – прошептал патрульный. – Думаю, ты бы нас понял.
Когда его люди убежали по лестнице наверх, он подошел к двери в подвал. С тяжелым и грубым замком не справилась бы обычная отмычка, но особый инструмент из кармана патрульного не подкачал. Эверард откинул дверь.
Из темноты вынырнул Хью Марло.
– Вы кто? – просипел он по-английски. – Я слышал… О, Патруль!
Увидев лежащего рыцаря, он подавил крик. Подошел, опустился на колени прямо в кровь, содрогаясь от борьбы с чувствами, но не плача. Эверард приблизился и склонился над ним. Марло поднял взгляд.
– Это… действительно было необходимо? – пролепетал он.
Эверард кивнул:
– Все произошло слишком быстро. Мы не рассчитывали застать его здесь.
– Да. Он… вернулся. За мной. Сказал, что не может оставить меня в одиночестве перед лицом того, что… должно случиться. Я надеялся… вопреки всему… Хотел склонить его к бегству… Но он бы не бросил своих братьев…
– Это был сильный человек, – сказал Эверард. – Меня не радует случившееся, но, по крайней мере, он избавлен от пыток.
Не затрещат кости в железном башмаке, колесо или дыба не разорвет мышцы, в раскаленных клещах не задымится кожа, не расплющатся в тисках половые органы. Средневековая власть изобретательна в части истязаний. Если бы в ходе следствия Фульк поступился рыцарской честью и дал признательные показания, его все равно казнили бы, сожгли на костре.
– Какое ни есть, а утешение, – кивнул Марло и склонился над другом. – Адье, Фульк де Бюше, рыцарь Храма. – Он закрыл покойнику глаза, поднял ему челюсть и поцеловал в губы.
Эверард помог освобожденному узнику встать со скользкого пола.
– Я буду сотрудничать со следствием добровольно и в полном объеме, – без эмоций в голосе пообещал Марло. – На снисхождение не рассчитываю.
– Вы поступили неосторожно, – ответил Эверард, – что привело к бегству флота тамплиеров. Но данное событие было в истории «всегда». Просто теперь нам известны его подлинные обстоятельства. Никакого иного вреда вы не причинили.
«Если не считать этой гибели. Но все люди смертны».
– Не думаю, что Патруль будет к вам излишне строг. Конечно, об экспедициях придется забыть, но вы сможете принести пользу в обработке собранных материалов. Там и реабилитируетесь.
Как же безжизненно, по-канцелярски это звучит…
Что ж, любовь не оправдывает в конечном итоге любое прегрешение. Но разве сама по себе любовь когда-нибудь являлась грехом?
По лестнице спустились нагруженные добычей люди.
– Уходим, – сказал Эверард и повел свой отряд наружу.
Бактриан – двугорбый верблюд.
Р. Киплинг. Баллада о царской шутке. Перевод А. Оношкович-Яцыны.
Папирус – здесь: африканское растение типа осоки.
Сукияки – блюдо национальной японской кухни – мясо, жаренное в сое с сахаром и приправами.
Ворвань – вытопленный жир морских животных.
Скопа – хищная птица отряда соколообразных, обитает у водоемов, питается рыбой.
Человек прямоходящий (лат.).
Да, это, пожалуй, правда (дат.).
Колдун. Иудейский мститель (искаж. фр.).
Назови свое имя!.. Ну же! Быстро! (искаж. фр., англ.)
Говорите ли вы на латыни? (ит.)
Нет, месье, к сожалению (фр.).
А, так вы говорите по-французски? (искаж. фр.)
Промашек (фр.).
Бесследное погружение (нем.).
Господин агент-оперативник (нем.).
Положение обязывает (фр.).
