В лечебном центре «Психиатрической ассоциации» людей оказалось куда больше, чем в представительстве компании на главной улице. Да и располагался лечебный центр почти на краю города — если озабоченных проблемами лишнего веса женщин проще найти в фешенебельном районе, то для того, чтобы избавиться от веса, они поедут и на окраину. В коридорах лечебного центра бродили не только «доноры», желающие избавиться от воспоминаний и лишнего веса, но и другие пациенты. Некоторые выглядели нездорово: разболтанные движения, лихорадочно блестящие глаза, крикливые голоса… У неопрятного, давно не стриженого старика в темной одежде из уголка рта бежала струйка слюны. Заметив взгляд Лены, он бросился к ней через весь холл. Девушка испугалась, что старик ударит или укусит ее, но он хотел только поговорить. И даже слюну для этого вытер — прямо рукавом не слишком чистого пиджака.
— За воспоминаниями, красавица? Ты осторожнее, осторожнее будь, — прошамкал он.
— Чего же бояться? — спросила Лена, удивляясь сама себе. И зачем ей поддерживать беседу, тем более, что она явилась сюда вовсе не за воспоминаниями?
— Случаев. Патологий, — торжественно изрек старик. — Вот, недавно миллионер один на удочку попался. Покушение на него неудачное совершили, психоз развился. Надо было ему память заштопать. Он — сюда, воспоминания заказал по высшему разряду. И что? Шизофрения.
— Отчего?
Старик радостно закудахтал.
— Да оттого, что ему девичьи воспоминания вживили. Женщин-то доноров больше — все похудеть хотят. Оно бы ничего, да девица попалась интересная. Самым светлым воспоминание в ее круизе оказались любовные утехи с двумя стройными мулатами. И вот, наш миллионер, убежденный гомофоб, вдруг обнаруживает, что когда-то его ласкали, да и не только ласкали, мускулистые мулаты. А что самое главное, ему это нравилось! Готово дело — раздвоение личности!
Доктор в зеленом халате решительно оттер старика от Лены.
— Не слушайте его, Елена Николаевна, — твердо заявил доктор, взглянув на бейджик девушки. Бейдж-пропуск ей выдали в представительстве, объяснив, что самой искать нужные кабинеты не придется — ее сразу отведут, куда нужно, стоит только попасться на глаза кому-то из медицинского персонала.
— Почему же? — протянула девушка. — Очень интересно.
— Степан Викторович, как всегда, фантазирует. Передает медицинские легенды, популярные среди наших пациентов и, как правило, весьма далекие от истины. Но рассказчик он хороший, этого не отнять.
Старик довольно осклабился.
— Вас уже полчаса, как на электропроцедурах ждут, Степан Викторович, — сверившись с карманным коммуникатором, объявил эскулап. — А вы тут за девушками ухаживаете. Нехорошо! Поторопитесь в оранжевое крыло! Елена Николаевна, вас попрошу пройти со мной.
Доктор стремительной походкой двинулся по холлу. Лена едва поспевала за ним.
Два поворота, массивная дубовая дверь, и они очутились в просторном кабинете. Рыжая медсестра, а, может быть, женщина-техник, суетилась возле большого аппарата. Она была довольно полной, что Лену удивило. Уж о своем весе у нее была возможность позаботиться. Или все воспоминания так дороги?
— Система готова, Павел Андреевич, — доложила рыжая медсестра. — Когда приступаем?
— Да прямо сейчас. Делайте тестовый анализ, а я пока проведу беседу с пациенткой.
Лена нервно поежилась. Аппарат выглядел страшновато: два больших металлических блока, мигающих разноцветными светодиодами, массивный обруч на гибком кронштейне над мягким кожаным креслом. Что девушке в кресле не понравилось — так это фиксаторы для рук и для ног.
Доктор присел за стол, застучал по сенсорам ноутбука. Не поднимая взгляд от экрана, обратился к Лене:
— Хочу еще раз объяснить — если вы являетесь носителем государственных секретов, вам не рекомендуется проходить процедуру. Хотя, использовать воспоминания в утилитарных целях практически невозможно, мы соблюдаем ограничения, принятые в законодательном порядке.
— Я не знаю никаких государственных секретов.
— Мы проведем предварительное зондирование — в тестовом режиме. Во время него вы будете отвечать на вопросы. Это делается для того, чтобы локализовать области воспоминаний. Затем ваше сознание будет отключено, и мы перепишем воспоминания в квантовом режиме. Если понравится — всегда рады вас видеть.
— А вы не сотрете что-нибудь важное?
— «Психиатрическая ассоциация» — солидная компания, дорожащая своей репутацией. Скандалы нам не нужны, — Павел Андреевич улыбнулся, но улыбка вышла дежурной. — Впрочем, если вы опасаетесь, можете отказаться. От пятнадцати тысяч клиентов, что были здесь до вас, нареканий не поступало.
— Неужели никто не отказался? Не побоялся выставить свои воспоминания напоказ? — спросила Лена.
— У нас лечатся почти что ангелы. Им нечего скрывать, — на этот раз улыбка доктора выглядела почти искренней.
Лена села в кресло. Медсестра зафиксировала ей руки и ноги, надела на голову обруч, а на обруч — шлем, который извлекла откуда-то из недр аппарата. Лене становилось все тревожнее — и тут в кабинете что-то грохнуло. Если бы не фиксаторы кресла, девушка вскочила бы с кресла.
Доктор помахал Лене рукой.
— Нам нужно было определить текущие координаты записи памяти. Для этого вас испугали. Извините, Елена Николаевна.
— Предупредить нельзя было?
— Нет. Тогда бы вы не испугались.
Доктор не выходил из-за ноутбука — щелкал клавишей мышки. Лене вдруг явственно вспомнился Массандровский пляж в Ялте, высокие волны, горячее дуновение ветра, напоенного ароматом кипариса.
— Стираем? — спросил Павел Андреевич.
— Нет! — испугалась Лена, догадавшись, что доктор воздействует на разные участки коры мозга.
— Идем дальше.
А вот и Леонид… Ведет ее в японский ресторан. Оглушительно стрекочут цикады, пахнет ночная фиалка и так ярко сияют в небе звезды… И она любит Леонида, ей очень хорошо.
— Да, — твердо заявила девушка.
— Есть. Зафиксировал. Два с половиной килограмма. Пойдем дальше.
По мелочи набрали еще килограмм. Цветы, которые вручал Артур, в воспоминаниях так и не нашли. Зато наметили под стирание пару эпизодов, о которых Лена прежде не вспоминала. Покупка новых сиреневых туфель — что толку о них помнить, когда туфли давно уже износились и выброшены? Катание на лошади в Геленджике — подумаешь, лошадь, а потянула на триста граммов жира.
А потом Лена на мгновение отключилась. Когда пришла в себя — ничего не изменилось. Доктор стоял над ней и улыбался.
— Поздравляю, Елена Николаевна! В ближайшую неделю вы лишитесь четырех килограммов жира.
Лена испуганно вгляделась в незнакомое лицо. Она не помнила, как очутилась в кресле, не помнила, как попала в кабинет. Казалось, только что была в коридоре — полусумасшедший старик рассказывал ей о мулатах — и вот этот кабинет, кресло, процедура закончена.
— Помните, как ездили на Кипр? — поинтересовался незнакомый доктор.
— Я туда не ездила, — прошептала Лена. — С чего вы взяли?
Ощущения были крайне странными. Вроде бы, она разговаривала о Кипре с консультантом в представительстве «Психиатрической ассоциации» — но, выходит, обманула его? Ведь никакой поездки на Кипр не было.
— Значит, процедура прошла успешно, — сообщил доктор. — Спасибо за сотрудничество с нашей ассоциацией, сударыня. Хочу предупредить вас о возможных побочных эффектах избавления от лишнего жира. На протяжении следующих трех-пяти дней вас может неожиданно бросать в жар. Возможно обильное потоотделение — запаситесь дезодорантом. Иногда случается повышенная моторная активность и даже судороги, но, надеюсь, до этого не дойдет. Если ваше состояние будет вызывать у вас беспокойство — вызывайте нашего специалиста.
— Хорошо, — ответила Лена. — А я правда похудею?
— Наверняка.
Лена поднялась из кресла и неуверенными шагами двинулась к выходу из кабинета.
— Я провожу вас до выхода, — любезно предложил доктор.
Через три дня Лена обнаружила, что стала весить на три килограмма меньше. Обошлось без судорог и повышенной моторной активности. Может быть, она и правда больше потела — но дни стояли жаркие, не поймешь…
Однако, столь необходимого впечатления — «торжества над соперницей» — Лена не получила. Маринка к моменту их встречи похудела на восемь килограммов и щеголяла по городу в невообразимо узких белых джинсах.
Когда Лена встретилась с подругой в кафе, Марина, не стесняясь, заказала три калорийных пирожных и кофе со сливками, с аппетитом все съела, а потом достала из сумочки небольшую металлическую палочку на резиновой ручке.
— Ты, как всегда, плетешься в хвосте истории, — усмехнулась Марина, заметив удивленный взгляд подруги. — Наверняка сделала себе ментальную липосакцию и думаешь, что далеко продвинулась вперед?
