вопросительно изогнулась.
– Что рассказывать?
– Про последние десять лет, – сказал я. – Расскажите мне все. Лайла, я так хотел быть здесь, с вами, видеть, как ты растешь.
Мы проговорили не один час, совсем как в старые времена. Линас ушел, но его дочь осталась здесь, в безопасности, и рассказывала мне бесхитростные истории о любимом отце. Пролетели часы, дневной свет угас, и прохлада ночи затуманила наше дыхание.
Наконец, Лайла помогла нам, старым развалинам, встать, и, пока мы ковыляли, я поклялся себе приложить все силы к тому, чтобы последние дни Чарры были как можно прекраснее. Нам предстояло потерять ту, кого любим, ту, у которой должно было впереди быть еще много лет. Но даже с проклятой магией я мог предложить ей лишь отсутствие боли и общество старого друга.
Мы проходили сквозь толпы бездомных, раненых и убитых горем. Мой жребий был все же лучше. Они изначально имели больше, чем я, и больше потеряли.
Чарра снова закашлялась:
– Мне не помешало бы выпить чего-нибудь крепкого.
– Я куплю, – сказал я.
Она невесело усмехнулась – что еще можно сделать в таких обстоятельствах.
– Похоже, все иногда случается в первый раз. Я не думала дожить до того дня, когда Эдрин Бродяга купит мне выпивку. Стой, паршивец, держу пари, ты надеешься вытащить бесхозный эль из руин!
Пока мы беззаботно болтали, моя тревога о будущем только усиливалась. Я не из тех, кого считают порядочным человеком, а скоро в этом мире меня вообще мало что будет беспокоить по-настоящему. Я боялся той глубины тьмы, в которую погружусь. Ведь, кроме Лайлы, ради чего стоит жить, когда Чарры не станет?
Поскольку боги по-прежнему неизвестно где, а Арканум понес потери, скаллгримцы и их поработители скаррабусы, наверное, сочли свои планы успешно осуществленными, хотя бы отчасти. Они считали нас побежденными. Они были слепы и ошибались. Скоро им предстоит удовольствие от встречи с разъяренным тираном, которому почти нечего терять. Я десять проклятых лет бежал от всего. Хватит! Настало время остановиться и вступить в бой. Если Натэр говорил правду про великий союз миров, тогда эти твари – лишь одна из многих пробудившихся древних сил. Но никто из них никогда не встречал подобного мне. Я был омыт кровью богов, и моя сила росла.
У меня в затылке пульсировали от удовольствия остатки Расчленителя. А в сознании мелькали образы красных рек.
Грядет большая война.
Благодарности
Привет, мам и пап! Только гляньте, я написал книгу, ее продают в магазинах, и все такое. Забавно, да? Наверное, походы после школы в библиотеку за охапками книг все-таки окупились. Я благодарю вас за все! Спасибо, Билли, за то, что ребенком я мог читать твои книги, фэнтези и фантастику. Без поддержки родных я ни за что не стал бы писателем, и спасибо, что познакомили меня с бесчисленными фантастическими мирами.
Наташе (машет рукой). Ты всегда говорила, что я справлюсь. И была права, впрочем, как всегда. Спасибо вам, Пола и Майкл, за постоянную поддержку и веру в меня.
Спасибо сообществу писателей-фантастов Глазго за все мудрые советы и многолетнюю честную критику, а особенно Хэлу Данкану и Нилу Уильямсону – без них эта книга была бы просто пустым местом.
Так много друзей поддерживали меня и ободряли. Я не могу перечислить здесь всех, но вы знаете, кто вы, и вы великолепны.
Спасибо Аманде Раттер, моему замечательному агенту, и всем сотрудникам «Red Sofa Literary», а также потрясающей команде издательства «Angry Robot», которая превратила процесс публикации в настоящее удовольствие, и Йену Вайсбехеру за восхитительную обложку.
Особая благодарность моей кошке Мисти. Все опечатки – определенно ее работа.
