Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

– Итак, что привело вас к нам, господин Кравцов? – прямо спросил отец.

– Я хотел бы извиниться за свой необдуманный поступок, а также прояснить его мотивы, чтобы вы могли принять мои извинения, – отозвался тот.

Мы удивлённо переглянулись.

– Что ж, продолжайте, – согласился отец.

– Так вышло, что после стольких лет службы я потерял семью. С женой разошлись, дети создали свои семьи – моя судьба их абсолютно не интересовала. Может, это было и глупо, но мне очень хотелось вернуть уважение сына и дочери, став удачливым коммерсантом. Хотя, уж коли у них не вызывал уважения полковник ФСБ, награждённый боевыми орденами… чего уж говорить. Но что сделано, то сделано. О вашей фирме заговорили, все обсуждали потоки в миллионы евро за ваше изобретение, и я решил сыграть на этом. Результат вам известен, – он опустил взгляд. – После этого события мы с Лёшей многое в жизни пересмотрели. У него похожая ситуация, он тоже надеялся, что деньги помогут ему стать ближе к детям, завоевать их уважение. Оказалось – наоборот. Как только с нами случилась эта неприятность и мы были вынуждены уйти в отставку, дети начали считать нас лузерами. До этого в их глазах мы были просто рядовыми неудачниками, которым только и остаётся служить до пенсии, но которые при этом пользуются некоторым уважением в обществе. А вот после всего случившегося мы стали для них практически бомжами. Отбросами. Работы нет, былого уважения в обществе нет, денег тоже нет. Вот такие дела… – Кравцов тяжело вздохнул. – Мы с Лёшей не один литр вместе выпили, обсуждая, почему так случилось. Сошлись в одном: неправильно воспитывали своих детей, где-то что-то упустили. Ну, как говорится – поздно пить Боржоми, когда почки отказали. Теперь мы с ним товарищи по несчастью – напарники, волей судьбы и в результате собственной глупости оказавшиеся в таком положении. Хорошенько проанализировав ситуацию, мы решили попробовать сотрудничать с вами. Наверняка вам нужны профессионалы контрразведки, у вас большая корпорация и врагов у вас, полагаю, достаточно. Вы нас знаете как облупленных, да и наша ситуация вам наверняка известна. Думаю, что более преданных служащих, чем мы, вам не найти, – завершил Кравцов свою речь.

Мы с отцом переглянулись. Неожиданный поворот, однако…

– То, что вы рассказали и ваше раскаяние, конечно, подкупают, – начал отец. – Нас радует, что вы вернулись к честной жизни, точнее – хотите к ней вернуться. Но, откровенно говоря, у меня нет интереса брать к себе на службу неудавшихся шантажистов. Кто даст гарантию, что, узнав какую-либо секретную информацию, компрометирующую нас, вы вновь не решите попытать удачу? – отец пристально посмотрел в глаза Кравцову.

– Вы имеете полное право не доверять нам, – признал Кравцов. – Именно поэтому я и раскрыл истинную причину наших прошлых поступков. Теперь же какие-либо мотивы отсутствуют, отныне дети для нас – это просто родственники, очень далёкие. Осознавать это больно, но против правды не попрёшь. Что выросло, то выросло. Мы ещё не совсем потеряли самоуважение. Теперь мы видим своё будущее в карьере по специальности, в служении государственным интересам. Ваша корпорация – самый удачный вариант. Она богата, вы знаете нас с самой худшей стороны, мы тоже знаем ваши возможности – поэтому опасаться вам нечего. Ну а вы… вы для нас как высшие силы – от вас не скрыться. Согласитесь, даже не все ваши служащие знают то, что знаем мы.

– Это точно, не все в курсе, что за служебную провинность можно отправиться в командировку на охоту и рыбалку в дальние края, – засмеялся отец. – Но вы, наверное, и сами понимаете – для того, чтобы доверять вам, этого маловато.

– Согласен. Но у меня есть информация, которая может быть полезной для вашей интеграции в официальную… или, скажем так – близкую к правительству структуру. Предполагаю, это вам крайне необходимо.

– И какая же это информация? – в лоб спросил отец.

– О незаконном поступке действующего чиновника высшего ранга, конкретно директора ФСБ Фурцева, – ответил Кравцов. – Возможно, это поможет вам установить с ним неформальные и даже дружеские отношения. В дальнейшем это может способствовать вашему внедрению в круг людей, приближённых к правительству и даже к самому президенту.

– Что-то вы сами себе противоречите, – покачал головой отец. – Незаконный поступок Фурцева поможет нам с ним подружиться? Звучит странно, если не сказать абсурдно.

– Я его за этот поступок не осуждаю. Сам бы поступил так же, хотя за это полагается пожизненное заключение. Разные бывают ситуации, неоднозначные, – невесело поведал Кравцов. – Вот вы же нас с Лёшей тоже незаконно выбросили в тьмутаракань, хотя за это трудно вас осуждать. Вы ещё милосердно с нами поступили, другие бы просто прикопали где-нибудь под ёлками.

– И что же такого совершил Фурцев, за что с ним можно подружиться? – заинтригованно спросил я.

– Расстрелял группу из десятерых бойцов «Азова», которые издевались над нашими пленными бойцами, кастрировали некоторых из них. Он не стал церемониться, выводил по одному и на виду у всех пускал пулю в лоб. Во время процедуры уже после третьего выродка все остальные обгадились, но Фурцев всё равно их добил. Одного ранил, а патроны закончились – и я ему помог. Лёша случайно начал снимать всё это на телефон, думал, что будет постановка, а всё оказалось намного сложнее. В общем, как вы понимаете, этим признанием я полностью отдаю себя в ваши руки. Наслышан о вас и вашей корпорации, плохо о вас ещё никто не отзывался. Вот видеозапись нашего налёта на базу «Азова», – Кравцов положил микро-СД на стол.

Я взял карту, вставил её в ноутбук отца и запустил видеозапись. Просмотр прошёл в полном молчании.

– Но почему вы решили передать её нам? – недоумевающе спросил отец. – Если я правильно понимаю, вы же считали справедливым расстрел этих террористов, раз даже сами приняли в нём участие?

– Мы проанализировали ваше поведение и сделали вывод, что если вы интегрируетесь в государственные структуры, то принесёте много пользы нашей стране. В ваших руках – оружие огромной силы. Понятно,