их себе в кожу, и тыльная поверхность ладони, змеившаяся раньше переплетением уродливых, похожих на вены, проводов, серебрилась теперь едва заметной металлической сеткой. Март знал, что это — далеко не единственное усовершенствование в теле Тесака. Он сам проводил последние операции. Слух, не уступающий слуху лекана, дыхательная система, способная отфильтровывать цементную пыль — вечное проклятие сотрясаемого сдвигами Города, желудок, умеющий переваривать любую дрянь… Только одно отличало его от лекана. Тесак сам, своими искусными руками, острым умом и несгибаемой волей, постепенно, имплант за имплантом, сделал это с собой, не используя ни капли магии. Именно это было для Марта настоящим чудом. Именно это заставило Мастера Лека вернуть себе своего «бездарного» ученика.
— Садись, — велел Март, видя, как мальчишка нерешительно мнётся рядом. — На, ешь, — он нашёл на столе среди пробирок и реторт относительно чистую ложку, вытер её куском серой ветошки, валявшейся тут же, и придвинул ближе к мальчишке.
Тот сел, наконец, примостившись на самом краешке стула. Ложка выпала из сведённых морозом пальцев, и парень сграбастал её в кулак. Вновь бросив взгляд на Марта и получив поощрительный кивок, он принялся, наконец, есть, понемногу зачерпывая варево из котелка. Выпростав из рукава вторую руку, он обхватил ладонью горячий бок кастрюльки, придвинув её чуть ближе к себе. Он не походил на человека, голодавшего трое суток. Уставшего, замёрзшего, но не заморённого голодом. Март поджал тонкие губы.
— Познакомься, Тесак, это Ян, — сказал лекан, всё так же не сводя глаз с паренька.
— Вижу, — короткий смешок сорвался с губ мясника.
Мальчишка замер, не донеся ложки до рта. Испуганный взгляд заметался меж Тесаком и леканом.
— Ешь, — повторил Март с нажимом, и мальчишка послушно снял с ложки дымящийся кусок мяса. Принялся жевать, невольно прикрыв глаза от наслаждения.
— Что будешь делать с ним? А то смотри, конвейер простаивает, материала нет, а Леку нужны бессмертные солдаты… — в голосе Тесака звучала издёвка, но глаза мальчишки распахнулись от ужаса, а непрожёванный кусок застрял в горле.
— Не пугай мне его, — сказал Март, приподнимаясь, чтобы стукнуть закашлявшегося паренька по спине, — он и так запуган до смерти. Да и солдат из него, скажем прямо, паршивенький.
Мальчишка всё кашлял, не в силах продохнуть. На глазах у него выступили слёзы. Март ударил его чуть сильнее, и тот задышал, наконец, жадно хватая ртом воздух. Март терпеливо ждал, держа наготове кружку с водой.
— Зато на харчах сэкономим. — Тесак пальцем наклонил кастрюльку к себе, заглядывая через край, как будто оценивая, сколько там ещё осталось.
— Тесак! — Март почувствовал, что выходит из себя. Едва сдерживая рыдания, мальчишка пил воду из кружки, которую держал перед ним Март, и лекан слышал, как клацают об эмалированный край его зубы.
— Шучу, шучу! — Тесак поднял раскрытые ладони, на губах его играла усмешка. — Пусть живёт, мне не жалко. Уверен, ты и интенданта сумеешь убедить выписать ему паёк.
— Сумею, — ответил Март, понимая, что сделать это будет действительно сложно. Еды не хватало даже бойцам, защищавшим стены. Дневной паёк был крайне скуден.
И если раньше еду и прочие припасы можно было бы выторговать у мародёров, не боявшихся первыми проникать в нестабильные зоны недавних сдвигов, то после того, как по приказу Лека были уничтожены все крупные банды Крыс, хрупкое равновесие, царившее в Городе, было нарушено.
Те, кто рисковал соваться в зоны сдвигов, либо погибали, не обладая должной сноровкой, либо осторожничали, боясь торговать найденным.
Еды не было даже у осадившего Комбинат Города.
— Ян, — отставив кружку в сторону, лекан присел перед мальчишкой, пытаясь заглянуть тому в глаза. Парень упорно отводил взгляд. — Посмотри на меня, Ян, — велел Март, и когда тот всё-таки поднял голову, добавил, — я обещал, что, пока ты со мной, тебя никто не тронет. Я сдержу своё слово.
Мальчик молчал. Губы его сжались в тонкую линию, тёмный взгляд оставался непроницаем.
— Иди спать, — вздохнув, Март поднялся, кивнул на кушетку. — Ляг здесь, потом мы найдем тебе место.
Мальчишка встал, послушно улёгся, не снимая ботинок, развернулся лицом к стене. Глядя в его напряжённую спину, Март мысленно проклял Тесака и его дурацкие шуточки. Конвейер, на котором подмастерья Лека собирали для его армии бессмертных солдат из убитых людей, остановился ещё в начале зимы, после того как самые крупные банды Города объединились под предводительством Скала, бритого вожака банды Губителей, и осадили металлургический комбинат. Нет, люди Лека не испытывали недостатка в материале: свежих трупов было хоть отбавляй после каждой серьёзной стычки, а случались они всё чаще и чаще. Но когда жители Города сровняли с землёй гладиаторскую арену, иссяк источник магии, позволявший подзаряжать генераторы, и Лек запретил использовать накопленную энергию в целях производства. Он берёг её для себя, для сохранения собственной жизни.
— Я пойду к Леку, — Март вздохнул, понимая, что не может вечно оттягивать эту встречу. — Как он?
— Всё так же, — ответил Тесак, моментально сбросив напускное веселье. — Я хотел поговорить с тобой об этом.
Он поднялся, сделал шаг к заваленному бумагами рабочему столу. Среди кучи распотрошённых книг и журналов медицинской тематики, расположился небольшой персональный компьютер. Машину эту привезли специально для Тесака из Спасённого города, а туда доставили с Терры. Это была самая мощная машина на территории комбината. Лек хотел, чтобы его личный врач располагал всеми необходимыми для работы инструментами. Тесак тронул мышку, выводя компьютер из спящего режима. Машина откликнулась моментально, экран вспыхнул. Март увидел сложный график, и увиденное ему не понравилось.
— Это то, что я думаю? — спросил лекан, присаживаясь в кресло у стола. Пальцы его порхнули по клавишам, вводя команду. График сменился столбцами цифр. — Плохо, — сказал Март, пробежав взглядом пару строчек.
— Эта штука жрёт энергии всё больше и больше.
— Лек знает? — Март щёлкнул мышкой, вернув график обратно. Кривая на всём его протяжении неуклонно ползла вниз, и на последних делениях горизонтальной оси это падение было особенно ярко выражено.
— Я решил, будет лучше, если об этом ему расскажешь ты.
Март кивнул. Объяснения были излишни. Лек не мог обходиться без Тесака. Но боялся мясника, как никого другого в своём окружении. Верил, что тот отомстит ему однажды и за изгнание, и за плен… Если Лек и прислушивался к кому, то только к Марту.
— Хорошо, — Март
