что давало возможность их обитателям, время от времени, перекусить сверх отпущенного пайка. На наше счастье, в банкетном зале тоже никого не было. На кухню мы смогли спуститься в грузовом лифте, благо он был достаточно большим, ведь блюда, которые на нём поднимали, тоже были немаленького размера.
Дверь, ведущая в казармы, оказалась заперта, но замок в ней был совсем простенький и мы прошли дальше, не останавливаясь. Как я и предполагал, казармы были пусты, но у двери, ведущей на улицу, сидел дежурный. Этот малый, как и большинство стражников, был здоровенным и на вид тупым, но, на наше счастье, добродушным. Он был занят тем, что набивал себе брюхо кашей, поставив перед собой целый котелок.
"Друг, выручай! – сказал я ему, не дав опомниться. – Застукали меня с подружкой, вот-вот поймают! Выпусти, а? Я в долгу не останусь! Бочонок пива поставлю! Нет, два! Открой дверку!"
"Это за вами, что ли все бегают?" – спросил он, с любопытством оглядывая Маранту.
"Нет, не за нами! Это у них, э-э… учебная тревога! Но за нами тоже кое-кто тащится и если накроют, то не сдобровать!"
"Ага! Сейчас с этим строго! Ну ладно, давай, иди, только не забудь про пиво!"
С этими словами он встал и открыл нам дверь, ведущую в город. Я, конечно, мог его просто убить, но зачем проливать лишнюю кровь, которой и так пролито немерено.
– А ты хоть знаешь, что обо всём этом сказали народу? – спросил разбойник с такими пышными усами, что за ними совсем не было видно рта.
– Нет, ещё не слышал.
– Ты, оказывается, поднял бунт среди гвардейцев, против короля и убил целую кучу его верных друзей и слуг, но этот бунт был подавлен, усилиями стражи и полиции, так что теперь ты снова в розыске, только при поимке велено убить на месте и тебя, и твою сообщницу!
Золас промолчал, но на его губах заиграла недобрая улыбка. Разбойники тоже не торопили своего атамана и сосредоточились на содержимом кружек.
– Что ж, этого следовало ожидать, – наконец изрёк он. – Ещё один повод больше не попадаться.
– Верно, – согласился всё тот же разбойник. – А теперь поведай, если не устал, как тебе удалось выйти из города?
– Тоже с её помощью, – ответил Золас, показывая кивком на спящую Маранту. – Когда эта огненная леди прикончила тех типов в морге, я думал, что на грохот выстрела сбежится всё полицейское управление. Но, как ни странно, никто не явился посмотреть, что это там бабахнуло. Вообще, кроме нас и полутора десятка жмуриков, во всём морге нашлись только два, до смерти перепуганных, санитара, которых мы для верности связали. Убитые Марантой, оказались следователями, зашедшими утрясти какие-то формальности по поводу очередного подозреваемого "внезапно скончавшегося от неизвестной болезни".
В папке, выпавшей из рук того, что встретился нам первым, нашлась пачка бумаг и записка о том, что эти бумаги надо сегодня же доставить обер-полицмейстеру на дом. Значит мерзавец был дома, но пока я ещё не знал, что делать с этой информацией. Да, я обещал Галанте сполна расплатиться с её бывшим муженьком, но теперь у меня на руках был едва живой Теренций. Точнее он был на руках у Порфирия, которого тоже надо было куда-то девать. Не могли же мы вот так просто заявиться к оберу? Я поделился этими соображениями с Марантой, на что эта мудрая сивилла ответила: "А почему бы и нет? Ведь именно там нас никто не будет искать." С этим нельзя было не согласиться, но как нам добраться туда незамеченными? Выход нашёлся, когда мы выглянули в небольшой дворик, примыкавший к управлению со стороны морга, там стояла крытая повозка с полицейской эмблемой, запряжённая парой лошадей. Это была удача! Моя команда загрузилась внутрь и закрыла за собой двери, я устроился на козлах и мы покатили!
Дорогу к особняку обера я знал хорошо, как и сам особняк, поэтому мы вскоре были на месте. С тем, чтобы въехать внутрь, тоже не было проблем – пропуск я позаимствовал у того же дохлого следователя и привратник пропустил нас без лишних вопросов. Сложность была в том, что на дворе стоял полдень, и вокруг могло оказаться слишком много лишних глаз. Тогда я сказал своим, что б сидели тихо и прошёл в дом один, сжимая в руках папку с документами.
Ещё въезжая во двор, я понял, что обер сменил весь штат прислуги, а теперь я в этом убедился – меня встретил незнакомый то-ли лакей, то-ли дворецкий, желчный и сморщенный, в гостиной смахивала пыль какая-то грымза, и я невольно вздохнул, вспомнив ту девушку-вострушку, которая прислуживала раньше Галанте. Ну, и конечно, проходя мимо кухни, я совершенно не удивился, увидев там, толстенную грязную бабищу, занявшую место жизнерадостной розовощёкой пышки, которую я знал.
– Не грусти, атаман! – прервал рассказ главаря разбойник помоложе. – Они все здесь и поверь, эти развесёлые бабёнки сами не скучают и другим скучать не дают!
– Ну, да! Ну, да! – усмехнулся Золас и бросил косой взгляд в угол, где сидел Зиг. – Это всё хорошо, но тогда мне стало, знаете ли, так тоскливо и противно, что это дорого обошлось господину обер-полицмейстеру. Как только старый хрыч ввёл меня в кабинет этого чинуши, я сразу тюкнул его, слугу то-есть, по затылку, а перепуганного обера взял за горло, вытащил из-за стола, где он сидел и подержал немного, пока тот не стал глаза закатывать. Потом я его отпустил, дал отдышаться и приказал созвать всех, кто есть в доме.
Сделать это оказалось совсем не сложно, так-как кроме перечисленных уже слуг и служанок в его хозяйстве был только новый конюх, угрюмый тупой малый, не в пример погибшему парню, которого я знал. Когда они собрались, я достал револьверы и просто загнал всех в погреб, настрого приказав не шуметь. Для верности ещё завалил дверь разной мебелью. Потом я позвал Маранту и Порфирия и мы, наконец, смогли перевести дух. Но отдыхать было рано.
Обер-полицмейстер сидел в кресле связанный и только тихонько поскуливал, Порфирий, хоть и устал, принялся за поиски снеди, а мы с Марантой занялись ранами Теренция. Наш друг всё ещё был в беспамятстве, но дыхание его было ровным, а руки и ноги, хоть посинели и распухли, но были не чёрного цвета, а значит оставалась надежда, что он выкарабкается. Мы перевязали его раны, влили в рот немного вина и положили на пышную кровать обера, где совсем недавно мы с Галантой… впрочем, это к делу не относится.
Теперь надо было решать, что делать с нашим "гостеприимным" хозяином. "Предоставь это мне!" – Попросила Маранта и я согласился. Признаться мне стало интересно, хоть и
