продолжила:
— Единственный человек, с которым мне так и не удалось поговорить — это бывший муж Катерины Поповой. После освобождения с каторги он ушел в монастырь и ведёт затворническую жизнь.
— Интересно почему.
Журналистка вздохнула и ответила:
— Это мне так и не удалось узнать.
В кармане зазвонил телефон. Я вынул его и увидел на экране незнакомый номер. Я нажал на кнопку приёма звонка.
— У аппарата.
— Видимо, вы были правы, Павел Филиппович, — послышался в динамике голос Иванова. И как мне показалось, жандарм был чем-то расстроен. — Нам удалось найти несколько архивных дел, связанных со старой мануфактурой. Все заявления о пропажах будут объединены в одно дело.
— А что будет с Пожарским? — осторожно уточнил я.
— Будет освобождён из-под ареста. Но будет находиться под присмотром до тех пор, пока преступника не поймают.
— Это ли не прекрасно, — довольно прокомментировал я эту новость.
— Благодарю за помощь следствию, — буркнул в трубку Иванов и нажал на отбой. Я же с довольным лицом убрал телефон в карман и уточнил у Райской:
— Значит, вы не побеседовали с Поповым?
Девушка покачала головой и тут же поинтересовалась:
— А вы хотите попробовать поговорить с ним?
Я задумался: по сути, Пожарского выпустили из острога. Моя работа на этом закончена. Но оставалась еще Регина, которую скорее всего преследовал тот же самый маньяк. Да и мне было очень интересно узнать, кто же был тем самым убийцей невест. Поэтому я произнес:
— Да. Попытаюсь.
В глазах моей собеседницы мелькнули огоньки интереса:
— Возьмёте меня с собой? — живо уточнила она.
— Почему бы и нет, — ответил я. — Но, увы, не знаю, во сколько я освобожусь.
— Ничего страшного. Просто позвоните мне за полчаса до того, как соберетесь. И я с радостью поработаю у вас водителем.
— Вы умеете уговаривать, журналистка Лена Райская.
Девушка не ответила. Только загадочно улыбнулась. Я оплатил счет и направился домой.Оставалось надеяться, что сегодня я смогу выспаться. Уже во дворе меня застиг дождь, который стучал потом по крыше и убаюкивал меня до самого утра.
Визит некромантки
Я проснулся от шума, который доносился с кухни. Встал с кровати, оделся, привел себя в порядок и вышел в гостиную.
Виноградова была сама не своя. Призрак крутилась на кухне, следя за Иришкой, которая строго следовала ее рецепту, который призрачная дама составила на листке вырванном из моего блокнота.
— Перестаньте дергаться, — попросил я. — Того и смотри можете растаять.
— Типун тебе на язык, — женщина всплеснула руками. — Еще накликаешь беду.
— И в чем же заключается беда?
— Я не могу ударить в грязь лицом перед княгиней. Не каждый день в мой дом приходит такая важная особа.
— В наш, — поправил я почти автоматически.
— Знаешь, я была вынуждена терпеть пренебрежение от высокородных при жизни. А тут в мой дом придет сама княгиня Чехова!
— В наш, — повторил я.
— Ну чего ты цепляешься к словам? — возмутилась женщина. — Это ты у нас родился с золотой ложкой во рту. А я — женщина скромная…
Я совершил роковую ошибку и цокнул языком. Виноградова тут же повернула голову и хищно посмотрела на меня.
— Что это значит?
— Простите, — четко выговорил я.
— Нет уж, ты мне поясни, — Любовь Федоровна сложила на груди руки и насупилась.
— Вы напрасно себя накручиваете. Моя бабушка настроена к вам доброжелательно.
— Ну…
Я щелкнул пальцами, призывая тотем и Виноградова подозрительно покосилась на вынырнувший из пола пень.
— Ты чего удумал? — призрачная дама сглотнула и поежилась.
— Мне кажется, что будет уместно, если я немного поделюсь с вами силой.
— Зачем? — Любовь Федоровна переступила с ноги на ногу.
— Чтобы вы стали более стабильной. Мне кажется, вы сейчас выглядите как голодный призрак. Не дело это. И бабушка не оценит.
— То есть, ты решил меня… накормить? — последнее слово Виноградова произнесла почти шепотом.
— Вы против? — я склонил голову к плечу, рассматривая замершую женщину.
— Не знаю. Просто я никогда не получала такой подпитки.
— Вы же как-то питаетесь энергией? — вкрадчиво спросил я.
— Дом кормит, — она обвела руками пространство.
Мне показалось, что это странный источник силы, но заострять на этом внимание сейчас я не стал. Вместо этого поднял руку и с кончиков пальцев выпустил нить силы. Любовь Федоровна попятилась, словно испугавшись, а потом вздрогнула и выгнулась, приподнявшись на носочки. Ее полупрозрачная фигура воспарила над полом, руки раскинулись в стороны, волосы растрепались и сами собой сложились в прежнюю прическу. Виноградова опустилась в кресло и внезапно оборвала нить, от которой к ней перетекала сила.
— Хватит, — отозвалась она хриплым голосом.
— Все хорошо? — насторожился я и шагнул к женщине.
— Просто я не ожидала, — хозяйка дома махнула ладонью, словно обводя пальцами пространство. — Это было как-то…
— Мне стоило получить от вас разрешение, — всерьез озаботился я, заметив, как по призрачной коже пробегают искорки силы.
Женщина поднялась на ноги и пьяно качнулась. Потом откинула волосы назад, обнажая совершенно целый лоб. Платье стало пышнее, на бедрах, а двойная нитка с круглыми жемчужинами переливалась розовым перламутром и казалась практически настоящей. На щеках призрака появился нежный румянец.
— Какое странное ощущение, — проговорила Виноградова и выставила перед собой ладонь с растопыренными пальцами.
Кольца засияли и браслеты на запястье звякнули друг о друга.
— Наверно я многовато в вас влил… — задумчиво отметил я.
— Как же пошло это прозвучало, — хихикнула женщина. — Будто ты напоил меня контрафактным коньяком, позвал на танцы, а на деле привел к номера с красными шторами.
— Любовь Федоровна, — я погрозил указательным пальцем, и призрачная дама прикрыла ладонью рот. — Прекратите так шутить. Вы не забыли, что сейчас к нам придет княгиня Чехова?
— Точно, — женщина поправила подол платья, пригладила волосы, лишь слегка коснулась места, где раньше красовалась рана и тотчас отдернула пальцы. — Нельзя разочаровать твою родственницу. А то она решит, что я плохо на тебя влияю.
— В любом случае она останется довольной вашему знакомству.
— И почему ты в этом уверен? — кокетливо уточнила собеседница.
— Потому что я выбрал вас своей соседкой, совладелицей дома и бухагалтершей.
— Будто у тебя был выбор, — легко улыбнулась Виноградова. — Но спасибо за поддержку. Я очень это ценю. И зови меня бухгалтером. Это звучит приятнее.
— Как скажете, — согласился я.
В этот момент раздался звонок, и мы с Любовью Федоровной переглянулись.
— Я открою, — важно сообщил Фома, выходя из своей комнаты.
Он прошел к порогу и распахнул дверь.
— Здравствуйте, — проговорил он немного напряженно. — Добро пожаловать. Мы вас ждали.
— Это так мило, — проворковала Софья Яковлевна и вошла в холл.
Она окинула цепким взглядом моего помощника, отметив хорошо скроенный
