справа от меня и нацелился когтями в моё сердце. Похоже, меня восприняли всерьёз и мелочиться не собираются!
Уйдя перекатом и припав к земле на четвереньки, встал на руках и ударил прямыми ногами, не дав твари развить успех. Ощущение, будто бетонную стену лягнул!
Вендинго покачнулся, не ожидавший от меня столь подлого и непонятного движения. Люди так не сражаются. Люди защищаются бронёй, атакуют оружием в руках. Я же стал для него необычным явлением, а в его красных глазах промелькнуло вполне себе человеческое удивление, когда он увидел, что я не встаю, а до сих пор припадаю к земле. Как зверь.
— Зря ты пришёл в этот мир, — черты моего лица хищно ужесточились, а улыбка превратилась в оскал. — Теперь ты… Станешь моей Охотой!
Оттолкнувшись ногами, резко выкинул всё тело. Пальцы рук словно одеревенели, согнувшись в фалангах на манер когтей.
Вендиго очень быстры. Их движения стремительны, словно молния, и бороться на этом поприще с ними смерти подобно. Но разве не в этом удовольствие⁈ Разве можно отказать себе в желании боя с достойной добычей⁈ Бросится в омут инстинктов, отдавшись своему началу полностью, отбросив всякую шелуху⁈ РАЗВЕ НЕ ТАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ ОХОТА⁈
Моя манера боя заставляла его всё чаще отступать, разрывая дистанцию. Он пытался сбросить меня, занять позицию и атаковать своими когтями, которыми способен разрезать даже латный доспех, как консервную банку. Но я не давал ему и шанса, наседая так, будто на кон поставлено больше, чем жизнь. Мой Океан душ лихорадило от тех эмоций, что охватили меня. Твари ревели так, как никогда прежде, чувствуя натуральный шторм!
— Давай! — мой голос стал отдавать звериными нотками не хуже, чем у Вендиго. — Покажи мне, как ты сражаешься за жизнь! ДАЙ МНЕ ДОСТОЙНУЮ ОХОТУ!
Его преимущество в скорости больше его не спасало. Печать Усиления не просто слабо сияла в моей душе, она буквально полыхала! Мы превратились в две смазанные тени, разрушая тот небольшой клочок джунглей, что стал нашим полем боя. Большинство деревьев превратились в щепки, отрезая возможные пути для Вендиго. Ему не спрятаться. Ему не убежать. Не скрыться от меня.
Ибрис уже даже не рычал, желая ворваться в бой. Он лежал на земле и дрожал от той ауры, что выливалась из меня бурным потоком. Это моя Охота и я не потерплю, чтобы мне кто-то помешал!
Сколько раз я мог использовать Барьеры, что сковать, убить или ослабить Вендиго? Десятки раз и это не считая Дагахара, способного одним ударом размозжить эту тварь. Но это всё не то. Не та Охота. Не та битва!
К печати Усиления подключилась печать Регенерации. Как бы я не теснил тварь, он успевал нанести мне раны, оставляя жуткие порезы на руках, ногах и туловище, части которого не закрывала шкура Смилодона. Но эти раны лишь распаляли меня всё сильнее. Заставляли мою кровь закипать, а душу — полыхать от нетерпения.
— Р-ар!!! — издал Вендиго громогласный вой, полный боли, и со всей силы отпрыгнул от меня.
В его боку не хватало куска мяса, вырванного вместе с непробиваемой кожей. Это не просто удивило чудовище, а шокировало его!
Прямо на его глазах, добавляя ещё больше хаоса в происходящее и ломая шаблоны Вендиго, я откусил сырой, окровавленный кусок, что остался в моей ладони. И выплюнул, скривившись.
— Выглядишь, как дерьмо, и на вкус такой же.
Увидь меня сейчас братья, то разделили бы эмоции Вендиго. Лишь Гранд Мастер Вульф знал, через что мне пришлось пройти в Джунглях Карнака. Эпизод моей жизни, ставший одним из переломных. Мне пришлось сломать себя там. Отбросить ту человечность, которая сдерживала и заставляла жить по законам людей. Но природа не покровительствует людям. Лишь зверям. Вот я и стал одним из них, пройдя Джунгли Карнака вдоль и поперёк. Уничтожил тамошних царей и отведал их мяса. И пусть по возвращению, та приобретённая часть меня уснула, она никуда не делась. Зверя можно усыпить, можно подчинить. Но от него не избавиться.
— Кт-о ты так-ой⁈ — скаля клыки, с опасной смотрел на меня Вендиго. — Охотник та-к не сра-жается!
Вместо ответа, я рывком устремился к нему. Тварь приготовилась к моему удару, уже зная, чего ожидать. Но и в этот раз я смог сломать его шаблон, когда из ключа появились два клыка убитого Смилодона. Не зря я проверял максимум доступного пространства в кольце, вытаскивая из него вещи и загружая вновь.
Не длиннее короткого кинжала, клыки могли посоперничать по остроте и твёрдости с Разломной сталью, причём одной из лучших. Кости тварей Разломов и Эпицентров нередко используются артефакторами из-за их свойств и насыщения энергией.
Вооружившись тем, что мне дала Охота и природа, я накинулся на Вендиго с ещё большим напором. От моих «когтей» он ещё мог как-то спасаться своей толстой шкурой, но клыки несли для него лишь смерть. И пусть кинжалы с ножами не моё оружие, владеть я ими умел, как и каждый из братьев Ордена.
Отведя голову, пропустил когти твари в сантиметре от головы и воткнул один из клыков в его запястье. Яростный рык боли, от которого задрожала земля, разошёлся по округе. Горячая красная кровь брызнула мне в лицо, вызывая широкий оскал.
Оставшись без рабочей руки, Вендиго был всё также опасен, но теперь его движения стали нести в себе больше ошибок. Левая сторона, где находилась рана на боку и пробитая рука, оставляли всё меньше возможностей для защиты. Туда я и бил, ослабляя его, выматывая и заставляя истекать кровью. Дам ему время и он залечит раны, а мне это не нужно. Чем больше он двигается на грани, тем сильнее сердце качает кровь, разгоняя её по венам и ранам!
Ещё один порез оставшимся клыком. За ним ещё один. Я оставлял их с бешенным темпом, увеча тварь. Его скорость начала падать, появилось больше ошибок, а тяжёлое, рычащее дыхание лишь распаляло меня.
Достойная Охота! Бой на грани жизни и смерти!
Наша битва была столь яростна, что на неё сбежались те немногие хищники, готовые попытать удачу. Несколько пантер, уже знакомых мне, но каким-то образом отбившихся от стаи. Парочка сов переростков, охотящихся в ночи и метающих воздушные серпы. Все они и полегли, убитые как мной, так и Вендиго. Мы убивали их мимоходом, как и всех прилетающих, прибегающих, или приползающих тварей.
Кровавая баня, вот во что превратилась наша битва, окрасившая поле боя в красный цвет. Разорванные тела существ Эпицентр усеивали
