эмоции под контролем, пока Страхов будет тут, у меня есть идея. Может, тебе в лазарет на это время отправиться полежать? Скажешь, что простыл, или голова разболелась, или что-то в этом роде. Я могу подыграть тебе. Отдохнешь пару дней, пока они тут, и вернёшься. Никто и не заметит твоего отсутствия.
Он покачал головой. Медленно, но твёрдо.
— Нет, Ярослав. Не переживай, всё будет хорошо. Я тебя понял, — сказала Иванов.
— А вообще давай я выйду, а ты побудешь тут и подумаешь, — я решил попить водички, так как в горле сильно пересохло. Столовую в академии не закрывали на ночь на ключ. Там стояли кулеры с водой, и любой из студентов всегда мог туда зайти..
Он кивнул.
— Ладно, надеюсь, ты подумаешь, и больше ничего такого не выкинешь, — сказал я и тут же вышел в коридор.
Коридоры академии ночью были совсем другими. Днём здесь сновали студенты, звенели голоса, хлопали двери. А сейчас была абсолютная тишина. Такая тишина, что каждый шаг казался громким, как выстрел. Редкие светильники горели вполсилы, отбрасывая на стены длинные тени. Пахло воском, которым натирали полы к приезду гостей, и чем-то ещё.
«Ярик, тебе бы тоже не следовало бы гулять академии одному по вечерам. Особенно после того, что было» — сказала Алиса у меня в голове. Голос у неё был спокойный, но в нём чувствовалось напряжение. Да и вообще последним дни в академии вряд ли можно было назвать спокойными.
«Да, знаю, Алиса, — мысленно ответил я своей призрачной помощнице. — Но я только туда и обратно».
Я шёл быстро, но старался особо не топать. Вокруг было пусто, только в конце коридора маячила фигура — какой-то студент стоял у окна и смотрел в темноту.
— Ярослав Шереметев? — раздался голос у меня за спиной.
Я замер. Ну вот. Медленно обернулся.
В полумраке коридора стоял Павел Сергеевич Яковлев. Что он тут забыл? Он был без пиджака, в одной рубашке с закатанными рукавами. Уставший, с тёмными кругами под глазами, но взгляд цепкий.
«Вот только этого не хватало…» — прошептала Алиса.
— Добрый вечер, Павел Сергеевич, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно.
— И тебе не хворать, Ярослав. — Он подошёл ближе, и я почувствовал запах его одеколона — что-то с хвоей и свежестью. — Куда ты собрался так поздно? В библиотеку?
После этой фразы он слегка хмыкнул. — Да воды захотелось попить, Павел Сергеевич… — выпалил я. — Вот в столовую иду…. Ректор кивнул. Медленно, как-то задумчиво.
— Пошли, я с тобой прогуляюсь за компанию. Горло тоже пересохло.
Ректор, похоже, просто хотел поговорить. Не знаю, было ли это его планом или он просто хотел отвлечься от мыслей о завтрашнем дне.
— Ярослав, — начал ректор новый разговор, когда мы свернули в главный коридор. — А кем ты видел себя в будущем до того, как попал в академию?
— До академии? — я чуть не споткнулся. Вопрос застал врасплох. — Ну… я…
«Я видел себя на Кубе. Отдыхающего на пенсии, с мулатками и коктейлем.» — говорит вслух такое я конечно же не стал.
«Ой, всё о бабах думает…» — тут же отозвалась Алиса.
Я улыбнулся.
— Что-то видимо очень интересное было, верно? — заметил ректор. — Раз вызывает у тебя такую улыбку.
— Я мечтал с самого детства быть искателем. Лучшим студентом академии, как мой отец, — сказал я, надеясь, что это прозвучит убедительно.
— Ага, — ректор остановился и посмотрел на меня. — Это заученные ответы, которые я и так каждый день слышу, а если по-настоящему?
Я замялся.
— Затрудняюсь ответить, — сказал я. — А вы?
— А я? — он усмехнулся. — Я хотел быть наездником драконов.
— Наездником драконов? — удивленно спросил я у Павла Сергеевича.
— Ага. Только вот драконов нет, — развел развёл руками в стороны. — Жалко, да?
В ответ я просто молча кивнул.
Мы дошли до столовой. Внутри было темно, только дежурные светильники горели над дверью кухни. Ректор открыл дверь, пропуская меня вперёд.
— Вода вон в том углу, — показал мне Яковлев.
— Да, спасибо. Я знаю. — ответил я ему.
Открыл кран, налил стакан.
— Ты все? Пойдём по комнатам? — сказал ректор, когда мы напились. — Завтра трудный день предстоят всем нам.
— Спокойной ночи, Павел Сергеевич. — ответил я ему.
— И тебе, Ярослав. — ответил он, и мы разошлись по разным сторонам.
Когда я вернулся, в комнате уже был Игорь. Он сидел на своей кровати, забросив ногу на ногу, и что-то рассказывал Виктору про завтрашний день, про то, что слышал от старшекурсников, про форму. Говорил он быстро, без остановки, но Виктор, который сидел на своей койке, поджав колени к груди, явно не слушал. Он смотрел в стену и, казалось, не видел и не слышал ничего, что происходит в этой комнате.
Я сел на свою кровать, стянул кроссовки. Игорь всё говорил, но я тоже почти не слушал. В голове крутился разговор с ректором. Наездник драконов. Это что вообще было? Странный выбор для такого человека или нет? Может, в каждом из нас живёт тот, кем мы хотели быть, пока реальность не заставила изменить мнение.
— … и говорят, что князь Страхов всегда привозит с собой кого-то из своих приближённых, чтобы они смотрели на студентов, выбирали лучших для службы. Так что если кто-то из нас себя покажет… — продолжал Безухов.
— Игорь… — перебил я.
— А? — удивленно откликнулся он.
— Может, хватит уже? Спи давай! Завтра рано вставать! — буркнул я.
Он хотел возразить, но зевнул и махнул рукой.
— Ладно! Спокойной ночи, парни… — сказал он.
— Спокойной, — ответил я ему.
Виктор лёг молча, отвернулся к стене. Я выключил свет и долго лежал, глядя в потолок. В голове было пусто и я наконец-то провалился в долгожданный сон.
* * *
Утром все академия снова гудела как потревоженный улей. Когда уже это закончится⁈ В коридорах было тесно от студентов, которые в обычные дни разбредались кто куда, а сейчас толпились, переговаривались, поправляли форму. Все были в чистейших комбинезонах — серых, с золотыми буквами «АВА» на груди.
— Глаза боятся, а руки делают, — пробормотал Игорь, когда мы вышли из комнаты. Он всё утро вертелся, пытаясь завязать шнурки как надо.
— Ты как? Все хорошо? — спросил я у Виктора.
Он шёл молча, лицо его было спокойным. Слишком спокойным. Хоть он и обещал мне, но я до сих пор не был уверен, что сегодня все пройдет гладко.
— Нормально! — бодро ответил он.
— Ну смотри. — я понизил голос, чтобы меня было слышно только Виктору. — Если что — делай вид, что тебе плохо, и я нас выведу, а дальше разберемся
— Всё
