ладонью серебристо-алым клубком: — Это — сила Вирмор. И раз она у меня, значит, проклятья, которое её удерживало, больше нет.
Вокруг заговорили все и одновременно. Отмахнувшись от вопросов остальных, Феликс шагнул к целителю. Но тот опередил его:
— Фенте, похоже, оказалась права.
— Похоже на то. Теперь я точно буду оглядываться. Что ж, поздравляю?
— Поздравите через год, — Джулиан явно не верил. И его можно было понять. — Если за это время проклятье не проявит себя, значит, действительно снято
— Это точно сила Вирмор. И она точно была в проклятье.
— Поверю, когда пройдёт достаточно времени.
— Ваше право.
— Предпочитаю лучше порадоваться постфактум, чем жестоко разочароваться в ближайшем будущем.
— Возможно, вы и правы.
Розмари слушала их разговор и почти не понимала слов. Поняла только то, что Феликс с инициацией на главенство справился, и что все этому рады.
— Вам надо отдохнуть, — когда рядом снова оказался Герберт, она не поняла тоже.
Она кивнула, сделала шаг и пошатнулась. Сразу несколько рук поддержало.
— Я сам, — Джулиан обнял за талию, а потом и поднял на руки.
— Я же тяжелая!
— Справлюсь, — заверили её. И уже по пути пояснили: — Тебе нужно к алтарю, твой следователь туда просто не пройдёт. Он и в дом-то сейчас, когда ты активировала защиту, не факт, что сумеет войти без одного из нас.
— Да, наверное, — девушка устало прикрыла глаза.
К счастью, дверь среагировала на приближение главы и наследницы и открылась сама, защита тоже перед ними расступилась. Межкомнатные двери вели себя сходным образом. Дом прямо приглашал их поскорее пройти к алтарю. То ли чувствовал их состояние, то ли сам после активации щитов нуждался в подпитке.
Алтарь тоже словно ждал. И вцепился он не только в Мари, но и в него. Почему Джулиан тогда не понял, сообразил позже, когда мысли немного прояснились. Инициация на главенство в клане с абсолютно чужеродной силой далась ему тяжело, и родовой артефакт стремился сгладить последствия.
На этот раз им обоим хватило получаса.
— Где я? — Мари села на камне. Взгляд был уже совсем другим, куда более осознанным, практически нормальным.
— Сокровищница. Точнее комната с алтарем, — откликнулся сидящий рядом прямо на полу Джулиан, лениво повернув голову. Текущая по каналам родная сила настраивала на мирный лад. — Мы здесь уже были, но тогда ты, видимо, не запомнила.
— Совершенно точно не запомнила, — девушка с интересом оглядывалась.
Комната была небольшой, без окон, с единственной дверью. Вдоль одной из стен стояли шкафы, пространство около другой было занято старинными сундуками, на третьей висело оружие. Пол как и стены были серыми, с почти незаметными стыками массивных камней.
— Это нормально, — заверил целитель. Когда силы слишком много, разум всегда несколько отключается.
— Слияние с силой рода?
Джулиан кивнул и поинтересовался её самочувствием. Чувствовала себя Мари на удивление неплохо. Даже странно было осознавать, что ещё недавно едва сознание не теряла.
— Получается, алтарь подпитывает членов рода? — она спустила ноги на пол и подняла руку, от которой тянулись тонкие и почти прозрачные нити-связи.
— В том числе, — подтвердил глава клана. — Если кратко, этот артефакт позволяет лучше фокусировать и перераспределять энергию. А поскольку он ещё и накапливает, то и способен восполнить дефицит. Как результат — прилив сил. Правда, не слишком долгий, потом усталость всё же возьмёт своё.
— И как это работает?
— Потом напомни, расскажу и покажу. Сейчас нам лучше вернуться: наверняка твой следователь и остальные волнуются. Да и держать их на морозе как-то негостеприимно, а сами они в дом не попадут.
Кивнув, Мари поднялась.
Глава 14
Леонард и Тиберий прибыли друг за другом почти сразу следом за очередным звеном боевых магов, присланных обреченными кланами. Звеньев набиралось уже больше десятка, уже небольшая армия. Кроме боевых магов прибыли и целители сразу нескольких кланов. Последние были очень кстати. Тяжелораненых было немного и их уже переправили в больницу (у военных тоже были с собой пространственники). Но лёгких и средней тяжести ран хватало и, если с врачеванием царапин и ушибов могли справиться и боевые маги, то с чем посерьезнее все же требовался кто-то обученный, а Мари и Джулиан не могли разорваться. Тем более что им приходилось ещё и контролировать пересечение прибывающими усиленного девушкой щита.
— Мари, — первым делом обнял сестру Леонард.
— Лео! — в голосе звучало облегчение. Если кто и сможет справиться с творящимся тут бедламом, и справится не в интересах канцелярии или исключительно своего клана, а их с Джулианом, то это он. Да и вообще она была безумно рада его видеть.
Убедившись, что родственница цела и здорова, наследник клана Кримос потребовал:
— Рассказывай!
После того как с оказанием первой помощи разобрались, настало время поработать следователям. И кто бы знал, как благодарна была Тиберию Истре Дельфина, когда тот пожаловал не один, а с двумя считывателями. У неё самой уже ощутимо тряслись руки, а в голове царила каша из обрывков чужих воспоминаний. Да, допросов хватит на них всех, но после появления специалистов хотя бы в чужие головы уже можно не лезть, а это уже не так и мало.
Пока что удалось выяснить только то, что нападавшие были наёмниками. В основном мигранты из сопредельного халифата, а также бескланники, они были простыми исполнителями, которым предложили весьма серьёзное вознаграждение.
— Наверняка потом от них бы избавились, — заметил Тиберий, когда уже поздно вечером они вчетвером — он, Феликс и Дельфина с Гербертом — собрались в облюбованной следователями части обширных местных подвалов.
— Наверняка, — согласился с ним дед. Он выглядел не менее измотанным, чем остальные, хотя ему и досталось меньше всех допросов. Слишком много было другой работы, а он из всех присутствующих был, как ни крути, самым высокопоставленным и по должности, и просто как глава клана, входящего в Десятку. — Но зацепки, я так понял, у вас все же какие-то есть? С такой толпой что-нибудь да просочится просто по теории вероятности.
Тиберий поморщился:
— Какие-то есть. Но к кому они ведут, однозначно не скажешь. Это как твоё «теперь я ощущаю артефакты Вирмор». Найти-то ты их, пока не окажешься достаточно близко, сам сказал, не сможешь! И что толку от такого ощущения?
— Это мы с тобой потом обсудим,
