мужские вещи! – вознегодовала наблюдающая за мной боярышня. – Достань платье, приведи себя в пристойный вид и ступай к ректору академии!
– Для чего? – уточнила я и зашипела от боли. Да что ж все так запуталось!
– Упади ему в ноги, признайся, что ты ведьма, слезно попроси отпустить тебя. Пообещай уехать далеко-далеко и провести остаток дней в уединении да молитвах. А я смиренно разделю с тобой участь изгнанницы, – она протяжно вздохнула.
– И почему я должна так поступить? – прищурившись, я посмотрела на деву.
– Ты глупая?! Не поняла, что я тебе говорила?! – заорала боярышня. – Ведьмы – зло во плоти! Они пьют силу невинных!
– Зачем?
– Что зачем? – ошарашенно переспросила она.
– Зачем ведьмы пьют силу невинных? – я вновь занялась возвращение волосам божеского вида. Добравшись до намертво спутанного локона, сердито выругалась: – Да чтоб тебя восемь раз через коромысло!
– За такие мерзкие слова тебе следует рот помыть с мылом!
– Ты не ответила на вопрос: зачем? – напомнила я как можно спокойнее, однако в глубине души уже закипало раздражение.
– Затем!
– То есть не знаешь, – я хмыкнула и с облегчением поняла, что с колтуном разобралась.
Призрачная боярышня возмущенно фыркнула и резко отвернулась к окну.
Я же неторопливо заплела красивую косу, сняла измятые за ночь брюки, надела новые. Накинула свежую рубашку. Как только заправила ее в штаны, одежда села по фигуре.
А удобно: раз-два, и все впору.
Достала из шкафа высокие черные ботинки, обулась и начала их шнуровать.
– Почему ты не надела платье?! – гневный окрик привидения резанул по ушам. – Не знаешь, как подобает выглядеть приличной девушке, так слушай, что тебе говорят! Хватит уже вести себя как необразованная простолюдинка!
Да уж, штормит боярышню не по-детски. У нее, конечно, стресс. Но, ей-богу, мне ничуть не лучше. С какого перепуга я должна терпеть ее закидоны?
Выпрямилась в полный рост и веско бросила:
– Заканчивай.
– Что? – с недоумением выдохнула дева.
– Давай расставим точки над i. Мне было двадцать лет, когда я погибла. Все те навыки, которыми стоит обладать приличной, как ты выразилась, девушке, у меня есть. Я знаю этикет, владею четырьмя языками, десять лет серьезно занималась фигурным катанием, неплохо рисую, играю на фортепиано, прекрасно разбираюсь в анатомии, умею зашивать раны, накладывать повязки, ставить капельницы, – глядя на ошарашенную боярышню, усмехнулась. – С самооценкой у меня все в порядке, и ни тебе, ни кому-либо другому я не позволю диктовать мне, как поступать. Решения я всегда принимаю сама. Ну а захочу узнать твое мнение по какому-либо вопросу, то спрошу. Доступно объяснила?
Шокированная дева захлопала ресницами. Она определенно пребывала в ступоре. Может, зря я так с ней? Мир же другой.
Я про себя тяжело вздохнула, но продолжила говорить спокойно:
– Скажи, пожалуйста, какой сейчас год? В какой стране находимся?
– Тысяча девятьсот тридцать девятый. Российская империя, – словно на автомате оттарабанила боярышня. Отмерла и взглянула на меня с вопросом.
– Какие существуют средства передвижения, кроме автомобилей?
Я достала из шкафа осеннюю куртку. А вдруг в библиотеку придется идти по улице?
– Лошади, ослы, самокаты, велосипеды, мотоциклы, аэростаты, самолеты, – послушно перечислила дева.
– Телевидение, мобильные телефоны?
– Телевидение есть. Мобильный телефон – это как? Можно ли его из комнаты в комнату переносить? Зависит от длины шнура. Если короткий, то далеко не унести.
Представив эту картину, я с трудом сдержала улыбку. Идешь такая по улице, по телефону с подругой разговариваешь. Массивный аппарат под мышкой, трубка прижата к уху, а следом за тобой длиннющий шнур тянется. Прикольно.
О, уже без пятнадцати десять. Пора идти.
Но прежде чем звать любящего побегать кролика, решила кое-что прояснить:
– Революции в этой стране ведь не было?
– Нет.
– А кто сейчас император?
– Федор, – тихо ответило привидение. Подлетев ближе, дева опустилась на уровень моего лица и шепотом спросила: – Твоя душа, она?..
– Из будущего альтернативной России, – я грустно развела руками. – Мы с тобой невольно оказались в одной лодке. Давай уже грести в одном направлении. Иначе потонем.
Боярышня совсем по-детски шмыгнула носом.
– Прости, что я себя так веду. Мне страшно. Хочу как-то тебе помочь, но срываюсь. И вот, – она смущенно потупилась.
– Ну раз хочешь помочь, то приступай.
– Я готова! Что делать?
Глава 6
Выслушав мою просьбу, привидение кивнуло.
– Думала, будет что-то посущественнее. А тут просто молчать, когда рядом лишние уши. Легкотня! – обрадовалась дева.
Я усмехнулась и направилась к выходу из комнаты. Просто, если сам того хочешь. А вот когда вынужден это делать – та еще задача. Лично мне игра в молчанку давалась сложно. Так и подмывало что-то ляпнуть.
– Подожди, – остановила боярышня, подлетев ближе. – Почему ты об этом попросила?
– Сегодня мне показалось, что Агриппина тебя видит. Ты ничего не заметила?
– Нет, – девушка нахмурилась. – Не скажу, что эта Агриппина Васильевна мне так уж сильно не нравится. Вроде нормальная. Но такая… – не найдя подходящих слов, дева покрутила рукой.
Какая такая? Странная? Так для меня в этом мире все странное.
– Не хочу выглядеть навязчивой, но, может, все же наденешь платье? Штаны у нас девушки не носят. Это правда, – боярышня смущенно пожала плечами.
– Правда? То есть платья в сочетании с высокими военными ботинками и мужскими куртками – это модно? Если так, то немедленно переоденусь, – я широко улыбнулась.
– Что ты! Это вообще кошмар! – привидение замахало руками. – Забудь мое предложение!
То-то и оно.
Я открыла дверь, дождалась, пока боярышня вылетит из комнаты, вышла следом.
И остолбенела. Я точно не сошла с ума?!
Вчера коридор был узким и прямым как стрела, а первые ответвления появлялись метрах в десяти от моей комнаты. Однако сейчас я стояла на перекрестье пяти путей. Тусклый, непонятно откуда льющийся свет едва освещал каменные стены и пол, веяло холодом и стариной.
Что за наваждение?
– Вот это да! – выдохнуло шокированное привидение.
– Именно так, – пробормотала я.
И чего, спрашивается, сразу кролика не позвала? О чем думала? Явно не о том, о чем стоило бы побеспокоиться в первую очередь. А теперь чешу затылок в растерянности. Все пять коридоров абсолютно одинаковые, отличаются лишь направлением. И никакой не внушает оптимизма.
Как там в сказке на камне написано? Налево пойдешь – коня потеряешь. Направо пойдешь – женатым будешь. Ну а прямо пойдешь – смертушку свою найдешь. Две оставшихся дороги, видимо, сюрприз. И, чует сердце, мне он не понравится.
Пожалуй, лучше вернуться в келью.
Я развернулась на каблуках. И ошеломленно икнула. Двери в мою комнату больше не было. Предо мной красовалось еще пять коридоров.
– Пока ты не начала
