Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 109
— Значит, вы не все знаете о его ресурсах.
— Да уж, — согласилась Санта. — Все знает только Ида. Ей коммандер верит. Потому что она его крови, она его любит и все для него сделает. Моника много молчит, а вчера сказала мне: коммандер подбивал ее поговорить с отцом. У Моники отец — вождь. Коммандер хочет собрать мужчин, дать им оружие и пойти на банду. Где же это оружие? Я его не вижу. Так неправильно: нельзя утаивать важное от соратников.
— Санта, ты ведь еще утром хвалила его.
— Нет, я не хвалила. Я тебя хвалила, а про него ничего не сказала, плохого или хорошего. И еще я сейчас слышу, что он проснулся. Он не поставил Иду на место. Это плохо. Он говорит с ней ласково.
Из избы вышмыгнула Ида и быстренько юркнула за угол. В толстых пальцах она сжимала какие-то коробочки. Еще минута — и появился Макс. Совершенно голый. Он спокойно ополоснулся водой из ведра, потом взял с веревки свои вещи и оделся.
— Делла, — позвал он меня, — кое-что произошло. Я еще не знаю наверняка, сейчас Ида уточнит. Но я надеюсь, что ты отнесешься к происшествию разумно. Санта, ты долго еще будешь тянуть с завтраком?!
И ушел. Санта поглядела на меня, я промолчала.
Из-за угла выплыла Ида. Сияющая и горделивая. Ну, все понятно.
— Я ношу ребенка, — объявила она. — Пойду, обрадую коммандера.
Когда она удалилась, Санта вздохнула, а я спросила:
— Санта, у вас что, есть тесты на беременность?
— Да, в аптечке были. Когда мы уходили с крейсера, я взяла побольше лекарств, ведь коммандер и Кер были ранены. На Иде не было ни капельки крови, но она твердила, что тоже ранена, в психику, и поэтому ничего делать не станет. Тогда я схватила большой ящик и сунула его в челнок. Там много лишнего, но у меня не было времени выбрасывать его. Тесты там были, я помню.
В избе поднялась суета. Выскочила Моника, испуганно стрельнула оленьими глазами в мою сторону и присела за плечом Санты.
— Делла, ты понимаешь по-нашему? — уточнила Санта. — А то Монике трудно много говорить на федеральном.
— Понимаю, но не все, конечно.
— Ничего, Моника жила в деревне, она знает не так уж много слов. Моника, говори.
— Коммандер попросил меня уйти. — У Моники была быстрая, журчащая, чрезвычайно приятная на слух речь. — Он хочет поговорить наедине с Идой. Зачем, я ведь плохо понимаю, что она болтает. И кто же будет накрывать на стол? Завтракать пора. А Кер и Гай там. Гай спит еще, вот лентяй! А Кер сказал, что не пойдет никуда, потому что Санта забрала его рубашку стирать, он не может выйти голым. Пусть ему дадут рубашку, тогда он сможет уйти. Но коммандер сказал, что пусть тогда лежит в постели и залепит уши воском, потому что ему надо поговорить с Идой, и в это время никто не должен приходить в избу. И послал меня сказать вам об этом.
Санта выпрямилась во весь свой немаленький рост и подбоченилась.
— Он — послал?! Да как он смеет приказывать мне на земле моих предков!
Она успела сделать буквально два шага к крыльцу, когда показался Макс. В руке он держал очень знакомую мне коробочку. И вид имел прокурорский.
— Делла, — сухо позвал он, — нам надо поговорить. Очень серьезно.
— Говори, — я пожала плечами.
— Ты не хочешь отойти?
— Нет. Говори-говори, что уж тут скрывать.
— Тогда изволь объяснить мне, что это такое, — он продемонстрировал коробочку.
Ишь ты, губы поджал, глаза мечут молнии, ни дать ни взять — оскорбленное величие. Оскорбленное в лучших чувствах и до глубины души.
— А я должна знать, что это?
— Обязана, — выплюнул Макс. — Ида случайно задела твой мешок, и это выпало оттуда.
Та-ак. Извините, из моего мешка ничего не могло выпасть случайно. Я барахло пакую профессионально, так, что его можно швырять, из него даже пылинки не вылетит. Ничего не потерялось даже после катапультирования из челнока, с высоты в восемь километров.
— Макс, а кто позволил Иде копаться в моих вещах?
— Оставь Иду в покое. Я хочу знать, что это значит, — отчеканил Макс. — Ида сказала, это лекарство от бесплодия. Очень сильное. Ты что, бесплодна?
— Да, — равнодушно ответила я.
Он покачал головой. С тем характерным для эгоистичных людей выражением, которое сообщает вам, какая вы сволочь.
— Значит, ты лгала мне. Столько лет. Ты лгала мне в глаза. Все это время. Ты знала, что я хочу детей, что мне нужен наследник. И собиралась за меня замуж. Как ни в чем ни бывало!
Я приподняла брови:
— Я? Собиралась за тебя замуж? Макс, ты в своем уме?
— Ты обязана была сказать мне!
Понятно. Слышит он только себя. А для себя он все решил. Что я паршивка и негодяйка. Сейчас еще скажет, что я обманом выманила у него княжество. И загнала бедненького на Саттанг своими интригами.
Да-да, и церковь тоже я разрушила.
— Не обязана. Это мое личное дело.
— Значит, так. — Он оглянулся, убедился, что Ида за плечом не торчит. — Пока она не слышит… Я обещал ей жениться. Не женюсь, конечно. Родит — заберу ребенка. Обвенчаемся и будем его воспитывать.
— А ты меня не забыл спросить, хочу ли я с тобой венчаться? И воспитывать ребенка Иды?
— Да какая тебе разница? Раз сама родить не способна, будешь воспитывать чужого. Потому что мне нужен наследник.
— Дай сюда, — я показала на коробочку.
— На кой? Она пустая.
Тут я оледенела.
— То есть? А где таблетки?
— Понятия не имею. Делать мне больше нечего, как искать твою химию. Где просрала, там и ищи. Все поняла? И не вздумай трепать нервы Иде. Мне нужен здоровый и доношенный ребенок. Точка.
Я медленно встала.
— Ты обещал ей жениться? Вот и женись. Про меня забудь, пожалуйста.
Макс скривил губы.
— Истерики-то устраивать не надо, — посоветовал он. — Посиди тут, остынь. Чтоб я больше твоих выкаблучиваний не видел.
Я подошла вплотную. Макс и не подумал отстраняться, чтобы я могла войти в дом. Что ж… Два коротких уда-pa — в бедро и в подбородок снизу — и Макс сверзился с крыльца. С надлежащим грохотом.
— Поздравляю с помолвкой, коммандер Люкассен, — насмешливо сказала я, глядя на него сверху вниз. — Вы сделали прекрасный выбор. Навигатор Ида Рафферти — идеальная жена для вас. Именно то, чего вы достойны.
Макс не ответил, разумеется. Я вошла в избу. За столом горделиво восседала Ида Рафферти и наворачивала из миски вчерашнее мясо. Одна, как королева. Ну да, она беременна, ей надо. Остальные могут и подождать с завтраком, покуда она тут свои личные дела утрясет.
На полу было грязно, в пыли попадались довольно крупные, с миллиметр, светлые кусочки. Я нагнулась, проверила. Ну да. Мои таблетки. Старательно растоптанные. А мешок, оставленный в комнатушке Макса, сейчас валялся под окном, вывернутый наизнанку. Немногочисленные вещи раскиданы.
Ида таращилась на меня с вызовом. На ее низком лбу отчетливо читался срок, который я получу, если уделаю заведомо беременную женщину, не угрожавшую моей жизни.
В такие моменты понимаешь глубинный смысл фразы «Закон суров, но это закон». До дрожи понимаешь, до мурашек по спине и металлического привкуса во рту. Почему Закон охраняет эту тварь? А потому что он суров.
В избу вошли Санта и Моника с горшками и тарелками. Санта заглянула за занавеску, бросила туда сверток с одеждой Кера. Я спокойно собирала в мешок свои манатки.
— Так тебе и надо, — с удовольствием произнесла Ида. — Ты шлюха. Это тебя Господь наказал за то, что на чужих женихов вешаешься. Ты развратная тварь. Я честная женщина. Я пошла к хирургу и сделала клиторэктомию, чтобы не быть развратной, как ты. Я отдала коммандеру свою девственность. И ношу его ребенка. Я заслужила эту награду. Я буду женой благородного человека и матерью его наследников. А ты — никто. Знаю, знаю, что ты мечтаешь, как бы довести меня до выкидыша. Попробуй мне только слово сказать — засужу. Тюрьма — отличное место для таких, как ты.
Тут мне, пожалуй, слегка полегчало: стало не больно, а противно и горько. Ну свихнулась баба, что с нее возьмешь. Еще через секунду я оценила ситуацию как профессионал: черт побери, ребята, у нас большие неприятности. С нами сумасшедший, а мы на чужой территории. Псих непредсказуем, он может нас всех подставить под удар. Случись такое в диверсионной группе, командир был бы вынужден действовать, что называется, по обстановке. Если можно накачать человека наркотой и оставить лежать в тихом месте, а на обратном пути подберем, это почти нереальная везуха. А реальная жизнь означает устранение проблемы — со скупой мужской слезой по возвращении на базу, всеми положенными воинскими почестями и убедительной легендой о потере бойца. Надо ведь пенсию родственникам оформить.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 109
